Баба-Яга и поза Белой Кувшинки

Измучилась Яга, измаялась. Третью ночь не спит – русалки воют на лесном озере. И ведь ничего с ними не поделаешь, русалочья порода такая, как соберутся вместе – никакого сладу с ними нет. Даже дядьку Водяного не послушали, в черный омут к чертовкам затолкали, как стал он их совестить. И Яга отчасти их понимала: воют русалки не просто так, а тоскуют по мужской любви да ласке. Да всё про какие-то биологические часы толкуют. Какие такие часы? С кукушкой что ли, которые? Яга тоже вот никак взаимности от Мороза не дождется. Тот, как вернулся со своего симпозиума от Снежной Королевы, заперся у себя в тереме и новое мороженое придумывает. Но Яга же не воет, тем более по ночам!
И так прикидывала Яга и эдак, ничего путного в голову не идет. Все женихи, которые были раньше на примете, уже разобраны. Леший подсуетился: у него дочки заневестились, вот он и развил бурную деятельность. И Ауку навестил, и к Боровику заскочил, и даже с Полевиком замирился – у них как раз сыновья подросли. Всех женихов застолбил, ничего русалкам не осталось. И кто виноват? Водяной! Он то с сомами в поддавки играл, то с жабами квакал на Луну, а про то, что у него косяк русалок заневестился совсем не думал!
Вздохнула Яга. Все самой делать приходится, нет бы подсобил кто! Где же взять то надежное мужское плечо, на которое так хочется опереться?
Решила Яга обратиться за советом к своим тырнетным приятелям: Хоттабычу и Гэндальфу.
Хоттабыч с важностью согласился подсобить:
- Излагай, Яга ханум, повелительница курьих ножек и сладчайших окорочков!
- Скажи-ка мне Хоттабушка, щербет ты мой яхонтовый, что вы делаете, ежели незамужних девок полно, а женихов нет?
Джинн сделал глоток из пиалы и удивленно спросил:
- Как это нет? Куда же они могли пропасть?
- А так, нету! Всех разобрали!
Джинн рассмеялся:
- Яга ханум, у нас такого не бывает. Вот у меня восемь жён! Если вдруг приключится необходимость, я и девятую возьму, - тут Хоттабыч игриво стрельнул глазами и многозначительно улыбнулся.
Нет, ну этот вариант Яга сразу отмела. Это где же такого дурака найти, чтобы разом за себя косяк русалок взял? Вызвала Яга по тырнету Гэндальфа. Тот хоть и злил Ягу своей заносчивостью и гонором, а все же по менталитету он ближе, чем джинн. Гэндальф, выслушав вопрос, что делать с дамами, которым очень замуж хочется, а не за кого, ответил:
- А мы их на всякие тренинги и коучинги отправляем. Познай себя, открой третью чакру, научись дышать маткой, прокачай женскую энергетику.
Яга рот разинула от услышанного:
- Чем дышать научиться? А чего им сопельником не дышится? И куды её прокачивать-то, энергетику, ежели её и так столько, что русалки третью ночь воют! Волки от того воя в берлогах медвежьих хоронятся!
Но Гэндальф уже отключился. Решила тогда Яга сама поискать на просторах тырнета способ успокоить русалок и найти им женихов. У людей все-таки разные тюкнологии, вдруг и тут чего придумали?
До утра изучала Яга советы тырнета. А что еще делать, всё равно под вой русалок не уснешь. От всего прочитанного у Яги мигрень разыгралась, столько всякой чепухи люди напридумывали. Но кое-что все-таки взяла на заметку. Понравился ей один ритуал, который как подумалось Яге, уходил корнями в глубь веков. Люди, конечно, видоизменили его, не все сохранили, что-то от себя придумали. Но вдруг сработает?
*****
На четвертую ночь завывания русалок, отправилась Яга на озеро. Завидев Ягу, русалки притихли: с чем к ним хозяйка леса пожаловала?
- Слышь, девоньки мои чешуйчатые, знаю, как помочь вам и тоску вашу иссушить. Только вам оборотиться надобно в человеческий облик, без рыбьих хвостов.
Русалки удивленно загалдели, но Яга лишь нахмурилась, и девицы обернули хвосты стройными ножками. Вышли русалки из воды, одетые в длинные белые сорочки, у каждой девицы на голове венок из кувшинок. А Яга наставляла:
- Сейчас мы с вами челобитную в Космос отправим, Вселенскому разуму! Будем женихов просить, что ни есть во Вселенной самых лучших!  Обряд древний, даже мною позабытый, но во всезнающем тырнете найденный. Садимся на землю, прямо на траву в позу белой кувшинки. Ноженьки свои резвые крест-накрест заплетите. Пятку правую – под левое подвздошье, пятку левое на правое бедро закиньте. Коли хрустнет где – не пужайтесь, то чакры ржавые со свистом раскрываются! Спину прямо держите, будто кол осиновый проглотили. Макушкой тянитесь к самым звездам.
Персты рук своих в кольца сложите, аки фигу скрутили, только благостную, беззлобную. И на коленки ладонями вверх уложите.
Русалки завозились, следуя указаниям Яги. Да Яга и сама не сразу смогла принять позу белой кувшинки, шутка ли, в её-то года. Там чакры не токмо заржавели, а вековым мхом покрылись, да морошкой усыпались.
- А теперь заклинание секретное поём. То заклинание гул первородный называется, от которого у самого Кощея суставы ломит, а Мороза Иваныча в жар бросает. Поём самой утробой, чтобы озеро рябью покрылось, да дно затряслось.
И Яга зычно и утробно запела:
- Ооооммммммм!
Русалки подхватили дружным хором:
- Оооммммм, да ооомммм, ой да ты же ооомммм, люли люли оооммммм!
Вода в озере и впрямь пошла рябью. А от новой порции ом волны заиграли и выплеснулись на берег.
На русалочий хор, в котором солировала Яга, откликнулись чертовки из омута. Вывалились всей гурьбой посмотреть на чудо невиданное, поддержать из чувства женской солидарности, да поддать энергетики, дабы челобитная точно по адресу попала.
Выделывая коленца, да вихляя бедрами, чертовки заплясали, запрыгали. И стали подпевать русалкам на свой манер:
- Ай да ла-лай ооомммм! Опа-опа, ооооммммм!
На берегу озера творилось несусветное. Заросли папоротника вдруг заалели цветами, а камыши стали сплетаться между собой косичками. Из плотного покрывала ряски по берегу вдруг проклюнулись белоснежные лилии. А ошалевшие жабы прыгали с листа кувшинки на листок и орали: «Курлы-курлы!».
- Заводи хоровод, Акуля! – одна из русалок не удержалась и с радостным криком кинулась к чертовкам. За ней последовали и другие русалки. Схватившись за руки, русалки с чертовками закрутили хоровод, продолжая уже не петь, а скандировать:
- Оммм, оммм, оммм!
Даже Яга и та не удержалась и в пляс пустилась.
От безумного «ома» и головокружительного русалочьего хоровода само ночное небо вдруг будто пошло кругами. Космическая ось заскрипела, а Луна замигала, будто собравшаяся перегореть лампочка.  Через ночной бархат небес вдруг протянулась ослепительная молния и раздался громкий треск. А потом на весь лес раздалось эхоподобное:
«Внимание! Женский энергетический поток превысил все допустимые пределы! Система перегружена! Запросы выполняются из ближайших складов наличия!»
Из зацветшего орхидеями черного омута, галантно раздвигая тропические заросли, начали выплывать заморские тритоны. Русалки и даже чертовки, исключительно из женской солидарности, восторженно завизжали. Раздались звуки флейты, и тритоны закружились в танце с трепетными русалками. Но одной русалке тритона заморского не хватило. К ней важно подошёл нелепо одетый некто и пропищал:
- Позвольте представиться: лазник заболоцкий!
Русалка поморщилась и задрав голову капризно крикнула:
- Галяяя! Галя, у нас отмена!
Небосвод нервно мигнул, послышалось громкое «Пип!» и лазник исчез.

Яга смотрела на это благолепие и довольно улыбалась: сработало! Древний обряд возрожден, русалки довольны, ну а она как-нибудь.  И тут камыши вдоль берега вдруг стали покрываться серебристым инеем. И к озеру вышел Мороз Иваныч с хрустальным ведерком в руках. И направился Мороз прямиком к Яге, улыбаясь в пышные усы.
- Ну и шумели вы тут, баловницы. А я хотел тебя новым сортом мороженого угостить. Пришел к избушке, а Бабайка говорит, что ты на озере древний обряд проводишь. Устала, небось, Ягуся?
Яга приняла ведерко с мороженым из рук Мороза Иваныча и с улыбкой посмотрела на звездное небо.