Казус...

В маршрутке было тесно, как в шкатулке с пуговицами. Люди стояли молча, держались за поручни и делали вид, что не замечают друг друга. У окна, зажатый между школьным рюкзаком и чьей-то сумкой с укропом, ехал мальчик лет двенадцати и сосредоточенно жевал жвачку, глядя куда-то поверх голов.

Напротив него сидела маленькая старушка в аккуратном сером платке. Она долго и пристально смотрела на мальчика, так внимательно, будто пыталась вспомнить его по фамилии и адресу. Мальчик, почувствовав этот взгляд, занервничал и, чтобы не молчать, начал что-то говорить — быстро, сбивчиво, почти шёпотом. Он, кажется, объяснял, что жвачка не шумит, что он просто устал, что уроки сегодня были длинные, а домой всё равно далеко.

Старушка слушала, не меняясь в лице. Потом чуть наклонилась к нему, прищурилась и тихо, очень внятно сказала:

— Зря, сынок, ты это мне всё рассказываешь... Я ведь глухая...

В маршрутке на секунду стало ещё тише. Потом кто-то у окна фыркнул, женщина с сумкой прыснула в ладонь, а водитель так резко кашлянул, будто тоже рассмеялся, но передумал.

Мальчик покраснел до ушей и замолчал. А старушка, довольная произведённым эффектом, повернулась к окну и стала смотреть на город так, словно он был ей давно знаком и немного обязан.