Рекорд по подтягиванию на турнике

— Дед, а ты в детстве спортом занимался? — спросил я, когда мы проходили мимо школьной спортплощадки, где висел турник.
Дед остановился, посмотрел на турник, и его глаза загорелись.
— Спортом ли я занимался? Ох, внук... Я тебе так скажу: турник — это мой первый настоящий друг. Он меня и здоровым сделал, и характеру научил. Садись вон на ту скамейку, расскажу тебе историю про мой рекорд.
Мы присели на скамейку, а дед начал:
— Дело было в шестьдесят первом году. Мне было тринадцать. Тогда был такой лозунг: «В здоровом теле — здоровый дух». Все пацаны во дворе хотели быть сильными и ловкими. Но не у всех получалось. Я тоже не отличался особой силой — худой был, как щепка, руки тонкие, на турнике подтягивался раза два, не больше.
— И что случилось?
— А случилось вот что. Однажды к нам во двор пришёл новенький — Колька Смирнов. Он переехал к нам из города. И вот этот Колька, щуплый, в очках, вдруг подходит к турнику, который висел у нас во дворе (мы его сами сделали из трубы и двух столбов), и начинает подтягиваться. Раз, два, три... десять... пятнадцать! Я считал и не верил своим глазам. Колька подтянулся двадцать раз! А потом спрыгнул и так небрежно говорит: «А вы что, так не можете?»
Я стоял, как оплёванный. Двадцать раз! А я — два! Все пацаны во дворе смотрели на меня — и я видел, как они посмеиваются. Витька подошёл и говорит: «Санёк, а ты чего? Ты же у нас самый активный!» А я молчал. Потому что нечего было сказать.
— И что ты сделал?
— А вот тут начинается самое главное, — Дед подался вперёд. — Я решил: буду тренироваться. Каждый день. Поставлю себе цель — двадцать раз. И тогда покажу этому Кольке, кто чего стоит.
Я начал тренироваться. Каждый вечер, когда стемнеет, я выходил во двор и подходил к турнику. Подтягивался столько раз, сколько мог. Сначала — три раза. Потом — четыре. Потом — пять. Когда руки дёргались от усталости, я отдыхал и снова подходил к турнику. Я тренировался по два-три часа каждый вечер. Витька сначала смеялся, потом перестал. Потом начал приходить и смотреть, как я тренируюсь. Он говорил: «Санёк, ты с ума сошёл! У тебя руки отвалятся!» А я ему: «Не отвалятся. Я должен догнать Кольку».
— И как долго ты тренировался?
— Два месяца! Два месяца я терпел эту пытку. Ходил в школу, делал уроки, а потом — во двор, к турнику. Даже когда шёл дождь, я укутывал турник тряпкой, чтобы не скользило, и всё равно подтягивался. Через месяц я уже делал пятнадцать раз. А через два — девятнадцать! Ещё одно усилие — и я догоню Кольку!
— И что было дальше?
— А дальше наступил решающий день. Стоял тёплый августовский вечер. Весь двор собрался — и пацаны, и девчонки. Кто-то крикнул: «Санёк, давай, покажи!» Колька тоже пришёл. Стоит, скрестив руки, и усмехается: «Ну-ну, посмотрим». А я подошёл к турнику, поплевал на ладони, ухватился за перекладину... и начал.
Раз. Два. Три. Пять. Десять. Пятнадцать. Восемнадцать. Девятнадцать. Двадцать! Я подтянулся двадцать раз! Спрыгнул на землю — руки трясутся, сердце колотится, пот градом. И все пацаны как заорут: «Санёк, молодец! Санёк, рекорд!» А я стою, улыбаюсь и смотрю на Кольку. Он побледнел, потом улыбнулся и сказал: «Ну, Сань, ты вообще! Уважаю! Ты сильнее меня!»
Дед замолчал и посмотрел на турник:
— С того дня Колька стал моим другом. Мы вместе тренировались, вместе ходили на турник. Он научил меня отжиматься на брусьях, а я его — лазить по деревьям.
— А что стало с твоим рекордом?
— А мой рекорд так и остался моим рекордом. Я потом мог подтянуться двадцать пять раз. Но первый раз — те самые двадцать — я запомнил на всю жизнь. Потому что я доказал себе: если я что-то решил — я сделаю. Главное — работать и не сдаваться.
Дед положил руку мне на плечо:
— А теперь слушай самое главное, внук. Когда я подтянулся двадцать раз, я понял одну простую вещь: человек может гораздо больше, чем он думает. Главное — поставить цель и идти к ней. Пусть маленькими шажками, пусть со скрипом, но идти. И тогда однажды ты проснёшься и поймёшь — ты дошёл. Ты сделал. Ты победил.