Драма в ущелье и триумф секретной платы КИПиА

Пока Су-25 снова уходил в небо, в суровом горном ущелье разыгрывалась настоящая драма. Вертолёт Ми-8 под управлением Анжелы Власенко и Смекайло-де-Цопфи швыряло из стороны в сторону шквалистым ветром. Скалы создавали мощнейшие электромагнитные наводки.— Анжела! Правый двигатель на пределе, температура газов растёт! — крикнул Смекайло. — А приборы... посмотри на них, частотный резонанс от скал глушит радиовысотомер!В этот критический момент секретная плата Пиняева «Импульс-9» приняла на себя колоссальный удар статического разряда. На приборной панели затрещало, посыпались искры, но германиевые диоды и контур развязки выдержали! Стрелки задрожали и выдали чёткие, абсолютно неискажённые параметры высоты и шага винта. Опасное испытание автоматики КИПиА завершилось полным триумфом!— Володька — гений! Его секретная плата держит сеть! — закричала Анжела Власенко. — Смекайло, вижу реальный шаг винта, сбавь мощность на два градуса, проскочим по касательной!Благодаря неординарному расчёту Смекайло, стальным нервам Анжелы и выстоявшей электронике Пиняева, Ми-8 буквально протиснулся сквозь нисходящий поток и мягко плюхнулся на крошечную ледяную площадку «Пика-400».Рядом с полуразрушенным домиком метеостанции их встретил начальник смены — исхудавший, обветренный полярник матёрый метеоролог Борис «Борода» Яковлев.— Родные мои! — закричал Яковлев, помогая разгружать ящики с провиантом. — Ну и асы! Приборы у вас, я смотрю, даже от грозы не сбоили, я по рации слышал!Смекайло-де-Цопфи с помощью народной смекалки и пары тросов помог рабочим закрепить основание новой мачты всего за двадцать минут. Забрав Бориса Яковлева, которому требовался медосмотр на большой земле, Ми-8 под прикрытием кружащего в вышине Су-25 Марины и Мирона взял курс домой.Вечернее празднование и пополнение в братвеВечером авиационный гараж Марины Беленькой снова гудел. Но теперь поводов было в два раза больше. В центре стола стояли уже два огромных таза с пельменями от Ангелины, а количество бутылок «Трёх Топоров» заметно прибавилось.Борис «Борода» Яковлев, бережно держа стакан, обвёл глазами команду:— Я за свои двадцать лет в горах много лётчиков видел. Но чтобы слесарь прямо на полосе за пятнадцать минут боевой штурмовик перебрал, секретная плата выдержала адский разряд, а девчонка-бортинженер посадила вертушку на ледник... Марина Никифоровна, я решил остаться работать в вашей команде! Возьмите меня! Я горы знаю как свои пять пальцев, метеоролог я отменный, да и в технике соображаю. Не хочу больше на балансе министерства киснуть, хочу с вашей братвой дело делать!Марина Беленькая весело переглянулась с Лидией и Татьяной, а затем хлопнула Яковлева по плечу:— А что, Борода, нам такие люди нужны! Смекайло как раз нужен был помощник по высокогорным вылетам, чтобы погоду читать с лёту. Добро пожаловать в команду, метеоролог! Теперь нас ровно десять!Марина подняла стакан:— Братва! Сегодня наш слесарь Мирон доказал, что его руки — на вес золота! Анжела со Смекайло и секретной платой Пиняева — покорили Пик-400! А Борис Яковлев нашел свою новую авиационную семью. За нашу железную десятку! За то, чтобы количество взлётов всегда равнялось количеству посадок!Вся дружная банда весело рассмеялась, стаканы с портвейном дружно звякнули. Песни и разговоры в гараже не умолкали до самой ночи.Вот и сказки конец, а кто вместе с братвой до самого финала дочитал, да за Мирона, Анжелу и всю команду порадовался — ПЯТИКРАТНО ОТМЕННЫЙ МОЛОДЕЦ!