Проверка Лиды в небесах!

Раннее утро в авиационном гараже Марины Беленькой дышало рабочей суетой. Запах керосина смешивался с ароматом крепкого кофе, который на скорую руку варила Ангелина Мельник. В центре ангара, грозно расправив крылья, стоял штурмовик Су-25УБ — двухместная учебно-боевая «спарка». Вчерашний праздник с пельменями и «Тремя Топорами» остался в прошлом, впереди была серьёзная работа.Марина Никифоровна Беленькая, застёгивая высотный комбинезон, подозвала к себе младшую сестру.— Так, Лидка, слушай боевой приказ, — звучно произнесла Марина, и в гараже сразу стало тихо. — Хватит тебе в техниках ходить да закрылки ветошью протирать. Кровь у нас одна — авиационная. Сегодня я лично проверю тебя в качестве лётчика на «Граче». Самолёт строгий, ошибок не прощает, но если сдашь этот экзамен — поставлю в экипаж.Лидия Никифоровна Беленькая аж побелела от неожиданности, но тут же взяла себя в руки и по-военному выпрямилась:— Готова, Марина Никифоровна! Ждала этого дня два года. Не подведу!Старый авиатехник Василий Васильевич Анисимов, вынырнув из-под левого крыла штурмовика с гаечным ключом, неодобрительно покачал головой:— Мариша, окстись! Су-25 — это тебе не вертолёт Ми-2. Тяжёлая, реактивная машина, штурмовик! Лида девка толковая, но тут реакция нужна железная и налёт.— Не ворчи, Василич, — улыбнулась Марина, похлопав старика по плечу. — Под моим присмотром не разобьётся. Смекайло, Пиняев, Власенко — что по матчасти?Из открытого люка радиоэлектронного оборудования показалась голова Владимира Михайловича Пиняева:— Слесарь КИПиА Пиняев доклад закончил! Прицельно-навигационный комплекс «Клён-ПС» проверен, лазерный дальномер откалиброван. Мы с Мироном Токаревым всю проводку перебрали, каждый контакт спиртом протёрли.— Точно так! — басом подтвердил слесарь Мирон Олегович Токарев, закручивая последний болт на капоте правого двигателя. — Тяги управления смазаны, люфтов нет. Машина — монолит!Бортинженер Смекайло-де-Цопфи, поправляя съехавший набок берет, подошёл к Марине с планшетом, а рядом с ним уверенно держалась вчерашняя героиня — Анжела Витальевна Власенко.— Марина Никифоровна, есть один нюанс, — хитро прищурился Смекайло, задействовав свой выдающийся ум и народную смекалку. — Накануне левый движок Р-95Ш на переходных режимах немного «богатил» смесь. Но мы с Анжелой применили нашу фирменную хитрость: чуть изменили натяжение автомата дозировки топлива. Теперь работает как швейцарские часы. Анжела лично манометры контролировала!— Да, всё чисто, давление масла стабильное, — подтвердила Анжела Власенко, подмигнув Лиде. — Не дрейфь, Лидка, штурвал держи крепче!Двоюродная сестра Татьяна Андреевна Трофимова подошла к Лиде и крепко её обняла:— Лидочка, вся наша родня на тебя смотрит. Помни, чему тебя Марина на тренажёрах учила. Покажи класс!Ангелина Мельник протянула Лиде защитный шлем:— Держи, подруга. И пусть небо будет чистым. Ждём вас на земле!— По коням! — скомандовала Марина.Сестры Беленькие поднялись по стремянке в кабину. Лида заняла переднее кресло пилота, Марина устроилась сзади — на месте инструктора. Фонарь кабины с шипением закрылся.— Лида, я «Первый», проверка связи, — раздался в наушниках строгий голос Марины.— Я «Второй», слышу отлично, — ответила Лида, чувствуя, как бешено колотится сердце.— Запуск двигателей. Выруливаем.Два мощных мотора Р-95Ш отозвались глухим, переходящим в оглушительный рёв грохотом. Вся команда — Василич, Мирон, Володя, Смекайло, Анжела, Ангелина и Татьяна — высыпала на рулёжную дорожку гаража, провожая взглядами камуфлированную птицу.Самолёт замер на исполнительном старте. Лида плавно двинула ручки управления двигателями (РУД) вперёд до упора. Штурмовик сорвался с места, стремительно набирая ход. Скорость 250 км/ч. Лида мягко потянула ручку на себя, и «Грач» оторвался от бетонной полосы, уходя в синеву июньского неба.Набрав высоту 3000 метров, Марина скомандовала:— Ну, сестрёнка, показывай, на что способна. Программа испытаний: первое — глубокий вираж с креном 60 градусов, проверяю твою устойчивость к перегрузкам. Второе — боевой разворот для быстрой потери скорости и смены курса. Третье — «бочка» и, если удержишь машину, выполнишь петлю Нестерова. Начинай!Лида глубоко вздохнула и заложила самолёт в крутой вираж. Земля встала боком, перегрузка налила тело свинцом, но девушка уверенно удерживала «Грача» на заданной высоте. Затем последовал резкий уход вверх с переворотом — боевой разворот выполнен чисто.— Неплохо! Давай «бочку»! — подзадорила Марина.Лида отклонила ручку влево, штурмовик провернулся вокруг своей оси. Но на выходе из «бочки», когда самолёт шёл вверх на вертикальную петлю, в кабине внезапно замигало табло «ПОЖАР ЛЕВ. ДВИГ.» и раздался противный зуммер. Одновременно штурвал резко потяжелело — гидросистему заклинило из-за скачка давления.— Мариша! У меня отказ левого! И управление колом встало! — крикнула Лида, пытаясь удержать падающий в штопор самолёт.Марина схватилась за свой штурвал, но управление не поддавалось. Ситуация становилась критической, высота стремительно падала.В этот момент в наушниках прорвался сквозь треск радиопомех спокойный, но уверенный голос Смекайло-де-Цопфи из командного пункта гаража:— Девочки, без паники! Это не пожар, это датчик КИПиА от перегрузки замкнуло, Володя Пиняев подтверждает! А гидросистему заклинило из-за воздушной пробки в регулировочном клапане, что мы со Смекайло утром крутили! — крикнула в микрофон Анжела Власенко, стоявшая рядом со старшим бортинженером.— Слушай мою команду! — перехватил микрофон Смекайло. — Лида, Марина! Сделайте резкий «дач» ручкой от себя и одновременно выключите тумблер бустерного управления левого борта на три секунды, затем включите обратно! Заклинивший клапан под давлением прочистится! Живо!Марина Беленькая мгновенно оценила совет: «Народная смекалка Смекайло ещё никогда не подводила!».— Лида, вместе, от себя! — скомандовала Марина.Они синхронно толкнули штурвал, разгружая машину, и Марина щелкнула тумблером гидросистемы. Раздался глухой гидравлический щелчок. Ручка управления мгновенно размякла, став послушной. Заклинивание ликвидировано! Лида рванула штурвал на себя, выводя штурмовик у самой земли. Ложный сигнал пожара погас. Су-25 плавно выровнялся и пошёл на посадку.Через десять минут «Грач» аккуратно коснулся полосы и зарулил к ангару. Фонарь открылся, и бледная, но счастливая Лида выбралась на крыло. Вся братва тут же окружила самолёт.Марина соскочила на землю, подошла к сестре и с размаху влепила ей крепкий поцелуй в щёку:— Выжила! Справилась! Лётчик, Лидка, настоящий лётчик! А Смекайло с Анжелой вечером по двойной порции пельменей за спасение матчасти!Василий Васильевич радостно крестился, Мирон Токарев и Володя Пиняев победно хлопали друг друга по ладоням, а Татьяна с Ангелиной уже тащили полотенца и воду.Когда все немного успокоились, Марина Беленькая посерьёзнела и достала из кармана запечатанный конверт со срочной сургучной печатью, который только что привёз курьер.— Так, команда, отставить празднования, — объявила Марина, раскрывая пакет. — Пришло новое задание от Главного управления авиации. Наша работа в горах по спасению метеорологов не закончена. В районе Памирского узла, на высокогорной полярной станции, из-за внезапного оползня заблокирована научная экспедиция. Связи нет, дороги завалены. Нам приказано: в кратчайшие сроки перебросить туда гуманитарный груз, медикаменты и дизель-генераторы. Лететь придётся в условиях сложного высокогорного рельефа и шквального ветра.Она обвела взглядом команду и задерживала взор на сестре:— Полетим на двух машинах: я на Ми-2 со Смекайло и Анжелой, а ты, Лида, поведёшь Ан-26 с грузом. Твоими бортинженерами пойдут Василич и Пиняев. Мирон и Ангелина с Татьяной обеспечивают погрузку и логистику. Вылет через три часа! Всем приступить к подготовке!— Есть приступить к подготовке! — дружно рявкнула авиационная братва, и гараж снова закипел слаженной, героической работой.