Глава 5. Второй эсхатологический шок

   Второй эсхатологический шок - шок задержки Парусии (Второго Пришествия Христа)наступил примерно через двадцать лет после распятия , в 50-х годах I века.Это был шок совершенно иного рода — шок экзистенциального разочарования и когнитивного диссонанса,шок возвращения в историю, который заставил переосмыслить сами основы веры.

      Второй  шок  произошел, когда первое поколение христиан начало физически умирать от старости и казней, так и не дождавшись Христа.  Иисус обещал: «Не прейдет род сей, как всё это будет» (Мк. 13:30). Но «род сей» начал умирать. В 62-м году в Иерусалиме казнят Иакова, брата Господня. В середине 60-х во время нероновских гонений в Риме погибают Петр и Павел. Уверовавшие замерли в ужасе: если "очевидцы" умирают, значит ли это, что пророчество Иисуса ложно? Что будет с теми, кто умер до Пришествия — они пропустили Царство?
      Кульминация второго шока: 70-й год. Иудейская война и сожжение Иерусалимского Храма римлянами в 70 году стали абсолютным пиком эсхатологического кошмара.Для ранних христиан-иудеев разрушение Храма и гибель Иерусалима были теми самыми «родовыми муками» в их максимальной фазе. Всё выглядело так, будто мир рушится. Христиане ожидали, что вот сейчас, посреди дыма горящего Храма, небо раскроется и явится Сын Человеческий. Но небо промолчало. Храм превратился в пепел, Иерусалим был уничтожен, а  Христос... снова не пришел в видимом триумфе на облаках. Это нанесло колоссальный удар по тем, кто еще ждал немедленной развязки.
Дым над пожарищем Храма рассеялся, Иерусалим превратился в руины, римские солдаты делили добычу, а триумф Христа в физическом мире так и не наступил.
Второй шок был шоком опустошения. Община оказалась  лицом к лицу с необходимостью платить налоги Риму, хоронить друзей и как-то устраивать быт в мире, который отказался кончаться.Движение оказалось на грани полной деморализации.

     Парадокс двойного эсхатологического шока заключается в том, что именно он спас христианство от участи локальной, быстро угасшей апокалиптической секты. Если бы раннее христианство осталось в рамках первого шока, оно бы исчезло как сотни других апокалиптических движений. Но именно второй шок заставил общину перестроиться .Пока очевидцы были живы, а конец близок, никто не писал книг.  Но когда свидетели стали умирать, Церковь осознала: мы остаемся в истории. Шок задержки породил Евангелия. Устная традиция , создавала фундамент для будущих поколений.

     Величайший текстолог современности Барт Эрман в своих работах наглядно показывает, как раннехристианские общины были вынуждены на ходу переписывать историю, спасаясь от тупика несбывшихся пророчеств. Если разложить Евангелия строго в хронологическом порядке их написания, перед нами откроется картина постепенного угасания и вытеснения первоначальной эсхатологической вести Иисуса.
     Евангелие от Марка (ок. 70 г. н.э.), будучи самым ранним,  зафиксировало Иисуса как  пророка апокалипсиса. У Марка Иисус открыто говорит, что катастрофа произойдет при жизни Его слушателей: «Есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие» (Мк. 9:1). Конец света стоял прямо за дверью. Иисус начинает проповедь со слов: "Время близко!". Он совершенно ясно дает понять, что конец наступит при жизни Его поколения. В Марка 9:1 Иисус говорит: "Есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие, пришедшее в силе". Для Марка и его общины Конец Света стоял прямо за дверью.
     Евангелие от Луки написано на 10-15 лет позже (ок. 80–85 гг. н.э.). Поколение Марка начинает массово вымирать, порождая «второй эсхатологический шок». Как отмечает Барт Эрман, Лука, переписывая Марка, начинает аккуратно подчищать текст. Во время суда над Иисусом у Марка (14:62) Иисус говорит первосвященнику: "Вы увидите Сына Человеческого, сидящего одесную силы и грядущего на облаках небесных", что  означало, что первосвященник доживет до конца света . Но когда Лука пишет свое Евангелие годы спустя, этот первосвященник уже давно мертв, и  Лука тонко меняет фразу (22:69): "Отныне Сын Человеческий воссядет одесную силы Божией". Слова "и вы увидите Его грядущим" Лука просто вычеркивает. Конец света отодвигается в неопределенное будущее.
     Прошло еще десятилетие. Первое поколение вымерло полностью. Пророчество о скором космическом суде  провалилось. И Иоанн совершает гениальный переворот. В своем Евангелии ( ок 90-95 г) он полностью убирает из учения Иисуса грядущую катастрофу и пришествие на облаках. Христианство Иоанна окончательно смирилось с задержкой, вычеркнуло календарные сроки и превратилось в религию земной истории.   У Иоанна Иисус больше не проповедует о скором пришествии Сына Человеческого на облаках. Он вообще не говорит о грядущей катастрофе, потому что для общины Иоанна этот прогноз уже  не сбылся. Иоанн заменяет будущее спасение на настоящее. У Иоанна "вечная жизнь" — это то, что верующий  получает в свое сознание прямо сейчас, в момент веры.Конец Света стал внутренним событием.Суд идет прямо сейчас
В отличие от синоптических Евангелий , где упор делается на будущую катастрофу и пришествие Сына Человеческого, Иоанн переносит фокус в настоящее время:
«Верующий в Него не судится, а неверующий уже осужден...» (Ин. 3:18). То есть Страшный Суд — это не событие в конце истории, это выбор человека прямо сейчас, в момент встречи с Христом.У Иоанна вечная жизнь — это не то, что начнется после воскресения мертвых в конце времен. Это то, чем верующий обладает уже в эту секунду:  «Слушающий слово Мое и верующий в Пославшего Меня имеет жизнь вечную, и на суд не приходит, но перешел от смерти в жизнь» (Ин. 5:24).  Вместо грозного возвращения Христа на облаках, Иоанн акцентирует внимание на обещании прислать Святого Духа Утешителя. Для Иоанна Христос уже «вернулся» к Своим ученикам в лице Духа, который обитает внутри общины.

Так, эсхатология была перенесена из внешнего космоса во внутренний мир человека. Ждать больше ничего не нужно. Христианство у Иоанна окончательно перестало быть апокалиптической сектой и превратилось в религию земной истории.
Вместо бродячих харизматиков на сцену выходят епископы, пресвитеры и диаконы. Община переходит  к строительству глобальной сети — Церкви, способной существовать веками.
Двойной эсхатологический шок превратил христианство в уникальный сплав. От первого удара, от проповеди Иисуса, оно унаследовало свой бескомпромиссный радикализм, устремленность в Небо и презрение к земному тлену. От второго удара оно получило  способность прочно стоять на земле, строить иерархию, создавать литературу и вписывать себя в долгую историю человечества. Локальное галилейское ожидание превратилось в глобальную церковную систему.

                Выводы

    Христианство родилось не из гладкого развития идеи, а из преодоления двух экзистенциальных катастроф - двойного эсхатологического шока.
Первый эсхатологический шок или Шок Приближения  Царства Божьего был вызван
проповедью  Христа. Этика Христа являлась следствием его эсхатологии.
Нагорная проповедь — это не моральный кодекс для веков, а «этика переходного периода».
     Второй эсхатологический шок (Шок Задержки Парусии)  был вызван
столкновением  верующих  с продолжающейся историей и биологической смертью. Крах ожиданий произошел во время разрушения Иерусалима в 70 г. н.э.  Люди оказались в экзистенциальный тупике : как жить на земле по законам Неба.
     Церковь переработала этот двойной удар, создав Евангелия и перенеся Царство Божие внутрь человека ("реализованная эсхатология" Иоанна).
Двойной шок обозначил  два вектора христианства: вертикальный - радикальное устремление в Небо из первого шока и горизонтальный -способность жить и созидать в истории из второго шока.


Продолжение.    Павел  как  архитектор выживания