Все скопытились! Знакомство с писательницей

(прочитать этот рассказ с иллюстрациями можно на моём Дзен-канале здесь: https://dzen.ru/a/aphQOdp4vlBJ4k87)

Начало учебного года – испытание не для слабых духом. К счастью, наша учительница Лилия Юрьевна это понимает (ей и самой невесело) и по мере возможности старается нас развлечь.

- Угадайте, дети, кто к нам пришёл? – закричала она, входя. – Хлопайте громче. К нам пришла настоящая писательница.

Мы захлопали, вытаращив рты и развесив глаза. Событие! Писательницу звали Люция Гербертовна Печалькина. Она была молода и симпатична, хотя вид имела такой, словно вот-вот расплачется. Сперва мы думали, что производим на неё грустное впечатление, но потом поняли, что Люция всю дорогу живёт с этим лицом. Даже ночью.

Лилия Юрьевна представила гостью. Рассказала, что встретила её на творческой тусовке и загорелась идеей устроить литературную гостиную. Печалькина – известная личность, автор книг и лауреат каких-то премий.

- До премии я немножко не дотянула, – скромно поправила писательница. – Но льщу себя надеждой, что закончу очередную вещь и непременно её получу!

- Люция Гербертовна выпускает романы для юношеской и взрослой аудитории, – пояснила классная. – Поэтому вряд ли её книги попадались вам в руки… или кто-то читал?

Оказалось, произведения Печалькиной читали двое: отличники Марс Горелкин и Вика Чайникова, которые читают всё, что не приколочено. Это была приятная новость. Не такие уж мы малолетки!

- Я читал две ваших книги! – важно заявил Горелкин. – Первая – про вокзального носильщика и девушку, опоздавшую на поезд. Носильщик пустил её на ночлег, между ними вспыхнула страсть…

- Спасибо, молодой человек! – обрадовалась Печалькина. – Эта повесть называется «Опасная любовь».

- В общем, я прочёл, – сказал Горелкин. – Только досадно, что девушка в конце скопытилась.

- Стыдись! – укорила Лилия Юрьевна. – Не скопытилась, а трагически погибла от рук ревнивого жениха.

- Ага! – согласился Горелкин. – От них и скопытилась. Вторая книжка была о фотомодели и фотографе, который в неё без памяти влюбился.

- Какой вы начитанный! – восхитилась Печалькина. – Эта книга называется «Несчастная любовь».

- Там тоже всё достойно подано! – похвалил Горелкин. – Съёмки, движуха, интрига. Жалко, что фотограф в финале скопытился.

Классуха Юрьевна опять сделала страшные глаза и сказала, что главный герой не скопытился, а свёл счёты с жизнью от несостоявшейся любви, поскольку фотомодель его бросила. Это тонкая роковая кульминация и Печалькина виртуозно её описала!

- Пусть будет так! – покладисто сказал Горелкин. – Сейчас читаю вашу третью повесть. В ней пилот дальних авиалиний крутит роман со стюардессой.

- Браво, юноша! – воссияла писательница. – Обязательно подарю вам автограф после встречи. Каковы ваши впечатления? Интересно читать?

- Ещё бы! – сказал Горелкин. – Все мозги сломал, гадая, кто из них в конце скопытится.

Лилия Юрьевна молча схватилась за голову. С места поднялась Вика Чайникова и внесла свои пять копеек. Сообщила, что роман про пилота и стюардессу она уже одолела, но концовку не раскроет, чтоб не обломать Горелкину весь филологический экстаз. Кроме того, она читала романы Печалькиной «Ужасная любовь» и «Фугасная любовь». Оба произведения по-своему хороши, хотя их роднит одно: в конце кто-нибудь из героев обязательно скопытится.

В ходе разбора выяснилось, что мочить героев в конце книги – коронная фишка Люции Гербертовны. Ни одна из влюблённых пар не доходила у неё до финала в полном составе. Если жених не повесится, то невеста утонет. Если невеста каким-то чудом уцелеет – наутро ей несут гроб с женихом, который чистил дома ружьё и нечаянно застрелился. Словом, кто-нибудь да скопытится.

От этих замечаний лицо Печалькиной (и без того плаксивое) окончательно скисло. Она была на грани рыданий.

- Вы слишком юны для взрослой литературы, – сказала она. – Сентиментальный роман основан на страдании. Если в книге никто из влюблённых не умер – это ненастоящая любовь. О такой и писать не стоит.

- Вот у вас вечно кто-нибудь умирает, – сказал Петька Рыжиков. – Всё в мрачных тонах, кладбище и гробик. Вам кошмары потом не снятся?

Люция сказала, что однажды пережила истинный кошмар. После выхода очередной книги она легла спать – и ей приснилось, будто в текст вкралась чудовищная ошибка, которую теперь не исправить! Люция вскочила в холодном поту и стремглав бросилась к книжной полке.

- Наверное, вам приснилось, что в конце никто не скопытился? – догадался Марс Горелкин.

- Да! – призналась Печалькина. – Но открыв книгу, я успокоилась: то был лишь сон. Главный герой умер в катастрофе, как ему и надлежало, и не было необходимости отзывать тираж.

- А я бы почитал вариант, где все выжили! – сказал Горелкин. – Чисто для разнообразия. Кстати, мне попадалась ваша вещь под названием «Властная любовь». Вот там огонь! Главный герой – директор школы – вызывает к себе учительницу, запирает дверь, бросает её на диван и …

- Горелкин, прекрати! – испугалась классуха Юрьевна. – Тебе рано читать столь откровенную прозу!

- А что там откровенного? – удивился Горелкин. – Директор бросил учительницу на диван и всего-навсего задушил!

Лилия Юрьевна с облегчением выдохнула и улыбнулась писательнице Печалькиной.

- Задушил! – счастливо повторила она. – Тогда ещё ничего. Будем считать, всё кончилось прекрасно. За что я ценю ваши книги – так это за их целомудрие!

Напоследок писательница рассказала, почему её кинули с литературной премией. Жюри сочло, что в её книге скопытилось слишком мало народу, а значит, она не тянет на литературу высшего художественного уровня. Но Печалькина готовится к реваншу! В новой книге норма по трупам будет не только выполнена, но и перевыполнена. Тогда премия у неё в кармане.

***

Придя домой, я похвастал, что к нам приводили настоящую писательницу! Автора романов «Опасная любовь», «Несчастная любовь», «Ужасная любовь» и многих других . Попросил совета: с какой книги мне начать знакомиться с её бессмертным творчеством?

Мама ответила, что лучше ни с какой. Однажды она заглянула в роман Печалькиной – и от бездарности чуть не скопытилась.