8. Павел Суровой Возвращение Эдема. кн. 2

Глава 2. Первое дыхание нового поколения

Часть 1. Янтарное свечение стазиса и пробуждение Лизы и Боди

 Прошло почти полгода по новому местному календарю с того момента, как передовой отряд высадился на высокогорном мезозойском плато. За это время дикий уголок древней природы неузнаваемо преобразился . Под защитой прочного энергетического купола и надежных горных хребтов вырос уютный и технологичный поселок. Вода искрилась в акведуках, в просторных теплицах созревали первые урожаи земных культур, а по периметру исправно несли вахту автоматические турели и бойцы спецназа под началом Громова и Хавьера.
База была полностью готова. Инженеры завершили тончайшую калибровку медицинских модулей регенерации и адаптации. Настало время исполнить главное предназначение «Энея» — вернуть человечеству его будущее.
В орбитальном молчании материнского корабля, висевшего над планетой в лучах трех солнц, бортовой ИИ активировал протокол выхода из глубокого анабиоза. В огромном трюме «Колыбели Омеги», где тысячами мерцали синие огоньки сотен криокапсул, тишину нарушил мягкий, низкий звуковой сигнал.
Ряд капсул в секции «Омега-12» плавно сменил свой холодный сапфировый оттенок на теплый, янтарный свет. Ледяная броня стазис-потоков начала таять, превращаясь в легкие клубки пара, обволакивающего прозрачные крышки.
Первыми, согласно расписанию бортового компьютера и личным спискам Виктора, пробуждались самые старшие дети — те, кто уже обладал достаточной зрелостью, чтобы осознать происходящее, помочь взрослым и стать опорой для младших. 

 В медицинском отсеке базового поселения на плато Виктор и Алиса стояли у главного монитора регенерационного комплекса. Их лица были бледными от напряжения, а пальцы переплетены так крепко, что побелели костяшки. Рядом дежурила доктор Мэй-Линь с набором биостимуляторов наготове.
— Процесс рассоглашивания стазис-потока завершен, — раздался в динамиках бесстрастный голос ИИ с орбиты. — Температура тел пациентов приближается к норме. Мозговая активность переходит из фазы глубокого дельта-сна в альфа-ритм. Жизненные показатели в пределах допустимой нормы.
С легким пневматическим шипением крышка первой капсулы в орбитальном модуле откинулась. Челноки, специально дежурившие на орбитальной станции для экстренной эвакуации первой партии детей, уже были заправлены и готовы к спуску. Но здесь, на поверхности, родители ждали вестей с замиранием сердца.
 Спуск челнока с первой двадцаткой подросших детей — подростков, которым предстояло стать первыми помощниками колонистов, — стал самым светлым днем за всю историю новой цивилизации. Когда корабль мягко коснулся посадочной площадки плато, и трап откинулся под мягким светом трех солнц, взрослые выстроились вдоль дорожки. Никто не сдерживал слез.
Лиза и Бодя первыми ступили на упругую траву мезозойского плато. Дети замерли, втягивая носом воздух, наполненный ароматами хвои, цветов и теплого дождя. Больше не было металлических стен, гудения искусственных систем рециркуляции и ледяного кошмара стазиса. Перед ними лежал огромный, зеленый, прекрасный мир, за который их родители отдали так много сил.
— Добро пожаловать домой, — тихо произнес Виктор, обнимая подросших детей, чувствуя, как вместе с ними оживает само будущее человечества.

Часть 2. Костер на плато и манифест нового мира 

 Вечером того же дня, когда три солнца медленно опускались за зубчатые пики северных гор, окрашивая небо в густые пурпурные и янтарные тона, на центральной площади базового поселения разожгли большой костер. Запах сухой реликтовой хвои смешивался с ароматом запекающейся на углях рыбы из местной реки.
Вокруг костра собрались все: уставшие, но счастливые инженеры, бойцы спецназа во главе с Громовым, доктор Мэй-Линь, а главное — два десятка пробужденных подростков. Среди них выделялись Лиза и Бодя.И прочие проснувшиеся дети. Они все еще кутались в теплые пледы, с любопытством и легкой робостью оглядывая непривычно огромный купол открытого неба, усыпанного незнакомыми созвездиями.
Виктор Мороз сидел на перевернутом ящике у огня, рядом с ним на стволе упавшего папоротника устроился Хавьер Торрес, снявший тяжелый разгрузочный жилет. На какое-то время воцарилась тишина, нарушаемая лишь потрескиванием сучьев и тихим шелестом ночного ветра в кронах гигантских доисторических деревьев.
Виктор поднялся, обведя взглядом молодые лица. В глазах этих ребят, которым предстояло строить будущее, уже не было теней старого мира, но не было и детской наивности — стазис и осознание гибели Земли наложили на них свой отпечаток.
— Ну что, бойцы... и граждане, — тихо, но отчетливо начал Виктор. Его голос разносился над поляной без помощи усилителей. — Добро пожаловать в реальность. Вы долго спали. Земля, которую мы знали, осталась лишь пеплом на страницах хроник. Но здесь, за этими горами, лежит огромный, живой и дикий мир.

 Хавьер кашлянул в кулак, привлекая к себе внимание ребят, и добавил сурово, но беззлобно: — Прежде чем вы начнете исследовать этот Эдем, давайте договоримся о правилах. Мы с Громовым и парнями обеспечиваем безопасность периметра, ставим турели и учим вас обращаться с защитными контурами. Но поймите главное: мы здесь не для того, чтобы завязывать вам шнурки и водить за ручку. Вы больше не пассажиры ковчега. Вы — его экипаж.
Виктор мягко кивнул, подхватывая мысль спецназовца, и его интонация стала более глубокой, почти философской:
— Хавьер прав в одном: дисциплина нужна, чтобы выжить. Но послушайте меня внимательно, и запомните каждое слово. На старой Земле цивилизация рухнула не от нехватки ресурсов. Она рухнула от страха, жадности и тотального авторитаризма. Государства давили людей приказами, законами и цепями контроля, пока люди не перестали чувствовать личную ответственность за свой мир.
Капитан сделал паузу, заглядывая в глаза каждому подростку — Лизе, Боде, остальным ребятам, которые ловили каждое его движение.
— Здесь, в этом новом мире, у нас не будет полиции нравов, жестких иерархий и чиновников, указывающих, как вам дышать, — твердо произнес Виктор. — Мы строим общество не на страхе перед наказанием, а на принципах абсолютного равенства, взаимоуважения и личной свободы. Но запомните самое главное: основой нашего нового общества станут любовь и дружба, взаимовыручка и абсолютная недопустимость вражды между представителями нашего народа. Старый мир сгорел в огне ненависти, и мы не имеем права перенести эту заразу сюда. Помните: свобода без самоконтроля — это путь к хаосу. Выживание нашей цивилизации больше не зависит от того, как строго за вами следят старшие. Оно зависит исключительно от вашего собственного внутреннего стержня, от вашего самосознания. Никто не придет спасать нас от нас самих, если мы не научимся отвечать за свои поступки.

 Лиза переглянулась с Бодей, крепче кутаясь в плед. В их глазах вместо страха зажглась та самая искра взрослой осознанности.
— Вы — первое поколение свободных людей, — подытожил Виктор, садясь обратно к костру. — И какими будут эти три солнца, каким будет этот мир через двадцать лет — зависит только от вас. А теперь... ешьте, грейтесь. Завтра начинается настоящая работа и учёба.
Над лагерем пронесся мягкий ночной бриз, а высоко на орбите безмолвный «Эней» продолжал охранять сон еще спящих детей, пока у костра на древнем плато рождалось новое, осознанное человечество.

Глава 3. Первые шаги в Эдеме

 Часть 1. Утренний инструктаж и живой мир плато
Прошло несколько дней после памятного вечера у костра, когда Виктор Мороз озвучил подросткам главные принципы нового общества. Утреннее солнце трех светил поднималось над зубчатыми пиками северных гор, заливая мягким золотистым светом защитный купол базового поселения и раскинувшиеся за его пределами просторы мезозойского плато. Воздух был чист и напоен ароматами влажной хвои, цветущих папоротников и утренней росы.
Около главного ангара инженерного комплекса собралась группа пробужденных подростков. Лиза и Бодя стояли в первом ряду, внимательно слушая Хавьера Торреса, который разворачивал на портативном голографическом столе трехмерную карту прилегающей местности. Рядом с ним стоял сержант Громов, проверяя заряд батарей на тяжелых плазменных карабинах, выделенных для учебного выхода.
— Отставить ворон считать, бойцы, — сурово, но беззлобно произнес Хавьер, обведя взглядом ребят. — Вчера вы были пассажирами космического ковчега, а сегодня вы — часть наземной команды. Плато большое, и хотя наши сканеры и дроны чистят периметр от сюрпризов, расслабляться здесь нельзя. Местная природа — это не голографический тренажер.Изапомните:если вы хотите снова ходить в распираторах и дышать прогорклым маслянистым воздухом,тогда начните нарушать наши рекомендации.Учитывая то,что вы уже относительно взрослые,не  мне рассказывать вам о «прелестях» мира,который мы оставили на Земле.У нас есть шанс воплотить в жизнь мечты земян-мечтателей о лучшем мире.Всё зависит только от нас самих.
— Дядя Хавьер, а мы сегодня пойдем к той большой реке в низине? — перебил его светловосый парень по имени Макс, один из старших инженеров-подростков, с нетерпением крутивший в руках полевой планшет. — Вы обещали показать, где Пьер нашел залежи редких минералов для солнечных панелей.

 Хавьер хмыкнул, скрестив руки на груди, и бросил взгляд на подошедшего Виктора Мороза, который молча наблюдал за молодежью.
— Дойдем и до реки, Макс, — ответил капитан, присоединяясь к группе. Его лицо было спокойным и сосредоточенным. — Но помните то, о чем мы говорили у костра. Ваша безопасность и безопасность ваших товарищей зависит не от моих турелей и не от автомата Громова. Она зависит от вашей собранности. Держитесь вместе, помогайте друг другу и помните: малейший промах здесь — это риск для всего нашего общего дома.
— Мы всё помним, пап, — уверенно кивнула Лиза, поправляя легкий защитный жилет. — Никакой паники, полная взаимовыручка и поддержка. Мы же команда.
Виктор одобрительно улыбнулся дочери, чувствуя гордость за то, как быстро эти ребята взрослели, сбрасывая с плеч ледяной оцепенение многолетнего сна.
— Вот и отлично, — кивнул капитан. — Тогда разбивайтесь на две группы. Первая группа под руководством Громова идет на северные холмы ставить дополнительные сейсмические датчики. Вторая группа с Хавьером отправляется к реке за образцами осадочных пород для лаборатории доктора Мэй-Линь. Выполняйте.

Часть 2. Тайны древней реки и эхо с юга

 Группа Хавьера Торреса растянулась цепью по пологому склону, ведущему к широкой полноводной реке, чьи воды неторопливо катили свои прозрачные струи меж зарослей гигантских хвощей и раскидистых реликтовых деревьев. Бодя шел рядом с Хавьером, внимательно глядя под ноги и то и дело сверяя показания своего сканера с тем, что показывал тяжелый армейский прибор спецназовца.
— Смотрите, Хавьер, здесь почва совсем другая, — указал Бодя на обнаженный срез обрыва, где темный гумус сменялся слоями ярко-красной глины и блестящими вкраплениями слюды. — Похоже на древние донные отложения. Отец говорил, что здесь миллионы лет назад мог быть мелководный залив.
Торрес присел на корточки, зачерпнув горсть тяжелой глины, и принюхался.
— Отличный глаз, парень, — одобрительно произнес спецназовец. — Кремния и металлов тут навалом. Если наши инженеры построят здесь добывающий модуль, нам больше не придется тянуть сырье из других секторов. Передай по рации Пьеру на орбиту, пусть зафиксирует координаты.
В этот момент рация на поясе Хавьера издала короткий, тревожный зуммер. Голос корабельного ИИ, транслируемый через орбитальный ретранслятор, прозвучал в наушниках резкой отрезвляющей нотой:
— Внимание, командир группы Торрес. Фиксирую аномальную активность в южном секторе. Империя Хор начала масштабное перемещение войск. Зафиксирован марш трех крупных колонн рабовладельческой пехоты и тяжелых повозок с катапультами к северной границе их территории, в сторону предгорий.
Хавьер резко выпрямился, его лицо мгновенно окаменело, а в глазах вспыхнул тот самый хищный холод ветерана, который не прощал ошибок. Он посмотрел на подростков, которые замерли, услышав обрывок тревожного сообщения из динамика.
— Отставить работы, — скомандовал Торрес жестким, не терпящим возражений тоном. — Возвращаемся к лагерю. Живо!

 Бодя сглотнул слюну, но никакой паники в его глазах не было — лишь собранность. Ребята быстро, без суеты и криков, объединились в плотный строй под прикрытием спецназовцев. Новый мир впервые показал свои зубы, но земляне были готовы встретить любую бурю лицом к лицу.

Часть 3. Три года спустя: взросление в Эдеме и тревога на перевалах

 Три минувших года превратили изолированное мезозойское плато в настоящий цветущий город-колонию. За это время подростки, во главе с Лизой и Бодей, выросли, возмужали и превратились в полноценных, самостоятельных членов экипажа. Они уже не просто учились выживать под защитным куполом — они наравне со взрослыми управляли геотермальными установками, вели научные наблюдения в лаборатории доктора Мэй-Линь и вместе с бойцами Тендерберг патрулировали внешние границы базы.
В командном центре лагеря, уставленном мерцающими мониторами и голографическими картами, стоял Виктор Мороз. Рядом с ним, опираясь на край пульта, находился возмужавший Бодя. За прошедшие годы парень вытянулся, окреп и теперь уверенно ориентировался в сложных тактических сводках, которые поступали с орбитального «Энея».
— Пап, посмотри на графики тепловых датчиков, — произнес Бодя, указывая пальцем на проекцию южных горных хребтов. Его голос звучал спокойно, но в глазах читалась серьезная тревога. — Нанокристаллические дроны фиксируют не просто разовые марши. Хоры впервые за три года подтянули к подножию северных перевалов тяжелые осадные орудия и многотысячные колонны. Кажется, их внутренние войны закончились, и они решили проверить, что находится за туманом.

 Виктор внимательно вгляделся в цифры, скрестив руки на груди. На его лице не было страха — лишь сосредоточенная собранность опытного капитана, прошедшего через космический ад.
— Они долго раскачивались, — задумчиво произнес Виктор, поворачиваясь к сыну. — Три года мира — это роскошь, которую мы использовали на полную мощность. База укреплена, щиты работают на максимум, а наши ребята научились держать удар. Но если империя Хор решила сунуться на наше плато... они столкнутся с силой, к которой абсолютно не готовы.
В этот момент дверь командного центра с пневматическим шипением отворилась, и внутрь быстрыми шагами вошел Хавьер Торрес, за которым шел сержант Громов. На лицах ветеранов застыла та самая хищная собранность, с которой они встречали любую опасность.
— Виктор, Бодя, вы уже видели сводку от ИИ? — с порога бросил Хавьер, бросая свой шлем на свободный стул. — Разведка докладывает: передовые отряды рабовладельцев уже начали штурмовать южные тропы. Они идут напролом через скалы, рассчитывая захватить северные земли. Если мы не остановим их на перевалах, через пару дней они будут у наших внешних периметров.

 Виктор выпрямился, окинув взглядом своих людей. Рядом с ним стоял его сын, стояли верные товарищи и новое поколение свободных людей, которые не собирались отдавать свой новый дом без боя.
— Никакой паники, Хавьер, — твердо ответил капитан, активируя общую систему связи базы. — Поднимай весь спецназ и старшие группы подростков. Пора показать им, что за северными хребтами живут не злые духи, а те, кто умеет защищать свою свободу.
Часть 4. Застава на перевале и первый удар
Тяжелый десантный челнок с гулом оторвался от посадочной площадки базы и понесся на юг, рассекая плотные слои облаков над горными хребтами. Внутри грузового отсека царила та сосредоточенная, звенящая тишина, которая бывает только перед реальным боем. Плечом к плечу с закаленными бойцами спецназа Хавьера Торреса сидели повзрослевшие подростки   Бодя, Лиза и еще несколько ребят, облаченных в легкие защитные экзоскелеты. В их руках надежно лежали плазменные карабины нового образца, собранные инженерами на плато.

— Слушайте меня все, — перекрывая гул турбин, повысил голос Хавьер, обведя молодежь суровым взглядом. — Для вас это боевое крещение. Хоры — воины жестокие, но примитивные. Они привыкли давить числом, страхом и варварским напором. Мы не собираемся устраивать бойню. Наша задача — встретить их на узкой горной тропе, показать всю мощь нашего заградительного огня и отбросить назад так, чтобы у них на поколения вперед пропало желание соваться в наш Эдем. Вопросы есть?
— Вопросов нет, дядя Хавьер, — четко ответил Бодя, глядя на спецназовца абсолютно спокойным, взрослым взглядом. Рядом с ним Лиза уверенно кивнула, проверяя заряд энергоячейки на своем оружии.
Челнок резко клюнул носом, сбрасывая скорость, и завис над скалистым плато перевала, зажатого между двумя отвесными стенами из черного базальта. Внизу, прямо по узкой каменистой тропе, вившейся серпантином сквозь туман, двигалась многотысячная армада империи Хор.
Это было жуткое и внушительное зрелище. Варварские отряды в тяжелых кожаных и костяных доспехах, вооруженные кривыми мечами и массивными копьями, подгоняемые криками командиров, катили вперед тяжелые деревянные катапульты и тачки с боеприпасами. Рабовладельцы предвкушали легкую добычу, искренне веря, что за хребтами их ждет дикая земля, готовая покориться их жестокости.
Они не знали, что небо над ними контролируют невидимые нанокристаллические дроны, а на вершинах скал их уже ждет технологически превосходящий противник.
— Высадка! — скомандовал Хавьер, распахивая рампу челнока.

 Группа молниеносно высыпалась на каменистый уступ, мгновенно занимая выгодные позиции за естественными укрытиями. Сержант Тендерберг с бойцами спецназа тут же развернул автоматические плазменные турели, подключив их к портативным генераторам щита. Подростки заняли позиции рядом со взрослыми, строго соблюдая дисциплину и внутренний самоконтроль, о котором говорил их отец.
— Открыть предупредительный огонь по гребню тропы, — отдал приказ Хавьер, глядя в оптический прицел. — Показать им, куда они пришли.
Тэндерберг нажал на гашетку. Ослепительная вспышка плазмы прочертила воздух и с оглушительным грохотом разорвалась прямо перед головой авангарда армии хоров, превратив монументальный валун в облако раскаленной крошки.
Колонна внизу мгновенно встала. Рабовладельцы завопили, в ужасе задирая головы к небу, пытаясь понять, какое божество обрушило на них небесный огонь. Но земляне не собирались давать им время на раздумья.
— Огонь по секторам! — разнесся над горами спокойный, жесткий голос Хавьера.
Перевал озарился тысячами ярких вспышек. Новая цивилизация заявила о своем праве на существование.

 

Часть 5. Гнев небесных богов и уроки для империи Хор

 Столкновение на высокогорном перевале могло бы перерасти в затяжную и кровопролитную перестрелку, если бы Виктор Мороз допустил хотя бы малейшую тактическую ошибку. Но капитан «Энея», наблюдавший за ходом операции с командного пункта на защищенном плато через прямую трансляцию орбитальных дронов, принял единственно верное и прагматичное решение. Рисковать жизнями людей — будь то закаленные спецназовцы или только что пробудившиеся подростки — не было никакой необходимости, когда в распоряжении колонии имелось абсолютное технологическое превосходство.
— Торрес, отставить прямой контакт пехоты, — голос Виктора прозвучал в наушниках Хавьера спокойно, но жестко. — Зачем марать руки в ближнем бою? Пусть аборигены воочию увидят, что бывает, когда они суются в владения тех, кто пришел из звезд. Используйте орбитальный и корабельный потенциал. Устройте им светопреставление.
Хавьер мгновенно среагировал на приказ капитана.
— Тэндерберг, отбой атаки! — скомандовал спецназовец, поднимая руку. — Переходим к протоколу «Карающий свет». Пусть бортовой ИИ «Энея» покажет им настоящую астрономию.

 На орбите планеты, висящей высоко над головами ничего не подозревающих варваров, корабельный компьютер мгновенно перенаправил фокус маломощных зенитных лазеров и квантовых излучателей. Это было не оружие тотального уничтожения планеты, а ювелирно выверенный инструмент психологического устрашения.
В тот же миг небо над головами многотысячной армии империи Хор раскололось. Три солнца на мгновение показались блеклыми на фоне ослепительных, режущих глаза лучей чистейшей световой энергии. Тончайшие, но невероятно мощные лазерные лучи с бесшумным шипением ударили прямо по вершинам скал, окружавших узкую горную тропу.
Огромные многотонные глыбы базальта под воздействием сфокусированного квантового луча в доли секунды раскалились добела, превратились в плавленую массу и с громовым грохотом обрушились вниз, намертво перекрывая авангарду хоров путь как вперед, так и назад. Земля под ногами рабовладельцев задрожала. Ни единого смертельного попадания по живым существам — лишь колоссальная, непостижимая для примитивного разума мощь, которая буквально за пару секунд изменила географию перевала.

 Внизу, на засыпанной раскаленными обломками тропе, воцарилась гробовая тишина, сменившаяся диким, животным ужасом.
Тысячи суеверных воинов империи Хор бросили тяжелые мечи, копья и осадные катапульты. Падая на колени прямо в пыль и грязь, они закрывали головы руками, истошно вопя от страха перед лицом неведомой, всесокрушающей силы. В их примитивной картине мира это не могло быть оружием смертных. Для них это был прямой, неоспоримый гнев небесных богов, покаравших их за дерзость перешагнуть запретную черту.
Бодя, стоявший у уступа скалы рядом с Хавьером, опустил плазменный карабин, с изумлением глядя на то, как целая армия свирепых рабовладельцев обращается в паническое бегство, затаптывая друг друга в стремлении убраться подальше от проклятых гор.
— Ни единого выстрела по людям, — тихо произнес Бодя, переводя дыхание и глядя на отца через канал связи. — Это... это было невероятно, пап. Они даже не поняли, с чем столкнулись.
— И никогда не поймут, сынок, — ответил голос Виктора из динамиков. — Наша цель — не истребление местных, а их изоляция. Пусть бегут к своим зиккуратам и рассказывают сородичам легенды о злых духах севера. Теперь они еще нескоро посмеют поднять глаза на наши горы. Возвращайтесь на базу. Урок усвоен.
Челны мягко поднялись с перевала и взяли курс обратно на цветущее мезозойское плато, оставляя империю Хор в паническом страхе переваривать урок, преподанный новой цивилизацией.

Часть 6. Пять лет спустя: расширение горизонтов Эдема

 Пять лет пролетели в неустанном труде, созидании и росте. За это время мезозойское плато превратилось из укрепленного лагеря в настоящий, сияющий технологиями и зеленью город-сад, который земляне гордо называли Эдемом. Подросшие подростки, во главе с Лизой и Бодей, давно стали полноправными инженерами, учеными и пилотами. Они уверенно брали на себя ответственность за будущее колонии, доказывая на практике мудрость принципов самоконтроля, взаимовыручки и свободы, провозглашенных у первого костра.
После того, как империя Хор на юге получила жесткий урок от «гнева небесных богов», ее правители и жрецы наглухо закрыли любые мысли о походах на север. Воинственные соседи были заняты собственными междоусобицами и суеверным страхом перед заколдованными горами, оставив землян в абсолютном покое.
Однако население Эдема росло. Вскоре из глубокого стазиса «Колыбели Омеги» предстояло вывести следующие партии детей, а значит, тесного пространства высокогорного плато становилось недостаточно для долгосрочной перспективы. Человечеству требовалось новое жизненное пространство.

— Плато прекрасно, но оно не решает демографических задач следующего десятилетия, — произнес Виктор Мороз, изучая трехмерные глобальные проекции планеты в обновленном командном центре. Рядом с ним стоял повзрослевший Бодя, держа в руках планшет с предварительными сканами планетарной поверхности. — Нам нужны новые земли. Большие, богатые ресурсами и пригодные для расселения континенты.
— И у нас есть готовые кандидаты, пап, — уверенно кивнул Бодя, выводя на центральный голографический экран детальные карты восточного и западного полушарий. За последние два года исследовательские экспедиции под руководством молодых пилотов и ветеранов провели серию глубоких разведок.
Восточный континент, получивший в отчетах название Новый Альбион, представлял собой бескрайние, залитые мягким солнцем саванны и мягкие холмистые равнины, пересеченные гигантскими речными артериями. Здесь царил теплый субэкваториальный климат, а экосистема изобиловала высокобелковыми растениями и редкими минеральными отложениями, которые сканеры «Энея» зафиксировали в глубоких каньонах. Это был идеальный регион для масштабного земледелия, животноводства и возведения будущих агропромышленных городов.
Совсем иначе выглядел Западный континент — суровый, величественный край, названный Бореей. Он встретил землян гигантскими хвойными массивами, напоминающими древнюю тайгу старой Земли, мощными горными системами и богатейшими месторождениями руд редких металлов. Здесь климат был прохладнее, но запасы пресной воды, чистейший воздух и колоссальный энергетический потенциал геотермальных источников делали Борею непревзойденной базой для тяжелой промышленности и высокотехнологичных производств.
— Экспедиционные группы уже развернули там автоматические маяки и биокупола первичного жизнеобеспечения, — доложил Богдан, глядя на отца с законной гордостью. — Никаких следов агрессивных цивилизаций или разумных аборигенов на этих континентах нет. Чистый, нетронутый лист, готовый принять наших людей.
Виктор положил руку на плецо сына, чувствуя, как крепко переплелись поколения в этом новом мире. Человечество не просто выжило на чужой планете — оно готовилось расправить крылья по всей планете.

Часть 7. Забытые земли Бореи и тени империи Эрефея

 Прошло еще пять лет. Богдан — теперь уже взрослый, уверенный в себе мужчина и один из главных координаторов экспедиционного корпуса — стоял на смотровой площадке транспортного челнока, глядя на открывающиеся виды Западного континента, который земляне давно именовали Бореей.
За прошедшие годы Эдем вырос, окреп, и тесного пространства первоначального плато стало катастрофически не хватать. Требовалось осваивать новые просторы планеты. Борея встретила исследователей величием суровой, первозданной природы. Здесь тянулись до самого горизонты исполинские хвойные леса, напоминавшие лучшие заповедники старой Земли, а воздух был густым от ароматов хвои и смолы. Мощные горные хребты прорезали континент, скрывая в своих недрах колоссальные богатства.
Именно в глубине северного каньона Бореи научная группа под руководством Богдана сделала открытие, которое должно было навсегда изменить энергетический потенциал человечества. Сканеры зафиксировали гигантские залежи уникального минерала — редчайшего термокристалла, способного аккумулировать и удерживать квантовую энергию в десятки раз эффективнее любых земных аналогов. Этот ресурс позволял полностью закрыть энергетические потребности новых городов на столетия вперед, сделав колонию абсолютно независимой.
Пока на Борее кипела мирная работа по закладке первых промышленных аванпостов, на южном континенте происходили куда более мрачные события.

 За минувшие годы некогда разрозненная империя Хор пережила жесткую трансформацию. К власти пришел новый, более расчетливый и «продвинутый» император по имени Эреф. Поняв неэффективность первобытного рабства, он провел масштабную реформу, выстроив жесткую феодально-крепостническую модель правления. На первый взгляд казалось, что многое изменилось: появились законы, наместники и централизованная администрация. Но для простого народа суть не поменялась ни на йоту — тяжелое, бесправное положение просто сменило свою вывеску, загнав крестьян и ремесленников в кабалу к новым землевладельцам-феодалам.
Еще страшнее стало духовное давление. На территории империи начали бесчинствовать серые жрецы зловещего бога Молха. Фанатичные служители культа установили режим жесткого террора, выискивая малейшие проявления инакомыслия.
По всей империи Эрефа запылали страшные костры. В их пламени сжигали «еретиков» — тех несчастных, кто тайком продолжал почитать старых богов или осмеливался сомневаться в божественном праве императора и непогрешимости жрецов Молха. Кровавый дым от костров тянулся на многие километры, погружая южные города в атмосферу «средневекового» мракобесия.
Богдан, изучая свежие аналитические сводки, переданные с орбитальных дронов «Энея», тяжело вздохнул и передал планшет отцу.

— Посмотри на юг, пап, — с легкой горечью произнес Богдан. — Пока мы строим новый мир на принципах свободы и науки, Эреф и его серые жрецы погружают свой народ в пучину кровавого фанатизма. Там «заново» изобрели феодализм и костры инквизиции.
Виктор Мороз молча посмотрел на голографические карты, где багряными точками отмечались места казней в империи Эрефея, а затем перевел взгляд на зеленые, мирные просторы Бореи.
— История любит ходить по кругу, сынок, — спокойно ответил Виктор, положив руку на плечо Богдана. — Именно поэтому мы никогда не вернемся к их порядкам. Наш долг — защитить наш Эдем и сделать его настолько сильным, чтобы тени юга никогда не дотянулись до наших детей.