Глава II. Модель подмены

Помните ту старую модель? Управление ради будущего — не абстрактного, а вполне конкретного: чтобы жизнь детей завтра стала проще, чтобы принимались решения с оглядкой на последствия через пять-десять лет. Там и стратегия просматривалась, и забота. Можно было хоть как-то верить, что в верхах задаются вопросом: «Что мы оставим после себя?» 
А теперь всё как будто перекроили. В центре — не планирование, а вертикаль кормления. Мы по-русски любим выражаться: «кормушка». Представьте многоуровневый офисный торт, где каждый этаж жадно загребает для себя свой кусок пожирнее... Чем выше забрался — тем шире твоя личная ложка.

Бумажные дела множат друг друга — бумаги ради бумаг. Начальник пишет отчёты для начальника, тот ещё наворачивает согласования — а на выходе у народа ощущение усталости и выжатости. Ни тебе движения вперёд; ни ответа на вечный вопрос: как жить легче? Только чувствуешь: ресурсы перетекают вверх, а до общества почти не доходят.

Когда управление — это реально про дело, звучит совсем другой вопрос: «Что уже улучшено? Кому стало легче?» А когда происходит то самое «кормление» (по-английски даже звучит неприятно, trough — корыто), все думают лишь о том, "сколько мне перепадёт", какой надбавкой мерится успех.

Здесь автоматически рождается семейственность… ну, знаете этот феномен: родня обрастает креслами по цепочке. Кум зовёт свата, брат запускает двоюродного брата, зять подтягивает тестя. Всё в одной связке. Вроде бы о стране говорят, а на деле — поле для обогащения себя и своих.

Клан вместо страны. Их взгляд узкий: народ становится просто удобным пейзажем за окном их кабинета. Эдакий задник в театре распределения благ между «своими». 
И что получается? Чёткая черта между “мы” и “они”. Родина перекраивается на зоны влияния; настоящей общности здесь нет — только делёж.

Любопытно другое: такая система держится вовсе не на силе закона или даже «простой грубой силе». Всё работает из-за страха споткнуться о чужие интересы и потому что связки держат людей внутри замкнутого круга по принципу «свой-чужой».

Но очень тяжело стоять на такой хрупкой опоре — особенно под пристальным взглядом тех, кто помнит другую правду: страну можно строить иначе. Помнят про ответственность перед будущими поколениями... И тогда появляются трещины в фасаде этой системы — и рано или поздно она начнёт сыпаться под своей тяжестью.