Второй выход из небольшой пещеры

Второй выход из небольшой пещеры (продолжение главы «Сдвиги»)
Фрагмент новой приключенческой повести с рабочим названием «Тайны Приполярного Урала»
Первая часть трилогии — интеллектуальный детектив «Остров неясных смертей».
Олег Яненагорский 7 сентября 2026 г.

Второй выход из небольшой пещеры (продолжение главы «Сдвиги»)

Какова вероятность встретить динозавра
 на лестничной площадке?» — спрашивают блондинку.
— Пятьдесят на пятьдесят, — отвечает она.
— Как это?
— Ну, либо встречу, либо н.
Старый анекдот ет


Россия. Тайга Приполярного Урала. Район проведения операции «Луч»

Я зашел в пещеру из чистого любопытства, не надеясь обнаружить что-то интересное. Вряд ли при первом самостоятельном выходе, я сразу обнаружу следы допотопных цивилизаций. Хоть я парень и удачливый, и есть место чудесам на этом свете.

Жизнь брала под крыло,
Берегла и спасала.
Мне и вправду везло,
Только этого мало!
Только-только–только этого мало!

Напевая тихонько себе под нос эти жизнеутверждающие строки, я вошел в пещеру.
Страха не было — освещения от входа хватало на половину пещеры, а в другом краю свет проникал то ли через большой обвал, то ли это был второй выход из пещеры. Под ногами чувствовалась твердая каменная поверхность как одна большая плита, кое-где покрытая каменной крошкой. Мне показалось, что в глубине пещеры оттенок у камешков более темный. А может это просто была игра света и тени. Ни ям, ни впадин, ни колодцев или провалов нигде видно не было. Запахов зверья тоже не чувствовалось. Конечно, я не знаток медвежьих повадок, но вряд ли косолапый облюбовал такое место под жилище.
— Ладно, — негромко сказал я сам себе, — Никаких признаков опасности нет, интуиция и прочие полезные чувства молчат, как спящая Муза. Был какой-то едва уловимый запах, но при необходимости я бегом вернусь к выходу из пещеры. Затаю дыхание, если почувствую неприятный или опасный запах и рванусь.
Но запах не был неприятным. Больше того, мне почему-то вспомнился берег Красного моря, небольшой египетский курорт, на который я в одиночестве поехал перед Новым 2012-м годом. Турпоездка запомнилась, потому, что в следующем году моя жизнь изменилась — новая работа, новые встречи… А потом почему-то вспомнилось раннее утро первого января 2014 года, пустынное побережье Южно-Китайского моря — отдыхал тогда во Вьетнаме. Почему все это сейчас вспомнилось?
С каждым шагом по пещере настроение улучшалось, и запах моря становился все отчетливее. Все же человеческая память штука удивительная. Воспоминания дают такие острые ощущения? Запах моря, вкус соли на губах…
Я подошел ко второму выходу из пещеры и остановился на небольшой неровной площадке размером не больше полутора метров. Точно прикинуть не мог, так как она сужалась с правой стороны. По сути это был выступ на высокой скале.
В лицо ударил порыв жаркого морского ветра с острым соленым вкусом и очень сильным запахом йода. Какой, однако, обман чувств при воспоминаниях о разных морях!
Обжигающий морской ветер в горах Приполярного Урала? Мозг работал как-то странно, и глаза видели то, что сознание не хотело воспринимать. А видели они с высоты горной площадки огромное темно-синее море, широкую ленту белого песка на берегу, какие-то диковинные деревья, растущие у подножия гор… а вдали цепочка остров, над некоторыми из которых подымались столбы темного дыма.
— Вулканы, наверное, — подумалось мне.
Какая-то одинокая птица парила далеко в небе над крайним островом.
Одинокая птица над морем… Когда-то ведь все это я уже видел и не во сне, а наяву… На том острове неясных смертей, когда стоял на берегу южного моря после ссоры с Ольгой. Маленький остров неясным смертей. Почему-то вспомнилось побелевшее лицо Любы-Надежды, стакан с красным вином, падавший на каменный пол и разлетающийся на мелкие осколки…
Какой остров?! Какое вино?! Какие птицы над теплым морем?! Это же Север! Урал! Тайга и горы!
Сознание продолжало сопротивляться. Не желая воспринимать увиденное, защищаясь, оно подсовывало воспоминания.
— Ты чем-то все-таки надышался в этой пещере, — вяло проползла ленивая мысль, — Что-то подземное… газы или испарения, вызывающие галлюцинации.
Тут медленно выползла другая мысль:
— Это при каких же именно галлюцинациях кожу на лице стягивает от солнечного жара? Какое море на Урале?
Сколько минут я простоял у обрыва не знаю. Может две или три. Галлюцинация не исчезала, а мысли ползли также медленно и лениво. Сознание было явно заторможено, но инстинкты самосохранения — спасибо нашим животным предкам — работали, как и в древнюю пору. Когда что-то темное закрыло солнце и с клекотом спикировало на меня.
Мыслей не было - тело действовало само. Как я прыгнул в глубь пещеры, сам не знаю. Может быть, и спиной вперед. Или все-таки как-то развернулся? развернулся  вполоборота и рванулся к противоположенному входу. Но из него я уже мог только выползти, потому, что в середине пещеры ноги подломились и я рухнул.
Сердце колотилось как при страшной аритмии, ноги и руки дрожали, со лба на каменную крошку падали капли пота.
Сознание, словно, собака, сорвавшая с цепи, куда-то неслось. Обрывки мыслей почему-то перемешивались с цифрами, которые, словно широкий и мощный водный поток, куда-то неслись…
Поток цифр… Что за хрень и чертовщина? Снова клекот пикирующей твари, берег древнего моря… Или древнего океана? Да кая разница при галлюцинациях — море я видел или океан, выглянув из пещеры в Уральских горах?
Повернувшись на правый бок, я, достал из нагрудного кармана куртки пачку валидола. Дрожащей рукой затолкнул в рот сразу две таблетки — одну под язык, второю под верхнюю губу.
Тело и сознание постепенно приходило в норму. Так, надо отсюда срочно валить. Та летающая тварь явно была не маленькая, если решила меня зацапать как орел суслика. Но ворваться в пещеру она не пыталась. Или не могла пройти по размеру?
— Полежу с закрытыми глазами, пока валидол рассасывается, — решил я.
Это была последняя мысль угасающего сознания.
Фото из общедоступного и бесплатного интернет-источника.