Глава VI. Город

Ветлужск маленький, и все знают гончарню.
Кто-то приходит за кувшином,
кто-то за миской, кто-то просто поговорить.
Фёдор никого не гонит, но и не развлекает:
«Если пришёл за делом — садись.
Если пришёл за зрелищем —
вон там клуб, там кино по субботам».

Но люди приходят именно за делом.
Кафе «У пирса» заказывает тарелки:
«Чтобы тяжёлые, чтобы грели руку,
чтобы клиент чувствовал: это не из IKEA,
это здесь сделано, для нас».
Школа заказывает горшки для цветов:
«Чтобы в каждом классе стоял настоящий,
а не пластиковый».
Бабушка Зина просит крынку для молока:
«Чтобы дышало. Пластик — он мёртвый.
А крынка — живая, она помнит корову».

Фёдор не берёт больших заказов,
не делает «партии» по сто штук.
Говорит: «Я не завод. Я мастер.
Завод делает количество.
Мастер делает качество.
И если кому-то нужен завод —
пусть идёт к заводу.
А ко мне приходят те, кому нужна вещь,
которую не стыдно передать внуку».

И вот что интересно:
когда в домах появляются вещи из гончарни,
меняется не только кухня.
Меняется разговор.
Люди говорят: «Это Фёдор сделал.
А это Лёша, ученик его, — его миска первая».
И вещи перестают быть «вещами»,
становятся «нашими»:
наша тарелка, наш кувшин, наша мастерская.
Город начинает узнавать себя в глине.