Приползла...

Виктор был человеком слова. Если он обещал жене, что больше не произнесет ни слова о «змеиной натуре» её матери, значит, так тому и быть.

— Игорь, — Лена смотрела на него сурово, сжимая в руках кухонное полотенце, — если я еще раз услышу, что ты называешь мою маму змеей, мы разводимся. Это не обсуждается. Она пожилая женщина, она гостья, и она моя мать. Понял?

Игорь вздохнул, поправил очки и кивнул.
— Понял, Леночка. Больше ни слова.

Следующие две недели прошли в тишине. Игорь стал образцовым зятем: он молча чистил картошку, молча смотрел телевизор и даже научился не вздрагивать, когда в прихожей раздавался звук ключей.

В пятницу вечером, когда на пороге появилась Тамара Петровна — женщина с холодным взглядом и привычкой критиковать всё, от качества обоев до толщины нарезки колбасы, — Игорь встретил её с каменным лицом.

Тамара Петровна, как обычно, не разуваясь, прошла в гостиную, окинула комнату оценивающим взглядом и процедила:
— Опять пыль на полке. Игорь, ты вообще работаешь или только штаны просиживаешь?

Игорь посмотрел на жену. Лена стояла рядом, скрестив руки на груди, и её взгляд недвусмысленно напоминал: «Только попробуй».

Игорь глубоко вдохнул, выдохнул и, сохраняя на лице выражение глубочайшего почтения, произнес:
— Добрый вечер, Тамара Петровна. Рад вас видеть.

Лена довольно улыбнулась. Она уже хотела похвалить мужа за выдержку, как вдруг Игорь добавил, глядя прямо в глаза теще:
— А вы, я смотрю, сегодня особенно грациозны. Прямо чувствуется, как вы... приползли.

В комнате повисла тишина, звенящая, как натянутая струна. Тамара Петровна замерла, пытаясь осознать глубину оскорбления, замаскированного под вежливый тон. Лена медленно повернула голову к мужу, и в её глазах зажглись недобрые огоньки.

— Игорь, — прошептала она сквозь зубы, — ты что сказал?

Игорь невинно захлопал глазами.
— Что? Я не называл её змеей. Я сказал, что она приползла. Это констатация факта передвижения в пространстве. Никаких зоологических метафор, дорогая. Я же обещал.

Тамара Петровна побагровела, а Лена, глядя на невозмутимое лицо мужа, вдруг поняла, что развод — это, конечно, выход, но вот этот взгляд, полный ледяного спокойствия, она видит впервые.

— Мама, — сказала Лена, не отрывая взгляда от мужа, — проходите на кухню. Игорь, — она сделала паузу, — иди завари чай. И постарайся, чтобы он не был... ядовитым.

Игорь поклонился, как дворецкий, и направился на кухню, тихо напевая под нос что-то очень похожее на шипение. Он был человеком слова. И теперь он точно знал, что в этой семье побеждает не тот, кто громче кричит, а тот, кто умеет соблюдать правила, не нарушая их духа.