Платье номер 1. Голубые огурцы и Армия

  Помните, как в «Простоквашино» мама Дяди Фёдора жаловалась папе: «У меня четыре платья есть вечерних, шёлковых. А надеть их некуда!», а уже на самом курорте строго заявляла: «Потерпи! Я два вечерних платья надевала, ещё два осталось!». Вот примерно с таким же настроением и четким планом я собиралась в Москву. Моя личная «курортная программа» требовала выгулять ровно пять парадных платьев, которые дожидались своего звездного часа. И вечер 5 августа должен был открыть этот великолепный марафон.
  Вернувшись на Большой Гнездниковский из мистического коммунального хаоса Большой Садовой, я решительно распахнула чемодан. Настало время Платья Номер Один.
  Это платье от известного бренда OYSHO — моя давняя любовь и настоящая гордость. Я купила его целых двенадцать лет назад. Роскошное, длиной в самый пол, сшитое из невероятно легкой, струящейся голубой ткани. Весь этот воздушный наряд был расписан благородными узорами «пейсли» — теми самыми классическими восточными «огурцами».
  Будем откровенны: для женщины влезть в вечернее платье двенадцатилетней давности — это отдельный вид искусства. За эти годы моё тело перенесло тяжелое испытание. Из-за серьезной проблемы с ногой долгих восемь лет я жила на фоне невыносимой, непрекращающейся боли. При этом я продолжала трудиться на тяжелой физической работе — двигалась через силу, превозмогоя себя, из-за чего вес неумолимо рос и прибавились лишние 25 килограммов. Но характер взял своё: теперь у меня стоит титановый протез тазобедренного сустава, а полтора года назад я нашла в себе колоссальные силы и сбросила целых 23 килограмма! Сейчас, правда, коварный пяток вернулся, и я веду с ним упорную борьбу, но платье — о чудо! — оказалось абсолютно в пору.
  Оно устроено очень интересно: никаких замков, это настоящее платье-трансформер. Его верх дополнен изящным воланом и тоненьким пояском, который можно обматывать вокруг себя самыми разными способами — перемахнуть крест-накрест на груди или завязать сзади, каждый раз создавая новый образ. Платье село как влитое, став моим личным, тихим триумфом над обстоятельствами еще до того, как я переступила порог театра. Для меня, дочери офицера, чей отец отдал тринадцать лет суровой службе на атомной подводной лодке, это платье было по-настоящему парадным — в самом строгом и благородном смысле этого слова.
  Джинсы-багги и самодельный жилет с котами окончательно растаяли в утреннем прошлом. Голубые «огурцы» требовали масштаба, пространства и высокой культуры. Мы отправились в путь на метро, и это было ни с чем не сравнимое ощущение — спускаться к поездам, чувствуя, как за спиной колышется легкий голубой шлейф.
  Современный путешественник вооружен технологиями: мы заранее заглянули в интернет, открыли карту подземки и четко разузнали, на какой станции выходить. Маршрут у нас получился очень удобный: мы спустились на станции «Чеховская» Серпуховско-Тимирязевской серой линии, проехали всего одну остановку до «Цветного бульвара», перешли на Люблинско-Дмитровскую салатовую линию через станцию «Трубная» и проехали ещё одну остановку до метро «Достоевская».
  Поездка под землёй оказалась лёгкой и быстрой. Но стоило нам подняться на Суворовскую площадь, как перед нами вырос колосс. Оценить его знаменитую форму пятиконечной звезды, стоя на земле, невозможно — гигантская звезда лежит, устремив свои лучи в разные стороны, и увидеть это можно разве что с высоты птичьего полета. Нас же, стоящих у подножия, театр оглушил своей невероятной высотой и монументальностью.
  Рассматривая его снизу вверх, всю эту мощь сразу охватить взглядом нельзя. Мы не удержались: не спеша обошли это исполинское здание кругом, восхищаясь его масштабами, пофотографировались и сделали первые кадры на память.
  Но стоило нам подойти к дверям здания, как нас ждал первый сюрприз. Центральный академический театр Российской армии — объект ведомственный, и прямо на входе у нас строго потребовали паспорта! Мы, конечно, документов с собой не взяли. И здесь снова спасли современные технологии: мы быстро открыли в смартфонах фотографии своих паспортов, бдительный контроль сменил гнев на милость, и нас пропустили.
  Поскольку мы приехали заранее, внутри было еще просторно и немноголюдно. В гардеробе моя подруга на всякий случай взяла напрокат театральный бинокль: билеты брали в амфитеатр и немного переживали, что сцена окажется далековато. Впрочем, наши страхи были напрасны — грандиозная сцена ЦАТРА сама по себе является чудом инженерной мысли.
  Пока мы неспешно прогуливались по красивым, залитым светом залам и фотографировались у картин, к нам вдруг подошла женщина. Интеллигентная, с мягким голосом, она приветливо улыбнулась и спросила: «Если кто-то интересуется историей, мы можем пройти на экскурсию в музей». Перед нами стояла сама создательница, созидательница и бессменный хранитель местного музея! И здесь время сделало свой первый удивительный виток. Поразительно, как совпадут карты в этой поездке: позднее, в следующий наш экскурсионный день, в Борисоглебском переулке нас встретит хранительница музея-квартиры Марины Цветаевой, которая отдает своему делу тридцать лет жизни. И эта театральная созительница точно так же, ровно тридцать лет, по крупицам созидала и оберегала историю своего родного театра.
  Мы пошли за нашей великолепной спутницей в музей. Она сама, своими руками создала эту экспозицию. Свою экскурсию она начала с простого факта, который полностью перевернул моё представление об искусстве. До этой встречи я почему-то всегда считала, что театр — это прежде всего монументальное здание, архитектурный символ. Но оказалось, театр — это живые люди. Это труппа, её общая душа и вера в своё дело. Своего грандиозного здания-звезды у Центрального театра Красной Армии в тридцатые годы не было и в помине. Труппа обрела жизнь 6 февраля 1930 года, и своё первое боевое крещение и первые показы артисты провели на Дальнем Востоке — на сопках Маньчжурии, обслуживая бойцов во время конфликта на КВЖД.
  Когда экскурсовод произнесла эти слова, у меня внутри всё перевернулось от гордости и волнения. Дальний Восток — это моя родина! Услышать в самом центре Москвы, в огромном столичном театре, столь близкие и родные для сердца географические названия было ни с чем не сравнимым счастьем. Хранительница увлечённо рассказывала, как эта изначально небольшая, скромная агитбригада путешествовала на поездах, как развивалась, взрослела, обзаводилась бесценным опытом. Из довольно слабого, разрозненного коллектива постепенно выковывалась мощнейшая, сильнейшая актёрская труппа страны.
  А затем наступило время самого здания. Хранительница приоткрыла нам завесу тайны над тем, как у театра появился этот уникальный дом в форме пятиконечной звезды. Архитекторы долго ломали голову над проектами, ведь поставить такую исполинскую звезду «стоя» было технически невозможно — и тогда её решили положить на землю. Делалось бесчисленное множество макетов, чертежей и форм, но руководство долго не утверждало ни один из них. Существует даже легенда, что в разгар долгих споров нарком обороны Климент Ворошилов в сердцах грохнул об стол массивной стеклянной пепельницей в форме пятиконечной звезды и воскликнул: «Ну хотя бы такую можете сделать форму?!». Самое забавное, что те многочисленные макеты зданий, которые были отклонены для главного военного театра страны, не пропали даром: по этим проектам впоследствии построили театры по всей советской республике, а этот, наш исполин, был возведён самым последним, став венцом архитектурной мысли.
  В залах музея всё было устроено с невероятной любовью: экспозиция была четко разбита по десятилетиям. Каждая ниша — это отдельная эпоха, бережно оформленная руками нашей провожатой. Там были отмечены великие актеры, легендарные спектакли и знаковые вехи. Экскурсовод с гордостью продемонстрировала нам макет той самой движущейся сцены, который она тоже смастерила самостоятельно. На этой миниатюрной модели было наглядно видно, как грандиозная крутящаяся платформа держится и вращается всего на одном-единственном, колоссальном подшипнике!
  Хранительница рассказала, что по первоначальному замыслу на самой вершине здания должна была возвышаться огромная, монументальная фигура Красноармейца. Сейчас её там нет — проект так и не был воплощен, поскольку фигура получалась слишком громоздкой, тяжелой, да и начавшаяся война внесла свои суровые коррективы. Зато сколько потрясающих человеческих историй хранили эти ниши! Нам поведали забавный факт про великую Фаину Раневскую. Её в свое время настойчиво приглашали выступать в этих стенах, но она по каким-то причинам отказалась. По глубокому убеждению создательницы музея, Раневская потом всю жизнь кусала локти от досады, ведь постановки здесь гремели на всю страну и становились шедеврами театрального искусства.
  История моей родины и история великого театра переплелись в этот час, сделав мой первый театральный выход по-настоящему незабываемым. Экскурсия подошла к концу, в коридорах театра перед входом в зрительный зал начал толпиться народ, и нас наконец позвала огромная сцена и долгожданный спектакль «Леди на день»…
  Когда мы наконец вошли в зал и поднялись на свои места, дух перехватило. Зал ЦАТРА — это настоящий величественный амфитеатр, поражающий циклопическими масштабами. Видно оттуда было очень хорошо и практически даже не пригодился взятый бинокль. Нам удалось отлично всё рассмотреть, даже мимика актеров была видна великолепно. До начала действия состав оставался интригой, но карандашные пометки на программке расставили всё по местам. Еще в гардеробе, выдавая нам бинокль, женщина с абсолютным восторгом заявила: «Стоцкая в этой роли — это просто что-то невероятное! Это её роль на все сто процентов, сами увидите!». И действительно, в роли Анни на сцену вышла Анастасия Стоцкая. Играла она отлично, но чисто по-человечески её кастинг оставил вопросы: для образа побитой жизнью, опустившейся уличной торговки яблоками она казалась мне слишком молодой. Пожалуй, Александра Стриженова выглядела бы тут солиднее и убедительнее.
  Зато мужской состав и окружение Анни были безупречны. Тимур Еремеев в роли Дэйва-Красавчика играл легко, блестяще и с невероятным шармом. А кто устроил на сцене настоящий, безоговорочный триумф — так это Денис Кутузов, игравший мэра Нью-Йорка. Он просто покорил весь зал без остатка! Каждое его появление было настолько точным и комичным, что огромный зал буквально заходился от хохота. Не меньший восторг вызвал и Токарев, который шикарно исполнил роль пройдохи, изображавшего судью Генри Блейка. Разглядывать забавные сцены, роскошные костюмы начала двадцатого века и то, как плавно разворачивается под артистами гигантская сцена на своем легендарном подшипнике, было чистым удовольствием.
  Но настоящим эмоциональным центром и главным украшением вечера стала великолепная Ольга Богданова в роли Миссури Мартин, хозяйки публичного дома. Это уже возрастная актриса, но сколько же в ней было шика, энергии, огня и невероятного обаяния! На мой взгляд, именно её роль стала главной в этом спектакле, удерживая на себе всё действие.
  Когда отгремели финальные аплодисменты и актеры вышли на поклон, зал взорвался овациями. Мы выходили из этого огромного театра-звезды обратно на Суворовскую площадь в полном восхищении. Летящий голубой подол моего парадного платья-трансформера от OYSHO тихо шуршал по ступеням парадной лестницы. Первый театральный вечер в Москве удался на славу: впереди нас ждал ночной Гнездниковский переулок, а в чемодане томились еще четыре шикарных наряда для грядущих открытий...

03.09.2026 г.