Музыка души

Эта удивительная способность была случайно обнаружена Антоном на последнем году его учебы в школе. Он начал видеть, а точнее сказать слышать, встречавшихся ему на жизненном пути людей, не совсем так, как другие.

До шестнадцати лет Антон не имел ни малейшего представления о том, что обладает такой необычной способностью.

Вероятно, это звучит странно, но у него в его молодом возрасте было совсем немного знакомых, не говоря уже о друзьях, которые в его жизни просто отсутствовали, как таковые. Его страстное увлечение музыкой занимало большую часть повседневности. Разумеется, Антон посещал школу, но по какой-то причине одноклассники почти не замечали его и общались с ним довольно редко.

Так вот, его необычное восприятие мира было напрямую связано с его увлечением. Для него каждый человек имел свою собственную оригинальную мелодию. Можно сказать, что их внутренний мир был для него доступен через композицию их душ. Например, директор школы, которую Антон заканчивал, всегда очень серьёзный и решительный, звучал для него как марш  «Все солдаты». Совсем иначе звучала учительница математики. Её мелодия была похожа на «Butterfly Waltz» Брайана Крейна.

По-большому счёту Антон всегда был довольно замкнутым молодым человеком, что вызывало сильное беспокойство его родных. Родители изначально пытались вывести его из этого состояния одиночества. Но так как и мать с отцом также были тихими, необщительными людьми, в конце концов они решили оставить его в покое.

Нельзя было сказать, что Антон был особенно талантливым музыкантом, однако, его учительница признавалась, что в музыкальном плане он делает очень хорошие успехи, прежде всего благодаря усердной работе и любви к музыке.

Наш молодой человек готовился к вступительным экзаменам в консерваторию. Для этого он регулярно занимался у репетитора - немолодой интеллигентной женщины, которая преподавала у себя дома. Она любила своего ученика за его усердие и скромность. Детей у неё не было и её материнская забота, заложенная изначально в каждой женщине, обращалась в полной мере на её воспитанников.

В один из обычных дней, после очередного занятия музыкой, он встретил Её.

На пороге, уже попрощавшись с репетитором, Антон столкнулся с совсем юной девушкой, которая пришла на свой первый урок. Он нечаянно задел её плечом, и из её рук выпала тетрадь. Молодой человек быстро поднял её и протянул девушке. Их глаза встретились.

В этот самый момент он услышал музыку, исходившую от неё. Это было что-то невероятное. Такой прекрасной мелодии Антон не слышал никогда. Он растерялся, его щёки покраснели.

— Простите, — тихо сказал он.

Девушка улыбнулась:

— Ничего страшного.

Затем протянула ему тонкую руку.

— Лера.

— Антон, — представился он и осторожно, едва касаясь, пожал её руку.

Горячая волна обдала его изнутри. Он опустил взгляд.

После короткой паузы Лера тихо произнесла:

— Мне пора. Мой урок вот-вот начнётся.

Антон поднял голову.

— Да, конечно. До скорого.

Каждый раз, когда впоследствии они встречались в доме учительницы, их общение ограничивалось парой слов, брошенных друг другу второпях. Но и этого было достаточно Антону, чтобы понять, что он влюбился в эту девушку.

Это новое для него чувство пробудило в нём до сих пор неизведанное, противоречивое состояние. Он ощущал невероятный прилив внутренней энергии, которая гнала его вперёд, не давая ни минуты покоя. И в то же время страх быть отвергнутым съедал его изнутри.

Антон искал помощи. Единственным человеком, которому он решился довериться, стала его учительница музыки.

Почему, именно, на неё пал его выбор?

На то было несколько причин. В первую очередь, она была женщиной. И кому, как не ей, лучше всего знать, что важно для противоположного пола и на что действительно стоит обращать внимание.  Следующим аргументом, а возможно, и самым важным для Антона, было то, что она - единственный человек во всём мире, который прекрасно знал их обоих.

Марина Сергеевна была дамой средних лет, стройной, с узким лицом и слегка грустными зелёными глазами. Она никогда не была замужем и единственной её любовью в жизни была музыка.

На одном из уроков Антон наконец решился, и во время очередной паузы, немного смущаясь, спросил:

— Марина Сергеевна, вы не могли бы мне… Нет, не мне, а моему другу помочь советом?

Учительница с удивлением взглянула на ученика.

— Конечно. Спрашивай.

Антон покраснел.

— Моему другу нравится одна девушка, но он не знает, как ей в этом признаться.

Женщина улыбнулась и внимательно посмотрела ученику в глаза.

— Ты влюблён?

Антон опустил голову. Ответа не последовало.

Марина Сергеевна осторожно положила руку на его плечо.

— В Леру?

Молодой человек не ожидал, что учительница  заметила чувства, которые он испытывал к её ученице.

Антон набрался смелости, поднял взгляд на женщину и молча кивнул.

Тогда Марина Сергеевна, немного помедлив, задала ещё один вопрос:

— Почему именно она? Тебя не смущает её недостаток?

Молодой музыкант посмотрел на неё с недоумением.

— Что? Какой недостаток?

— Ты правда этого не видишь? — воскликнула Марина Сергеевна. — Её губы… Шрам после операции.

Антон ничего не понимал.

— Какой шрам? — Он попытался вспомнить.

После урока, встретив Леру в коридоре, Антон, не глядя на неё, тихо поздоровался и как-то неловко прошмыгнул мимо в открытую дверь. Девушка  проводила его взглядом, а затем, войдя в комнату к учительнице, удивлённо спросила:

— Что это с ним?

Марина Сергеевна улыбнулась.

— Ничего. Жизненные трудности.

Антон стоял возле подъезда. Переминаясь с ноги на ногу, он нервно теребил ремешок сумки, висевшей на плече. Молодой человек решил, несмотря ни на что, дождаться Леру после урока.

Он понятия не имел, с чего начать разговор, когда она выйдет. Антону почему-то вспомнился какой-то старый фильм, в котором молодой гусар пел песню под гитару о своей любви к прекрасной незнакомке.
- Надо  сделать ей комплимент, - мелькнуло в голове у Антона, но тут  же он вспомнил о её шраме, и решил, что его слова могут быть восприняты ей, как обычная вежливость или даже как ложь.

- Нет. Лучше импровизация.  Честно и спонтанно.

Антон посмотрел на часы.

До конца урока оставалось двадцать минут.

Двадцать минут…

Ему вдруг показалось, что это слишком долго.

В этот момент его взгляд упал на цветочный прилавок неподалёку. В памяти неожиданно всплыл один эпизод.

Как-то Лера пришла на урок с белой розой. Антон хорошо помнил, как она держала её в руках.  Осторожно, почти трепетно, словно это был не просто цветок, а что-то очень хрупкое и дорогое.

Он посмотрел на прилавок ещё раз.

Белая роза.

— Отличная идея, — тихо сказал он самому себе.

Антон сунул руку в карман и нащупал смятый пятирублёвик.

Ещё несколько секунд он стоял неподвижно, сжимая купюру в ладони, а потом решительно направился к прилавку.

После долгих поисков он наконец нашёл ту, которая показалась ему идеальной - белую розу за пять рублей.

Антон осторожно взял её и, довольный своей находкой, вернулся к подъезду.

Теперь оставалось только ждать.

Через минут пять тяжёлая металлическая дверь подъезда скрипнула и с трудом, медленно, наполовину открылась. Этого оказалось достаточно, чтобы худенькая Лера проскользнула через порог.

Сделав шаг вперёд, она остановилась.

Антон, смущаясь, держал в вытянутой в сторону руке, белую розу, словно хотел поскорее избавиться от этого цветка. Со стороны казалось, что он всем своим видом пытается показать, что эта роза вовсе не его и каким-то совершенно случайным образом оказалась у него в руке.

Лера удивлённо смотрела на него.

Антон молчал.

Она тоже молчала, ожидая, что он скажет.

На его лбу выступил холодный пот. Сердце колотилось так сильно, что ему казалось, что ещё немного, и Лера это услышит.

Пауза становилась мучительно длинной.

Наконец Антон собрался с духом.

— Привет. Я ждал тебя.

Он произнёс это хрипло и совсем не тем голосом, которым хотел.

Лера слегка растерялась. Она убрала со лба выбившуюся прядь волос и тихо спросила:

— Почему?

Антон вдруг почувствовал, что страх отступает. Откуда-то изнутри пришла неожиданная уверенность.

— Ты не хотела бы куда-нибудь пойти со мной?

Лера опустила взгляд. Её глаза остановились на верхней, расстёгнутой пуговице его белой рубашки.

Девушка молчала.

Антон почувствовал, что его уверенность снова начинает таять.

— Ну… может, в кино? — поспешно продолжил он. — Или в кафе. Здесь неподалёку есть одно. Там очень вкусные эклеры… И молочные коктейли.

Последнее он произнёс почти с отчаянием, словно именно эти соблазнительные вкусности могли бы убедить девушку согласиться на его предложение.

Лера подняла глаза.

Несколько секунд она просто смотрела на него, а потом едва заметно кивнула.

Антон не сразу поверил.

— Правда?

Она улыбнулась.

— Правда.

И тогда его лицо озарила такая счастливая улыбка, что Лера рассмеялась.

— Это тебе. Мне показалось, что ты любишь такие цветы.

Лера осторожно взяла цветок.

— Спасибо.

Смущение прошло. И, как это часто бывает в юности, границы между двумя людьми быстро стираются сами собой. Несколько минут разговора, и вдруг обнаруживается удивительное сходство: общие интересы, похожие взгляды, одинаковая реакция на какие-то совершенно незначительные вещи.

В этот день в городе было необычайно жарко. Солнце припекало и молодые люди жались поближе к домам, ища спасительную прохладу в их тени.

Неожиданно в голове Антона возникла одна идея.

— У тебя есть пара часов?

Она кивнула.

— Это недалеко. Пойдём со мной, — сказал Антон.

Он аккуратно взял её за руку и вопросительно посмотрел на неё. Лера улыбнулась, тихонько сжав его ладонь, и пошла рядом с ним.

Минут через двадцать они оказались в городском парке, у небольшого уединённого пруда. Только кваканье лягушек и пение птиц нарушали тишину вокруг. Белые лилии на тёмной воде и камыш, покачивающийся в такт ветру, напоминали Лере о сказках, которые она читала в детстве.

Ей казалось, будто она сама оказалась в одной из них, а этот парень рядом с ней тоже был одним из сказочных персонажей.

Молодые люди сели на скамейку, стоявшую недалеко от берега, и молча смотрели на воду. Солнце уже село, и жёлтый круг луны отражался в тёмной поверхности пруда.

Девушка с удивлением наблюдала за Антоном. Ей показалось, будто он как-то не совсем присутствует здесь. Будто мыслями он находится где-то далеко. Его лицо светилось счастьем.

Лера не подозревала, что именно она была причиной его одновремённой отстранённости и наслаждения. Он слушал её музыку. Музыку её души.

Она была так прекрасна и совершенна, что Антон забыл обо всём вокруг.

— О чём думаешь?

Молодой человек вздрогнул от неожиданности. Лера была рядом.

— Я слушаю красивую музыку, — ответил он.

— Шутишь? Какую музыку?

— Твою. Ты её не слышишь, а я слышу.

Он резко встал, присел на корточки рядом с ней и взял её за руки.

— Я хочу тебе кое в чём признаться. Я никому этого раньше не говорил.

От волнения он немного сильнее сжал её руки, и она почувствовала боль.

— Понимаешь, я слышу музыку в каждом человеке. Каждый человек обладает своей мелодией.

Он на мгновение замолчал, словно подбирая слова.

— Но твоя… Твоя музыка совершенна. Я ещё никогда не слышал такой прекрасной мелодии.

Антон отпустил её руки.

— Ты должна это услышать. У тебя есть бумага и ручка?

Лера немного покопалась в своей сумочке и достала небольшой лист бумаги и ручку.

Антон поспешно начал записывать ноты. Вскоре он закончил музыкальную композицию и с волнением протянул листок Лере.

Молодой человек с нетерпением наблюдал за тем, как девушка читает ноты, как постепенно меняется выражение её лица. Когда она наконец оторвала взгляд от листа бумаги, в её глазах стояли слёзы.

Она обняла Антона и нежно поцеловала его в губы.

В этот самый момент раздался звонок телефона. Это была мама Леры.

Антон услышал, как девушка ответила:

— Мама, не волнуйся. Я скоро буду.

Лера положила телефон обратно в сумку.

— Мне пора. Проводишь меня?

Антон почувствовал неуверенность в её голосе. Он вскочил на ноги и протянул ей руку.

— Конечно. Конечно, провожу.

Молодые люди, взявшись за руки, быстрым шагом направились к выходу из парка.

Метро, а затем ещё около пятисот метров пешком, и вот они уже у её подъезда. Двенадцатиэтажный кирпичный дом стоял на проспекте Дзержинского.

Несмотря на то, что Лера поцеловала Антона у пруда, в парке, он так и не осмелился на прощальный поцелуй.

— Погуляем ещё после занятий во вторник?

Антон не отпускал её руку, с надеждой всматриваясь ей в глаза.

Лера молча кивнула.

Всё, что произошло с ним этим вечером, было впервые. Прогулка с девушкой, её неожиданный поцелуй и теперь  это прощание у подъезда.

— Я хочу, чтобы уже завтра был вторник, — наконец смущённо выдавил он.

Лера улыбнулась.

— Значит, до вторника.

Затем быстро развернулась, перескочила через входную ступеньку и легко забежала в подъезд.

Все выходные Антон думал только о Лере. Вспоминал их разговоры, её глаза, полные слёз после того, как она прочитала ноты, нежное прикосновение её губ.

И, конечно же, играл на пианино.

Играл одну единственную мелодию, которая была для него прекраснее всех музыкальных произведений на свете. Эта музыка не отпускала его ни на миг, завораживая и с каждой нотой всё сильнее влюбляя в себя.

— Сынок, кто написал эту замечательную музыку?

Антон убрал руки с клавиш и повернул голову. На пороге, прислонившись плечом к дверному косяку, стояла мама. В руках она держала кухонное полотенце.

— Никто, — тихо ответил Антон.

Он на мгновение замолчал.

— Я просто встретил одну девушку… Эта мелодия  от неё.

Во вторник Лера не пришла на урок.

От Марии Сергеевны он узнал, что девушка в больнице. Несчастный случай. Какой-то пьяный водитель не справился с управлением, вылетел на тротуар и сбил девушку.

Это всё, что знала учительница.

Хотя нет. Она знала, в какой больнице сейчас находилась Лера.

Антон рванул туда.

Каким-то невероятным образом ему удалось убедить медсестру провести его в палату.

Лера была в коме.

На её лице не было видно следов происшествия. Но бледность, почти прозрачность кожи пугала Антона, заставляя дрожать всем телом.

Однако поразило его даже не это.

Больше всего его поразила тишина.

Он совсем не слышал музыки.

Её прекрасной музыки.

Шесть долгих месяцев Антон каждый день приходил к Лере. Читал, рассказывал обо всём, что приходило в голову. А порой просто молчал, смотря на девушку. Иногда ему даже казалось, что она слышит его. Нет, конечно, Лера оставалась неподвижной, но где-то глубоко внутри он ощущал, как невидимая нить уже соединила их и с каждой новой встречей всё крепче и крепче сплетает их души вместе.

Надежда на то, что Лера выйдет из комы, таяла с каждым днём. На все вопросы о возможном улучшении состояния девушки врачи разводили руками, не давая никаких прогнозов.

Антон понимал, что нужно что-то предпринимать, но не знал что. Отчаяние начало охватывать его.

И вот в один из дней к нему в комнату вошла мама и протянула смятый листок бумаги.

— Сынок, я тут убирала и нашла это. Тут ноты. Я подумала, может, тебе это нужно.

Антон взял смятый листик и сразу же узнал ту мелодию, которую записал шесть месяцев назад в парке.

Лерину мелодию.

— Да, конечно! Нужна! — взволнованно воскликнул Антон.

Мама ушла.

Он аккуратно расправил бумажку на столе, и тут же в его голове зазвучала забытая мелодия. Она завладела им без остатка и не отпускала до тех пор, пока Антон наконец не оторвал взгляд от нот.

Некоторое время он сидел, погружённый в воспоминания. Вдруг парень ясно осознал, что всё это время решение было у него в руках.

Он сыграет эту музыку Лере. Прямо в её палате.

Антон вскочил со стула и, схватив под мышку синтезатор, выскочил из комнаты.

В палате никого не было, только мерный стук настенных часов отбивал время. Антон присел на стул, поставил музыкальный инструмент на колени и приготовился играть.

Он никак не решался начать. Страх перед тем, что ничего не получится, вселял в него неуверенность.

Но всё же через минуту Антон поставил пальцы на клавиатуру, и невероятно красивая мелодия заполнила пространство вокруг.

Он играл самозабвенно, забыв обо всём вокруг, погружаясь всё глубже и глубже в тот мир, где он был счастлив.

Когда последний звук растаял в тишине, Антон ещё долго сидел с закрытыми глазами. Он не решался посмотреть на Леру.

— Странно… — вдруг пронеслось у него в голове. — Почему я всё ещё слышу эту музыку?

Он медленно открыл глаза.

На него влажными от слёз глазами смотрела Лера.


Люди не верят в чудеса не потому, что их нет, а потому, что без них им удобнее и легче жить. Человеческая натура такова, что всегда найдёт объяснение, способное опровергнуть любое событие, не поддающееся никакой логике.

Однако любовь, настоящая и искренняя, способна хотя бы на мгновение заставить человека забыть обо всём и поверить в чудеса.