Бесконечное блаженство

    Всемогущество и его естественная цель

  Допустим, существует всемогущее живое существо — Бог. Живое — значит чувствующее, способное переживать удовольствие и страдание, воспринимать богатство бытия и откликаться на него.
  Всемогущество — это способность исполнять абсолютно все свои желания; это абсолютная свобода: жить так, как хочешь, делать то, что хочешь. Но свобода без цели пуста, а всемогущество без направления превращается в хаос желаний, который ни к чему не ведёт.

  Естественная цель всемогущего существа — бесконечное блаженство: вечно нарастающее как по силе, так и по разнообразию получение удовольствий без всяких страданий.
  Это не произвольный выбор и не каприз. Бесконечное блаженство — единственная цель, которая не противоречит всемогуществу. Всякая конечная цель рано или поздно достигается, и после её достижения всемогущество оказывается перед пустотой: больше нечего хотеть.
  Конечная цель обесценивает всемогущество, превращает его в конечное средство. Только бесконечная цель способна наполнять бесконечное существование смыслом — и единственная бесконечная цель, доступная чувствующему существу, это блаженство, которое растёт вечно: по интенсивности и по разнообразию.

  Здесь возникает главный вопрос: какие желания должны быть у Бога, чтобы их исполнение приводило к бесконечному блаженству?

  Не всякое желание ведёт к бесконечному нарастанию удовольствия. Многие желания конечны по своей природе — их исполнение приносит краткое удовлетворение, за которым следует пресыщение. Чтобы блаженство было бесконечным, Бог должен желать того, что бесконечно по содержанию и никогда не исчерпывает себя.

    Живые существа как необходимость

  Ключевое прозрение состоит в следующем: без живых существ бытие Бога будет неполным. Чувствующее существо, окружённое лишь неживой материей — или вовсе существующее в пустоте, — рано или поздно исчерпает все возможные комбинации, все формы самонаслаждения.
  Неживое предсказуемо: оно подчинено законам, которые всемогущее существо знает заранее, и потому не может ничему удивиться. Удовольствие от управления неживым миром конечно, потому что мир без сознания не порождает новизны — он лишь повторяет то, что уже известно.

  Живые существа — это источник подлинной новизны. Каждое живое существо обладает собственной перспективой, собственным опытом, собственной волей. Их взаимодействие друг с другом и с Богом порождает бесконечное разнообразие ситуаций, отношений, открытий.
  Живое непредсказуемо в своём внутреннем мире — даже для всемогущего существа, если оно желает сохранять подлинность живого, а не сводить его к механическим автоматам.

  Без живых существ удовольствия Бога будут ограничены. Ограниченность удовольствий противоречит цели «бесконечное блаженство». Следовательно, создание живых существ — не выбор, а необходимость. Это структурное требование самой цели.
  Бог не может достичь бесконечного блаженства в одиночестве — не потому что он слаб, а потому что бесконечное разнообразие удовольствий требует бесконечного разнообразия источников, и живые существа являются такими источниками. Они — со-творцы блаженства, не пассивные декорации, а активные участники бытия, чьё существование делает бытие Бога полным.

    Два пути создания мира

  Создав живых существ, Бог сталкивается с фундаментальным выбором. Есть только две возможности создания мира, где есть живые существа: справедливый мир, в котором действует фундаментальный закон справедливости, и несправедливый мир, в котором такого закона нет. Третьего не дано: либо справедливость является структурным принципом бытия, либо нет.

  Этот выбор не моральный, а прагматический. Вопрос не в том, «хочет» ли Бог справедливости в этическом смысле. Вопрос в том, какой мир способен поддерживать бесконечное блаженство, а какой — нет.

    Несправедливый мир: предел разумности

  Если Бог создаст несправедливый мир, в нём будет существовать непреодолимый предел разумности. Это не внешнее ограничение, а внутренняя закономерность несправедливого бытия. Суть этого предела такова: в несправедливом мире цинизм систематически побеждает разумность.

  Вот как это работает. В несправедливом мире нет механизма, обеспечивающего, чтобы разумные действия приносили лучшие плоды, чем неразумные. Напротив: в таком мире цинизм — ложная прагматичность с малым горизонтом планирования — регулярно оказывается выгоднее подлинной разумности. Тот, кто готов предать, обмануть и пожертвовать другими ради ближайшей выгоды, чаще достигает успеха, чем тот, кто строит долгосрочные стратегии сотрудничества. Это не случайность, а закон: несправедливый мир не вознаграждает добродетельность, и потому постепенно происходит естественный отбор в пользу цинизма.

  На уровне цивилизаций это означает следующее. Каждая цивилизация живых существ проходит путь развития, и на этом пути происходит отрицательный отбор — естественный, но направленный в разрушительную сторону.
  В управлении цивилизацией становится всё меньше разумных существ и всё больше циничных. Разумные вытесняются не потому, что они слабее, а потому, что система не защищает их. Циники лучше адаптируются к несправедливой среде — среде, которая вознаграждает именно те качества, которые ведут к разрушению.
  Дойдя до предела разумности, цивилизация теряет способность к дальнейшему развитию: ею управляют существа, не способные мыслить дальше ближайшего цикла. Такая цивилизация разрушает сама себя — ресурсами, экологией, войнами, внутренними конфликтами, которые она не способна разрешить, потому что разрешение требует именно того качества, которое было отсеяно: подлинной разумности.

  Предел разумности — это, по сути, предел развития бытия. За этим пределом бытие становится однообразным: цивилизации возникают, достигают предела и разрушаются, снова и снова, по одним и тем же сценариям.
  Несправедливые миры сворачиваются — их разнообразие ограничено, количество живых существ ограничено, их достижения ограничены. Бытие в несправедливом мире становится абсолютно предсказуемым и саморазрушающимся: предсказуемым, потому что один и тот же сценарий повторяется бесконечно; саморазрушающимся, потому что в нём заложен механизм, который гарантированно уничтожает всё, что достигает определённого уровня.

  Для Бога это означает катастрофу его цели. Бесконечное блаженство требует бесконечного разнообразия. Несправедливый мир не может его дать: он сворачивается, повторяется, скучнеет. Бог, создавший несправедливый мир, обрекает себя на наблюдение одного и того же цикла — возникновения, вырождения и гибели. Это не бесконечное блаженство, а бесконечная скука.

    Справедливый мир: вечное развитие

  Справедливый мир — это мир, в котором действует фундаментальный закон справедливости. Это не значит, что в нём нет трудностей, конфликтов или ошибок. Это значит, что в нём разумные действия систематически приносят лучшие плоды, чем неразумные.
  Справедливость здесь — не моральная категория, а структурный принцип: мир устроен так, что подлинная разумность (дальновидность, забота об общем благе, способность к сотрудничеству) имеет преимущество перед цинизмом.

  В таком мире положительный отбор работает в пользу разумности. Цивилизации не сталкиваются с непреодолимым пределом: каждая трудность, которая могла бы их разрушить, становится стимулом для дальнейшего развития, потому что мир вознаграждает тех, кто ищет подлинное решение, а не тех, кто выбирает лёгкий циничный путь. Развитие не останавливается — оно становится вечным.

  Справедливый мир обеспечивает вечное существование — не потому что в нём нет смерти, а потому что в нём смерть и разрушение не являются финальными.
  Живые существа продолжают существовать, развиваться, создавать новое. Он обеспечивает вечный интерес к жизни — потому что каждое новое поколение живых существ открывает то, чего не знали предыдущие, и нет предела этому открытию.

  Для Бога справедливый мир — единственная среда, способная поддерживать бесконечное блаженство. В нём живые существа развиваются бесконечно, порождая бесконечное разнообразие опыта, отношений, творчества.
  Каждый новый уровень развития живых существ открывает новые формы взаимодействия с Богом, новые грани бытия, которые Бог может разделять и наслаждаться ими. Бесконечное развитие живых существ означает бесконечный рост источников блаженства — и по силе, и по разнообразию.

    Необходимость справедливости

  Теперь можно собрать всё вместе. Бог всемогущ и стремится к бесконечному блаженству. Бесконечное блаженство требует бесконечного разнообразия. Бесконечное разнообразие требует живых существ, развивающихся бесконечно. Бесконечное развитие живых существ возможно только в справедливом мире. В несправедливом мире развитие упирается в предел разумности, и бытие сворачивается в однообразную, предсказуемую, саморазрушающуюся повторяемость.

  Следовательно, Бог с необходимостью создаст справедливый мир — не из морального предпочтения, а из структурной неизбежности. Справедливость — не выбор доброго Бога, а условие его собственного блаженства. Несправедливый мир убивает то, что делает блаженство бесконечным: разнообразие, развитие, новизну.

  Справедливый мир — единственная форма бытия, в которой бесконечное блаженство вообще возможно.

  Это значит, что справедливость не является внешним законом, навязанным Богу. Она — внутренняя необходимость самого всемогущества. Всемогущее существо, стремящееся к бесконечному блаженству, не может выбрать несправедливость — не потому что оно не может ее реализовать, а потому что такой выбор противоречит его собственной цели. Свобода всемогущего существа не нарушается: оно свободно выбирает то, что единственно ведёт к его цели.
  Справедливый мир — это не ограничение свободы Бога, а её наиболее полное выражение: свобода, которая выбирает то, что делает её собственную бесконечность возможной.

    Справедливость и блаженство — одно

  В итоге мы приходим к неожиданному и глубокому выводу: справедливость и бесконечное блаженство — не две разные вещи, а одно и то же, рассмотренное с двух сторон.
  Справедливость — это структура бытия, обеспечивающая вечное развитие. Бесконечное блаженство — это опыт всемогущего существа, живущего в такой структуре. Нельзя иметь одно без другого: без справедливости блаженство конечно, а без стремления к блаженству справедливость лишена смысла.

  Бог не создаёт справедливый мир как нечто отдельное от себя, чтобы потом наслаждаться им извне. Справедливый мир — это форма, которую принимает само бытие Бога, когда оно направлено к бесконечному блаженству.
  Живые существа в таком мире — не подданные и не декорации, а участники единого бытия, чьё развитие и есть развитие блаженства Бога. Их радость — часть его радости, их открытия — часть его бесконечного наслаждения, их вечное развитие — условие его вечного интереса к жизни.

  Так замыкается круг: всемогущество стремится к бесконечному блаженству, бесконечное блаженство требует живых существ, живые существа требуют справедливого мира, справедливый мир обеспечивает вечное развитие, вечное развитие порождает бесконечное разнообразие, бесконечное разнообразие наполняет бесконечное блаженство.
  Каждый элемент этой цепи с необходимостью вытекает из предыдущего. И в этом смысле справедливый мир — не лучший из возможных вариантов, а единственный, в котором цель всемогущего существа достижима.

  Бесконечное блаженство и справедливость — две стороны одного бытия. Таков мир, который всемогущее существо создаст с необходимостью — и в котором оно будет жить вечно.