Родион Зародинов

Бац! Бах! Бах!!! Взрывы с угрожающей быстротой приближались к укрытию Родиона.  Будь это бетонный бункер или хотя бы добротно вырытый ДОТ опасность можно было вполне проигнорировать. Но все, что они успели сделать, это лишь незаконченное укрытие из бревен с дырявой крышей, даже не замаскированное хотя бы сеткой (куда уж там землей завалить), которое срочно надо было оставить и бежать оттуда куда глаза глядят.
Бум! «Это уже было близко. Прицельно кладут. Еще немного и….». Родин не успел закончить мысль. Снаряд выпущенный из миномета попал точно в цель, прямо в дырявую крушу укрытия. В ушах раздался оглушительный звон, который все никак не стихал. Ноги не слушались. Родион закрыл глаза, как ему показалось на мгновенье, и никак не мог отрыть их обратно.
- Э, чел, ты там не жмурик еще? – раздался голос, сменивший шум в его ушах. – Живой там, э?!
Этот голос Родион меньше всего хотел слышать именно сейчас.
- Жить буду! - прокричал он. – Сам как?
- Лучше бывало!
Родион наконец открыл глаза и увидел перед собой знакомое лицо. «Чиж, ну кому же быть тут еще». Тем временем собеседник осторожно подошел к нему.
- Я же говорил, валить отсюда надо было. Еще вчера, как узнали, что мы одни тут пару суток будем.
- Так был приказ, ждать здесь…
Чиж рассмеялся во весь рот, показав свои прокуренные зубы. Его улыбка больше напоминала оскал.
- Да опять ты со своими приказами. Не надоело тебе еще?!
Родион так и не мог понять говорит ли его собеседник или смеется. Чиж же снова оскалился и посмотрел на Родиона.
- Не слышал ты этот приказ, понял?!
Родион нахмурился. Чиж же снова заулыбался.
- Ну а я вот его точняк его не слышал.
Родион тем временем попытался осмотреть все вокруг. Других парней нигде не было. Их тел тоже. Только горящие бревна у дальней стены и густой дым.
- Ты идти то можешь? – продолжил Чиж.
- Не уверен, но попробую.
- Вот и слано. Сейчас перекурю и пойдем.
- Это еще куда?
Чиж снова рассмеялся.
- Мы тут с тобой вдвоем, Родя. Нравится тебе это или нет, но валить нам все равно придется. Сейчас нашу яму чекать перестанут и мы под дымок уйдем. Схоронимся где-нибудь, а там видно будет.
Родион немного задумался. Чиж задымил папиросой. Родион задумался о своем незавидном положении, собираясь с мыслями.
- Чиж, ты это. – наконец не выдержал он. – Беги, если хочешь, а я тут буду. Прикрою тебя, пока бежишь.
Родион тут же услышал смех чижа, который больше напоминал сардонический.
- Ты это чего, Родя? Здесь сдохнуть решил?
- Ну а куда мне бежать то. – спокойно ответил Родион. – Вот, уже добегался.
- Ну настаивать не буду, Родя. – Чиж угрожающе придвинулся к Родиону. – Только вот скажи мне на ухо, зачем тебе оно? Вот зачем?
- Ну знаешь, там моя родина, а тут они идут. Может задержу.
- Это тот волосатый, родина твоя? Или лысый который? – не унимался Чиж. – Ну как знаешь, Родя. А я пойду. Догоняй, если захочешь. А нет, так и запишем на табличке: «Родион Зародинов». Все равно не запомнил твою фамилиономию.
Чиж медленно встал и демонстративно пошел к выходу.
Родион снова закрыл глаза и задумался. А правда, что это за родина такая, из-за которой он здесь застрял? Партии с правителями? Ну уж точно нет. Может для кого-то, но не для Родиона. Березки, речки, тополя? Да точно нет, он не такой сентиментальный. Да и пальма за окном его вполне бы устроила. А что же тогда? Люба, Ванька? Ну вот это уже ближе. Только стоило ли оно того? Теперь уже поздно? Но что тогда мешало увезти их куда-нибудь в Забугорию и спокойно ожить вдали от всего этого? Да ничего!
Веки Родиона еще больше потяжелел. Но вопрос Чижа так и вертелся у него в голове. Эту мысль он никак не мог прогнать. Никак.
Ну все же при чем тут родина? Что в Забугории нет, что здесь есть то?! А вообще что там есть то? Ну вот бородатую бабу показывали. Смех же, да и только. Вот автомобиль, которое стоит столько, сколько ему за всю жизнь не напахать. Гамбургеры, чизбургеры, собаки горячие… Ну музыка непонятная еще. А здесь, у нас то, что есть? С телека что-то орут, да Родиону дела нет до этого, сам он видел что здесь.
Ну вот пельмени, которые Люба пересаливает постоянно, ну его старая Лада, не БВМ, что и говорить, ну с Ванькой самолетики из бумаги делать, так он любит их запускать по ветру… И все, что еще?
А вот приходит он там с работы, им Люба его чизбургером встречает. Вот это, оно да, тоже родина. Но мысли продолжались... А тут Ванька, без самолетиков, но накрашенный, весь такой в шипах металлических, как те музыканты. Говорит, по телеку такое видел, красиво же. Ремня ему за это дать, да и все. А вот и нет, опека же их придет, воспитываете гражданин неправильно, надо в наших традициях. А это в каких таких ваших то? А вот взаимоуважении, свободе. Ну это то хорошо, конечно, но тех шипастых мне тоже уважать? А может и тех, кто моего прадеда в печку концлагеря запихнули тоже? Ну а вы как хотели, они же нас от вашенской агрессии защищали, уважайте гражданин. Иначе Ванько то с нами пойдет. А вот и не пойдет, не пройдете вы сюда со своим забугорным! Не пройдете! Может вот это и есть родина, когда пельмене пересаленные, зато свои, когда Ванька мужиком вырастит, а не чудищем шипастым, с рыком вместо песен. Не пройдет! Все, хватит спать и мыслить об этом! На позицию пора! Еще пельмени Любкины покушаю. Научу ее наконец нормально солить!
Родион наконец открыл глаза и обомлел. Рядом с ним сидел Док и отчаянно пытался привести его в сознание.
 - Родион, живой! Не двигайся! Сильно тебя перепало, мы уж думали все! Только не говори, нельзя сейчас! Нельзя! Ребята, выноси его! Быстрее.
Родион и не понял, как его погрузили на импровизированные носилки и понесли. Его взгляд задержался на безжизненном лице Чижа, на котором теперь уже навсегда застыл его оскал. Похоже жизнь от него куда-то убежала….