Работа над ошибками. Глава 22

Вечерний пейзаж с дискотекой

После полдника ко мне на крыльце столовой совершенно неожиданно подошел Серебров.
-Тебя ждут в "Сочиняйке!- сказал он лаконично.
-Зачем? - спросила я, удивившись
-Не знаю. Просили передать.
-Кто просил?
-Не будь занудой!
-Ну, раз сказал "а", говори и "б"! Кстати, занудой я никогда не была!
Серебров запыхтел, повозил пальцем по экрану телефона и показал мне сообщение, в котором говорилось: - Попроси Иру Ткачук из твоего отряда срочно зайти после полдника. Хочу, чтоб она была в жюри конкурса.
-Ну, поняла, что надо?
-Да поняла я, поняла. Мог бы и на словах сказать.
-Считай, сказал.
После этих слов Сереброва словно сдуло с крыльца.
Я оглянулась в поисках замешкавшейся в столовой Марты, а вместо нее увидела Семизарову.
На ней были умопомрачительные босоножки на шпильках.
Ну, еще бы. Уж вечер близится. Дискотека.
А Серебров позорно бежал от своего счастья на шпильках. Или, может, боялся, что Семизарова увидит его, говорящего со мной и приревнует?
Виолета - модные штиблеты.
Марты не было. Я поняла, что она уже была перехвачена в недрах столовой настырным воздыхателем Тимохой и с чистой совестью пошла в сторону кружков.
До ужина я сидела в корпусе третьего и четвертого отрядов, где проходил конкурс поэзии, гордая приглашением в состав взрослого жюри.
Победил в конкурсе третий отряд.
Игорь, фамилия которого оказалась смешной и звонкой, как птичья трель - Чиликин, здорово прочел стихи о красках, которые я уже слышала от него и с рифмами, предложенными командой соперников, он тоже справился блестяще.
После ужина все здоровое население лагеря "Дружный" повалило в клуб на дискотеку.
Дискотечная музыка врубилась и по громкой связи, через все колокольчики на столбах полилась обожаемая всеми песня "Колесики, колесики и красивый руль, дворники работают, водичка льет, буль-буль!"
Марта с Тимохой были уже в гуще танцующих.
И Ксюха в одолженном у Маргеловой черном платье с блестками.
Наверно, там же тусовалась и Семизарова в своих  умопомрачительных шпильках, которые больше бы подошли не к лагерной дискотеке, а к выступлению звезды на Евровидении.
И конечно, рядом со звездой Евровидения рядом и звезда футбола, автор красивейшего гола в товарищеской встрече первого и второго отрядов, который я, разиня, просмотрела и, следовательно, его красоту и уникальность оценить не могла.
Ну, не будем удручаться раньше времени - вся смена впереди.
Я ушла от дискотеки подальше, чтобы от ее громких звуков к больному животу не прибавилась еще и больная голова.
Решила, что меня спасут террасы кружков.
Административный корпус был от дискотеки в достаточном удалении и там в штабе дружины можно было работать, не обращая внимания на музыку.
Или прятаться от общелагерных мероприятий, как я сейчас.
Было уже сумеречно и вовсю трещали свои колыбельные песни цикады.
Все окна кружков были черны и лишь окно библиотеки ярко светилось уютно-желтым, каким-то медовым светом.
Я села около изостудии на лавочку и взялась за телефон. Надо мной тут же зазвенели комары.
Если бы не они и не больной живот, вечер был бы волшебным.
Музыка, что неслась с другого конца лагеря, не нарушала чудесную уединенность этого места. Вечер ярко раскрыл запахи  травы и хвои. С каждой минутой становилось все темнее.
Я поудобнее умостилась на лавочке и заметила в темноте еще один светящийся голубым  окошком экрана телефон.
-Кто здесь?- испуганно спросила я.
-Это я, не бойся!
-Кто я?
-Ну, Игорь.
Фф-уу, я облегченно выдохнула.
-Ты что, испугалась, что ли? - поэт Игорь Чиликин поднимался на крыльцо изостудии.
-Есть немножко. Не ожидала, что здесь кто-то есть.
-Ну, сама-то ты здесь!
-Увидела свет в библиотеке, - схитрила я.- Хотела зайти, но постеснялась. В последний момент решила, что это неудобно, ведь у кружководов сейчас нерабочее время.
-Ага, - сказал Игорь и сел рядом на лавку. - А на дискотеку что не пошла?
Я сидела, смотрела на темный лес за перилами террасы и думала, как объяснить парню, что у девочек иногда что-то болит по уважительным причинам и при этом совсем не хочется идти на дискотеку.
-Пятки стерла новыми кроссовками, - опять схитрила я. - Хромаю.
-Жалко, - сокрушенно сказал Игорь, сняв свои очки и вертя их в руках. - Теперь нужна обувь без пяток.
-У меня есть! - сказала я, вспомнив про сабо, купленные в Питере.
Слава богу, я взяла их в лагерь.
Надо будет завтра обуть их вместо кроссовок.
Вот ведь, незадача! Стоит что-то кому-то соврать хотя бы в мелочах и уже надо держать в голове это вранье, чтобы тебя не уличили.
Ну, сабо-то я одену с удовольствием - они всегда будут напоминать мне чудесное начало лета в городе на Неве. Если Ксюха не выпросит их обуть.
Дверь в библиотеку приоткрылась, из нее выглянула Софья Юрьевна: -Кто тут?
Мы поднялись с лавки, подошли поближе: -Добрый вечер!
-А, ребята! Добрый вечер! Снова здесь? А чего танцевать не идете?
-Она ноги стерла! - ответил за меня Игорь, хотя я и сама могла бы объяснить это не хуже.
-Печально! - посочувствовала библиотекарша. - Хотите, я дам вам спрей от комаров? Здесь их к вечеру просто полчище!
-Спасибо, мы лучше пойдем! Здесь они, действительно, просто лютые! Слава богу, в корпусах их нет!
-Ну да, правда ваша! Ну, до завтра, спокойной ночи, ребята!
-До свидания, Софья Юрьевна!

По мере приближения к дискотеке музыка неслась все громче и, казалось, асфальт под нами ходит ходуном, как пульс скачущего на танцполе подростка.
Перед поворотом в свой корпус я затормозила в аллее: -Мне туда!
-Пошли, провожу, - предложил Игорь Чиликин. - Терпеть не могу танцы!
-Почему?
-Не люблю и все!
-Это ты сейчас так говоришь. А если у тебя появится девушка, ты будешь ходить с ней на дискотеку. Девушкам только подавай танцы!
Против этого Игорь не возражал. Он кивнул в темноте всклокоченной шевелюрой, которую, похоже, причесывал только с помощью заточенных карандашей в "Сочиняйке".
Мы пошли в сторону моего корпуса.
На темном крыльце у входа в пятый отряд молча сидели братья Хасановы, их можно было угадать по одинаковым силуэтам.
Вход с парадного крыльца был заперт и свет, освещающий ступени, не горел.
Это значило, что весь пятый отряд вместе с вожатыми был на дискотеке. Свет у корпуса зажигали только, когда дети были в корпусах.
Хасановы, вытянув шеи, смотрели, как мы приближались.
Ни слова не говоря, мы обошли парадное крыльцо и направились ко входу в наш отряд.
-Если все наши на дискотеке, - предположила я, - дверь может быть заперта!
-Правильно. У многих телефоны в палатах остаются. Чтоб не сперли!
-Мне кажется, все телефоны носят с собой! - сказала я вслух, а про себя добавила, - и иногда теряют их!
Я взялась за ручку двери, дверь оказалась незапертой.
-Ну, я пошла? Спасибо, что проводил!
-Да ладно... Придешь завтра в "Сочиняйку"?
-Приду. Пока!
-Пока...

Это было просто подарком, что в корпусе никого не было.
Я сходила в душ, долго чистила зубы и смотрела на себя в зеркало.
Подумывала, а что, если сказаться больной и не пойти на свечку? Наверняка, будет разбираться ситуация с чемоданом, а совсем не хочется слушать этот бред.
На удивление, когда закончилась дискотека, пришел отряд и началась свечка, про злосчастный эпизод с чемоданом не было сказано ни слова.
Я первая оказалась в холле и успела сесть на стул возле окна. Таким образом, пристроила свое больное тело не только на стул а еще и смогла опираться спиной и плечом о подоконник и мне было вполне сносно.
Очень не хотелось в такой момент ложиться на ковер.
Сегодня свечку вела Люда.
Как мне было сказано моими девчонками, Леша взял выходной с вечера сегодняшнего дня до отбоя  дня завтрашнего.
Слава, как обычно, был на административной планерке.
Марта, лежа на ковре, периодически взглядывала на экран телефона и посмеивалась тихонько, очевидно, Тимоха, не успев расстаться с ней после дискотеки, уже строчил, скучая, письма своей подруге.
Люда вкратце сообщила, чем мы будем заниматься завтра. Предложила прогулку в лес, чему бурно радовался Матвей Захаров.
Семизарова в ответ на это скорчила недовольную физиономию и промычала: -Да ну-у, лес...Там комары съедят!
Ну, если идти в красном сарафане с голой спиной и в шпильках, съедят, однозначно.
Виолета - для комаров диета.
Кто захочет остаться, пойдут по кружкам! - сказала Люда. - Корпус до обеда будет заперт, в нем нельзя будет околачиваться.
Я подумала, что в лес я хочу, но, скорее всего, не пойду.
Конечно, там комары. И, если не понравится в лесу, один в лагерь назад не пойдешь - кто отпустит -то?
Значит, будешь тащиться со всеми вместе, собирать цветочки, жмуриться от солнца. Сейчас думать об этом совсем не хотелось.
Тем более, что с нами не будет Леши, он же на выходном.
А Слава слишком строг и немногословен и больше времени уделяет своей жене, нежели нам, тридцати восьми смайликам.
-На следующей неделе нас ожидает конкурс сказки и "Мистер и мисс лагеря", - продолжала Люда, поглядывая в свой вожатский блокнотик с символикой лагеря на обложке - надпись "Дружный", радуга и голубое небо с белым голубем в полете.- В конкурсе сказки участвует весь отряд в разных качествах. Надо выбрать сказку, которую отряд будет представлять на сцене, оформить ее декорациями - ну, это разумеется, редколлегия, смастерить костюмы, сделать грим и прочее... Подумайте до завтра, завтра будем выслушивать предложения и решать, что возьмем.
В конкурсе "Мистер и мисс" участвуют  отряды с первого по четвертый. По две пары от каждого отряда. Тоже до завтра решите, кто будет участвовать. А сейчас начинаем свечку!

Спать нас отпустили быстро и мы разошлись по палатам раньше обычного.
Поскольку мне не надо было занимать очередь в душ, я сказала Марте, что ложусь, так как плохо себя чувствую.
У Марты был разочарованный вид, она ожидала окончания свечки, чтобы всласть пошептаться в палате о дискотеке, на которую я не попала. А тут я возьми да и соскочи!
Помня про нашу недавнюю размолвку, Марта покладисто кивнула и сказала, что завтра поведает мне о своих вечерних приключениях.
На том и договорились.
Вся палата еще умывалась, а я уже легла.
Коротко написав домой, что у меня все в порядке, что, мол, желаю всем спокойной ночи, я выключила телефон с чистой совестью и зажмурила глаза.
                (Продолжение следует)