Как я познакомился с твоей бабушкой

— Дед, а как ты познакомился с бабушкой? — спросил я, когда мы с дедом сидели на кухне и листали старый семейный альбом.
Дед замер, перестал перелистывать страницы и долго смотрел на одну фотографию — молодую женщину с косами, улыбающуюся в объектив. Потом тихо сказал:
— Ох, внук... Это была самая лучшая история в моей жизни. Садись поудобнее, расскажу.
Я уселся, а дед начал:
— Дело было весной шестьдесят восьмого. Мне было двадцать лет. Я уже работал на заводе, в городе. И вот как-то раз, в мае, меня друг Витька зовёт: «Санёк, пошли на танцы! В парке сегодня выступает духовой оркестр. Красота будет!»
Я сначала упирался — не очень я любил эти танцы. Но Витька уговорил. Пришли мы в парк, а там — музыка, огни, народ гуляет. Оркестр играет вальсы, фокстроты. Я стою у колонны, смотрю. И вдруг — вижу её.
— Бабушку?
— Её, — Дед улыбнулся. — Стоит она с подружками, смеётся. Волосы русые, заплетены в косу, на плечи накинута лёгкая косынка. Глаза — синие-синие, как васильки! И улыбается так, что у меня аж сердце остановилось. Я и рот разинул.
Витька толкает меня в бок: «Чего стоишь столбом? Подойди, пригласи!» А я — ни в какую: «Она не пойдёт со мной танцевать. Я же из деревни, а она такая красивая». Витька только рукой махнул: «Эх ты, тюфяк! Смотри, как надо!»
И он пошёл к ней! Я чуть не умер от страха. Смотрю — Витька подошёл, что-то говорит, она смеётся... И вдруг — она кивает! Витька обернулся, машет мне рукой: «Иди сюда!»
— И ты пошёл?
— Ноги сами понесли! — Дед аж оживился. — Подхожу. Витька говорит: «Знакомься, это Зина. Она согласилась с тобой танцевать». Я стою, красный как рак, и молчу. А она смотрит на меня и смеётся: «Ты чего такой серьёзный? Я не кусаюсь». А я выдавил из себя: «Здравствуйте, я Санёк». Она говорит: «Очень приятно, а я Зина». И тут оркестр заиграл вальс!
Я аж похолодел: я же танцевать не умею! А Зина уже руку протянула. Я взял её за руку, обнял за талию — и мы пошли по кругу. Да не пошли — полетели! Я ногами перебираю, а сам думаю: «Только бы не наступить ей на ногу!» А она ведёт, как будто мы всю жизнь танцевали вместе. И я вдруг поймал ритм — и поплыл!
Дед замолчал, глядя в одну точку. Потом продолжил:
— Мы протанцевали весь вечер. Вальс, фокстрот, падеспань. Я её провожал домой — мы шли по ночной улице, и она рассказывала, что работает на почте. А я слушал и думал: «Какая же она удивительная!» Мы дошли до её дома, и она сказала: «Спасибо за вечер, Санёк. Приходи ещё». А я стою и не знаю, что сказать. Выдавил: «Приду. Обязательно приду».
— И ты пришёл?
— Пришёл, — Дед улыбнулся. — На следующий день. С цветами. Я набрал букет полевых ромашек — и пошёл к почте. Ждал её, пока смена закончится. Она вышла, увидела меня — и засмеялась: «Ой, Санёк, ну ты даёшь!» А я протянул ей цветы и говорю: «Это тебе. Как обещал». Она взяла букет, понюхала и сказала: «Спасибо. Я таких красивых ромашек ещё не получала». И с тех пор мы не расставались.
— А что дед Вася сказал, когда узнал?
— А вот что. Я приехал в деревню и рассказал ему. Он выслушал, покивал и говорит: «Ну что ж, Санёк. Если она тебя вальсу научила — значит, она не просто красивая, она ещё и умная. Держись за неё!» — Дед засмеялся. — Мы с твоей бабушкой прожили вместе пятьдесят два года. И каждый день я благодарен тому майскому вечеру и тому вальсу.