Глава 2. Экскурсия по заводу

Завод по перегонке амброзии был одним из старейших в целой области и, разумеется, все эти годы оставался градообразующим предприятием для Захолустьесбурга. Когда-то здесь же проходили практику и отец Анафемы (который в своё время и выбрал это странное имя для неё), и дед, и прадед и, кажется, даже прапрадед. Конечно, со времён прапрадеда многие технологические процессы изменились, но если бы кто-нибудь из предков Фемы оказался на проходной сейчас, рядом со своей внучкой, он бы узнал это место по характерному запаху, который выделяла амброзия при переработке.

Вот говорят: пища богов, эликсир вечной жизни, – а на запах, уверяю вас, навозная куча пахнет лучше. И это было первым разочарованием. Не для Фемы – для Красавчика Тимофея. Он стоял тут же, склонившись над журналом, и аккуратными буквами вписывал своё имя напротив номера выданного пакета со спецодеждой. Фема уже облачилась в свой комплект, напоминавший времена эпидемии розовых веснушек, и осматривала карту завода, пришпиленную тут же на стене.

Когда Тимофей наконец расписался во всех журналах и натянул защитный костюм, их с Фемой пропустили на территорию завода, где практикантов уже дожидался высокий человек в такой же спецодежде, только заметно поношенной:
– Можете звать меня дядя Азатот, – представился он и добавил, – а вы Тимофей и Анафема?
– Да, – сказал Тимофей.
– Мне больше нравится, когда меня зовут Фема.
– Хорошо. Следуйте за мной, для начала покажу вам завод и немножко расскажу про наше производство.

И они последовали за дядей Азатотом, а надо сказать, что дядя Азатот был превосходным рассказчиком и очень любил, когда приходили практиканты. Дай ему волю, он бы только тем и занимался, что водил экскурсии по предприятию и рассказывал свои байки. И даже опытные сотрудники иногда не могли отделить правды от вымысла, как они отделяли фракции амброзии друг от друга.

– Ну-ка, студенты, скажите мне, сколько всего фракций амброзии существует?
– Двенадцать! – в один голос отозвались Фема и Красавчик.
– А вот и нет! – Азатот сощурился и засмеялся, – на самом деле их тринадцать. Но самая л;гкая такая летучая, что её обычно не могут поймать, вот она и летает над заводом. Вы думаете, чем это пахнет? А это всё тринадцатая фракция, будь она неладна.
Хотя старожилы говорили раньше, что у эльфов был какой-то способ ловить эту самую тринадцатую фракцию, и уж какие с её помощью чудеса можно делать, если сжать её до жидкости и собрать в колбу... Может, и легенды про эликсир жизни оттуда пошли.
У нас тут есть особая лаборатория, это я вам по секрету скажу, так вот эта лаборатория как раз занимается изучением свойств амброзии и заодно ищет способ, чтобы ловить тринадцатую фракцию, да. Правда, пока безуспешно.

Дядя Азатот показал практикантам и установки первичной переработки, и корпуса мистического крекинга, и оборудование хтониролиза... А потом настало время обеда, и они пошли в заводскую столовую и ели что-то странное и вкусное – но так и не спросили, что это было.

А потом дядя Азатот привёл Фему и Красавчика в архив заводоуправления и сказал:
– Видите стеллаж с папками? За время практики вам нужно будет перенести все эти папки вон в ту комнату, а стеллаж потом наши рабочие вынесут. Ну, за работу.

Стеллаж был огромным, а дальний конец его было даже не разглядеть.

Так началась увлекательная практика Анафемы и Тимофея на заводе по перегонке амброзии в закрытом городе Захолустьесбурге.