Крысы войны!!!

Дорогие братья и сестры!
Сегодня я хочу произнести проповедь с названием, которое кому-то, возможно, покажется слишком резким: «Крысы войны». Но прежде, чем кто-нибудь обвинит меня в ненависти или жестокости, я сразу хочу сказать: я не имею права называть крысой самого человека. Каждый человек носит в себе образ Божий, даже тогда, когда этот образ становится почти неразличим под слоями греха, жадности, жестокости, цинизма и равнодушия. Однако существует такое нравственное состояние, такое поведение, когда вокруг рушатся дома, гибнут люди, плачут матери, дети просыпаются от взрывов, а кто-то в это самое время спокойно считает прибыль. Война сама по себе страшна, но ещё страшнее то, что возле всякой войны довольно быстро появляются люди, которым она становится выгодна. Для одного война — это могила сына, для другого — потерянный дом, для третьего — инвалидное кресло, для четвёртого — разрушенная семья, а для кого-то война становится контрактом, должностью, рейтингом, влиянием, карьерой и деньгами. Вот об этом я сегодня и хочу говорить, потому что страшно не только убивать человека. Страшно научиться зарабатывать на том, что человека убивают.
Есть старая человеческая беда: где появляется несчастье, там иногда появляется и тот, кто хочет этим несчастьем воспользоваться. После кораблекрушения один бросается спасать утопающих, а другой прежде всего смотрит, что можно подобрать на берегу. После пожара один несёт погорельцу одежду и еду, а другой думает, нельзя ли теперь подешевле купить его землю или имущество. Когда начинается война, один вытаскивает раненого из-под огня, а другой уже подсчитывает, сколько лично ему принесёт продолжение этой войны.
Вот здесь и проходит одна из самых страшных духовных границ. Не между правыми и левыми, не между Востоком и Западом, не между одним народом и другим, а между человеком, который видит в чужой боли боль, и человеком, который увидел в ней товар.
Христос никогда не учил нас спрашивать у лежащего на дороге: «Ты чей? Ты за кого? Какие у тебя политические взгляды?» Притча о милосердном самарянине беспощадна к нашей человеческой привычке делить страдающих на своих и чужих. Лежит избитый человек — значит, помоги ему. Всё остальное потом. Но война выворачивает человеческую душу наизнанку и очень быстро показывает, что находится внутри нас.
Кто-то отдаёт последнее. Кто-то принимает в свой дом беженцев. Кто-то выносит стариков из разрушенных домов. Врачи сутками не отходят от операционных столов. Волонтёры едут туда, куда нормальный человеческий страх велит не ехать. Священники отпевают погибших, утешают вдов, сидят рядом с матерями, которым никакими человеческими словами уже невозможно объяснить, почему их ребёнок оказался в гробу. Но рядом с этим существует и другая сторона человеческой природы. Кто-то ворует на гуманитарной помощи, кто-то наживается на дефиците, кто-то превращает человеческое горе в телевизионное представление, кто-то строит карьеру на ненависти, кто-то получает влияние благодаря тому, что два народа всё сильнее проклинают друг друга. А кто-то убеждает людей, что мир — это чуть ли не предательство, потому что прекрасно понимает: в мирное время его собственная значимость, возможно, резко уменьшится.
Вот это нравственное состояние я и называю духом «крыс войны». И прошу услышать меня правильно: я говорю именно о духе, о состоянии человеческой души, а не о том, что какой-либо человек перестаёт быть человеком. Потому что если я сам начну ненавидеть этих людей, желать им смерти, радоваться их страданиям и мечтать об их уничтожении, то очень скоро окажусь заражён той же самой болезнью. Христианину нельзя бороться со злом, самому превращаясь в ещё одно зло.
Поэтому я не хочу кричать: «Уничтожить! Расстрелять! Повесить!» Это слишком просто и совершенно не по-христиански. Я скажу иначе: покайтесь. Если ты украл деньги, предназначенные раненым, — покайся. Если нажился на чужом горе — покайся. Если сознательно сеял ненависть, потому что ненависть приносила тебе аудиторию, влияние, деньги или политические очки, — покайся. Если тебе выгодно, чтобы эта бойня никогда не заканчивалась, — бойся Бога.
Потому что однажды закончатся заседания, интервью и телевизионные эфиры. Закончатся должности. Опустеют кабинеты. Снимут мундиры и погоны. Замолчат камеры. Когда-нибудь перестанут иметь значение счета в банках и количество подписчиков. Останется только человек перед Богом. И тогда уже невозможно будет сказать: «Таково было распоряжение». Нельзя будет сослаться на начальника, государство, партию, обстоятельства, приказ или политическую необходимость.
Бог спросит не о политической целесообразности. Он спросит о человеке. Где был ты, когда рядом плакала мать? Что ты сделал, когда ребёнку нечего было есть? Почему, когда одни хоронили сыновей, ты умножал своё богатство? Почему тебе был выгоден ещё один день войны? Вот какие вопросы действительно страшны.
И здесь невозможно не вспомнить Иуду. Ведь он тоже когда-то ходил рядом со Христом. Он слышал Его слова, видел чудеса, ел с Ним за одним столом. Но в какой-то страшный момент человеческая жизнь получила для него денежную цену — тридцать серебряников. Именно с этого начинается нравственная катастрофа: с того момента, когда человек решает, что чужую жизнь можно пересчитать в деньги. Тогда это были тридцать серебряников. Сегодня суммы могут измеряться миллионами и миллиардами. Цифры меняются, а человеческая трагедия остаётся той же.
Однако я хочу обратиться не только к большим начальникам, генералам, чиновникам, бизнесменам или влиятельным политикам. Это было бы слишком удобно: мол, «крысы войны» где-то далеко наверху, а мы здесь все исключительно добрые и невинные. Нет, дорогие мои. Маленькая «крыса войны» может однажды проснуться и в сердце самого обычного человека.
Она просыпается тогда, когда мы начинаем радоваться смерти незнакомого человека только потому, что он родился по другую сторону границы. Когда пишем под фотографией погибшего: «Так ему и надо». Когда желаем смерти детям наших врагов. Когда распространяем ложь, прекрасно понимая, что это ложь, лишь потому, что она подтверждает нашу ненависть. Когда перестаём видеть лица людей и видим только ярлыки: «враг», «предатель», «чужой», «не наш». Вот тогда война уже вошла внутрь нас. И, возможно, это её самая страшная победа.
Разрушенный мост можно восстановить. Сгоревший дом можно построить заново. На месте выжженного леса можно посадить новый. Можно вырастить новое поколение. Но как долго придётся восстанавливать человеческое сердце после того, как его годами учили ненавидеть? Кто потом объяснит ребёнку, выросшему среди проклятий и разговоров о смерти, что человек по другую сторону границы тоже умеет плакать, любить, бояться и молиться?
Поэтому Церковь обязана сегодня говорить то, что не всегда нравится воюющему миру: человеческая жизнь священна. Чужая мать плачет так же, как наша. Чужой ребёнок боится взрывов так же, как наш. Чужой старик точно так же хочет дожить последние годы не в подвале, а возле окна, с чашкой горячего чая и старой семейной фотографией на стене. И если мы однажды перестанем это понимать, никакая военная или политическая победа уже не сделает нас настоящими победителями.
Дорогие братья и сестры, я хочу, чтобы закончилась не только война оружия. Я хочу, чтобы закончилась война в человеческих сердцах. Чтобы люди перестали кормиться чужой кровью буквально, финансово, политически, информационно и духовно. Чтобы человек, которому выгодна война, однажды посмотрел на свои руки и ужаснулся. Чтобы тот, кто украл, вернул украденное; тот, кто солгал, признал ложь; тот, кто разжигал ненависть, остановился; тот, кто ненавидел, сумел заплакать; а тот, кто ещё способен остановить хотя бы одну смерть, сделал всё возможное, чтобы эта смерть не произошла.
Вот о чём нам нужно молиться. Не о том, чтобы «наши крысы» победили «их крыс», а о том, чтобы человек снова стал человеком. Потому что Христос пришёл в этот мир не спасать государства, империи, правительства и геополитические проекты. Всё это возникает, существует какое-то время и исчезает. Христос пришёл спасать человека.
Когда-нибудь эта война закончится. Обязательно закончится, потому что все войны когда-нибудь заканчиваются. Останутся могилы. Останутся фотографии. Останутся матери, которые ещё долгие годы будут машинально накрывать на стол лишнюю тарелку и только потом вспоминать, что сын уже никогда не откроет дверь. Останутся дети, которым будут рассказывать об отцах по старым фотографиям и видеозаписям. Останутся женщины, которые так и не услышат знакомого ключа в дверях. Останутся пустые комнаты и вещи людей, которые уже никогда к ним не вернутся.
И тогда особенно страшно будет вспоминать тех, кто мог приблизить мир, но предпочёл продолжение войны потому, что война приносила ему выгоду.
Господи, сохрани нас от этого. Сохрани нас не только от ракет, снарядов, пожаров и разрушений, но прежде всего сохрани от окаменения человеческого сердца. Не дай нам привыкнуть к смерти. Не дай научиться считать погибших сухими цифрами. Не дай радоваться чужому горю. Не дай нам заработать даже одну копейку на человеческой крови.
Если в нашем сердце поселилась ненависть — изгони её. Если поселилось равнодушие — разбуди нас. Если поселилась жадность — вразуми нас. Если поселилась месть — исцели нас. Если мы привыкли видеть в другом человеке врага прежде, чем увидели в нём образ Божий, — верни нам человеческое зрение.
Потому что однажды перед Тобою, Господи, уже не будет ни победителей, ни побеждённых, ни президентов, ни министров, ни генералов, ни пропагандистов, ни богачей, ни бедняков. Перед Тобою будут человеческие души. И дай нам прожить эту страшную эпоху так, чтобы однажды, став перед Тобою, нам не пришлось опустить глаза.

Аминь.

Дорогие мои, если эта проповедь оказалась для вас полезной, если она помогла вам хотя бы немного задуматься о войне, мире, человеческой жизни и прежде всего о собственном сердце, я смиренно прошу вас поддержать этот труд. Подпишитесь на мой канал, чтобы мы могли и дальше вместе читать Священное Писание, размышлять над жизнью и искать в ней не повод для ненависти и разделения, а дорогу ко Христу. А если у кого есть возможность поддержать моё служение небольшим добровольным пожертвованием, реквизиты находятся в описании под этим видео. За любую помощь сердечно благодарю. Пусть Господь воздаст каждому сторицею за доброе сердце, молитву и поддержку.

Слава Богу за всё! Шалом у-браха — мир и благословение вам и вашим домам.