Траектория экологического активизма. Историческая

Траектория экологического активизма. Историческая заметка.


В «святых» девяностых в Ростове-на-Дону была актуальна тема строительства Ростовской АЭС.

Я в то время занимался экономическими спорами и издавал бюллетень, посвященный юридической проблематике.

Постепенно со мной познакомилось некоторое количество людей, озабоченных строительством Ростовской АЭС.

Их можно назвать старинным словом «разночинцы». У них не было ни серьезного образования, ни заметного социального положения, ни каких-либо существенных способностей.

Их активность, заметная мне, проявлялась в том, что они приходили в мой офис, доставляли различные материалы, напечатанные на пишущей машинке, вырезки из газет, газеты, доставляли новости и вели обсуждение различных актуальных вопросов.

Их «знаменем» был сотрудник одного из ростовских музеев, который когда-то издал небольшую книжечку (брошюрку), посвященную сохранению русских черноземов. Против русских черноземов никто никогда не высказывался и высказываться не мог, так что на первых порах эти «разночинцы» с важным, таинственным и грустным видом рассуждали о проблеме сохранения русских черноземов.

Постепенно на первый план вышла проблема строительства Ростовской АЭС.

Шли обсуждения, передавались ксерокопированные материалы, напечатанные на пишущих машинках, газетные вырезки, газеты и т.д.

Ни к каким конкретным более или менее эффективным действиям этот «экологический слой» был не способен.

Память об аварии на Чернобыльской АЭС была довольно свежей, и многие люди в области в той или иной степени относились к строительству Ростовской АЭС настороженно.

Руководство не могло сориентироваться, насколько сильна общая оппозиция строительству Ростовской АЭС, и находилось между импульсами из столицы и предполагаемыми возражениями широких масс.

Общее настроение, критические выступления в СМИ, - всё это влияло на областных депутатов, и однажды одно из принципиальных голосований в областном парламенте завершилось не в пользу АЭС. Однако, влиятельные лица в президиуме обменялись выразительными взглядами, вопрос был повторно проголосован, и итоговое решение все же было в пользу АЭС.

Тем временем «разночинцы» продолжали посещать мой офис, вести встревоженные обсуждения по теме, приносить машинописные материалы, газетные вырезки и газеты.

Под влиянием личного настроения и общей атмосферы я также начала заниматься «темой АЭС», - в той степени, в которой позволяли мне основные профессиональные задачи.

Было много такого, что становилось просто фоном. Например, при обсуждении областным парламентом «темы АЭС» значительная часть публики состояла из противников АЭС. В какой то мере эта публика общалась с депутатами до заседания, настроение присутствующих ощущалось в зале, при голосованиях. Депутаты колебались.

Посещение таких заседаний областного парламента требовало определенных затрат времени и усилий, но в какую «строку» можно записать такую деятельность.

Из каких-то заметных акций мне запомнились две.

Первая. По моей просьбе, областной депутат, подписав подготовленный мной проект депутатского запроса (кто бы этот проект готовил самостоятельно? И у кого бы возникла такая идея?), запросил учредительные документы того самого крупного предприятия, которое волновало все население области.

Каково же было мое (и не только мое) изумление, когда оказалось, что одним из соучредителей этого предприятия является футбольный клуб. Явно пахло аферой.

Пытались ставить эту предполагаемую аферу на обсуждение, предавать ее общественному вниманию. Однако все «вязло», «растворялось» в равнодушии, во невнимании, в затяжках. Помню, как я возле здания областной администрации встретил юрисконсульта одной из государственных организаций. Нам было по пути, и некоторое время мы шли рядом, обмениваясь мнениями по экологической проблематике. «Вам это надо?!» - спрашивала она меня. Такова была ее позиция о строительстве Ростовской АЭС. А один из областных депутатов, «сидящий на государственных деньгах» по определенной отрасли, тот просто нагло смотрел на противников строительства АЭС с откровенной насмешкой и презрением.

Вторая. Судебный процесс по поводу строительства АЭС в одном из судов завершился подписанием мирового соглашения между председателем областного парламента и экологическим активистом (который некоторое время был областным депутатом). Мировое соглашение носило позитивный характер. Опять всё увязло и растворилось.

После этого судебного процесса я опубликовал в своем бюллетене соответствующую информацию. В итоге я был удостоен поездки на экологическую конференцию, которую я описал в двух миниатюрах:

(2344. Как я избежал крушения при визите на Камчатку. Автобиографический рассказ. - 12 августа 2021 г.

2345. Два экологических судебных процесса: ростовский и московский. Дополнение к рассказу о визите на Камчатку. - 13 августа 2021 г.).

Таким образом, на местное экологическое движение изредка падали отблески успешности.

«Разночинцы», посещавшие мой офис, развивали всё большую и большую активность.

В узких кругах существовал человек обладавший незначительной известностью. Оказалось, что у этого человека был сын, о котором никто ничего не знал.

Но видимо, возникла перспектива появления какого-то “chair” (что по-английски означает «кресло», но “chair” имеет и дополнительное значение: должность, позиция, положение).

«Разночинцы» внезапно начали раскручивать этого никому неизвестного сына мало известного человека. Предполагалось восхищаться этим сыном и ждать его возвышения.

Это было настолько абсурдно, что я предпринял меры к тому чтобы этот шарик лопнул.

Шарик лопнул. И я почувствовал обиду, негативное отношение к себе со стороны «разночинцев».

Обиженные на меня «разночинцы» постепенно исчезли из моего офиса, Ростовская АЭС была переименована в Волгодонскую АЭС (были внесены изменения в учредительные документы), а после конференции на Камчатке московскими активистами был подан иск к Правительству РФ, оспаривающий перевод группы лесов из одной категории в другую. В итоге этого разбирательства была получена иностранная экологическая премия.

Постепенно завершились "святые" девяностые, и постепенно я перестал слышать восхищенные отзывы о сотруднике ростовского музея, издавшего брошюрку о необходимости сохранения русских черноземов.


7 сентября 2026 года 08:49


{ 3857.
Vladimir Zalessky Internet-bibliotheca. Интернет-библиотека Владимира Залесского}


[недостаточная скорость доступа в Интернет] [размещается в дополнительном аккаунте на период недостаточной скорости доступа в Интернет]


Примечание: для удобства читателей размещаю в качестве двух приложений упомянутые миниатюры.


Приложение 1.


2344. Как я избежал крушения при визите на Камчатку. Автобиографический рассказ.


Зачем я поехал (полетел) на Камчатку?

В то время шла активная общественная борьба против Ростовской (Волгодонской) АЭС, и один из самых активных, преследуемых и репрессируемых экологических деятелей порекомендовал мою кандидатуру для включения в состав участников какого-то общественного мероприятия на Камчатке.

Я долго сомневался, стоит ли лететь? Передо мной стояло много профессиональных задач, а за этими задачами стояли клиенты.

Но любопытство пересилило, и я решил посетить Дальний Восток.

Лететь нужно было через Москву. Какие-то дела нужно было уладить в Москве. Я пообещал какому-то экологу бутылку шампанского, если он что-то сделает в мою пользу. Он сделал что-то по моей просьбе, но до него я так и не добрался. Долг - бутылка шампанского - до сих пор висит на мне. И этот долг уже не вернуть...Приношу, пользуясь случаем, искренние извинения.

Неприятности на этом не завершились.

Это была эпоха 90-х. Топлива не хватало. Самолет садился на каких-то аэродромах, пассажиры выходили, дышали свежим воздухом, смотрели на серое небо. Авиационные власти находили топливо, самолет летел дальше.

Несмотря на мои надежды, меня в аэропорту на Камчатке никто не встретил. Это была своеобразная неожиданность.

Что делать? Началась вторая половина дня. Оставаться на ночь в аэропорту? И что делать утром? Или не оставаться в аэропорту и ехать неизвестно куда?

Какие-то координаты места (загородной базы отдыха), где должно было проводиться мероприятие, у меня были.

Я абонировал какую-то частную машину и двинулся в путь.

Внезапно по пути в эту машину подсел еще один пассажир. Начался разговор на общие темы. Разговор касался того, откуда я, кто я и зачем прилетел.

Я сказал, что очень обеспокоен экологическими проблемами. И собираюсь участвовать в общественном экологическом мероприятии. Нужно спасать природу!

В разговоре возникла незаметная пауза. Новый пассажир вскоре вышел из автомобиля.

Водитель проявил своеобразный героизм. Он в полной темноте искал базу отдыха, которая располагалась где-то за городом, а затем ездил от одних закрытых ворот к другим. И сигналил, сигналил, сигналил. Наконец, кто-то появился, и я был, вроде как, спасён.

Один из участников общественного мероприятия, москвич, прилетевший другим рейсом и как-то добравшийся до места назначения (кажется, его встретили с авто), услышав мой рассказ о вечерней (ночной) поездке из аэропорта на арендованном автомобиле, молча посмотрел на меня с непонятным выражением лица.

Детали общественного мероприятия здесь описывать не буду.

На базе отдыха был бассейн, наполнявшийся горячей водой из подземных источников. После десяти минут нахождения в такой воде было невмоготу.

Я после горячей воды шел к естественному холодному озеру, где была холодная вода, и летняя температура которой позволяла плавать. Я плавал, хотя слышал предупреждения, что в это озеро сливали радиоактивные отходы.

Однажды мы на автобусе поехали на берег Тихого океана. Красивый пляж. Вода, однако, была холодной для купания.

Люди из администрации уговорили меня посетить Долину Гейзеров.

Я долго колебался. Туда только на вертолете можно было долететь, и это было очень дорогое мероприятие.

Наконец, я решился. У моих попутчиц была с собой видеокамера, и они попросили меня их снимать.

Я снимал.

Вместе с нами в вертолете летело около десяти человек людей в форме, вроде как связанных с подводными плаваниями.

Кто-то из них стал в оскорбительной форме комментировать мои услуги фотографа-оператора.

Что было делать?

Вступать в перепалку с людьми, чья трудная работа, возможно, требовала новых впечатлений?

Или съесть оскорбления?

Пришлось съесть. Остались неприятные воспоминания, словно ни с того, ни с сего мой ботинок внезапно попал в какую-то дурно пахнущую историю.

Наконец, все завершилось, и я вернулся на малую Родину.

Мой друг, заметная фигура (он дал мне рекомендацию для поездки на Камчатку), который выступал против всей бюрократической системы, защищая родную природу, который был окружен плотным кольцом высокопоставленных влиятельных врагов (они ненавидели его и посылали к нему наемных убийц), часто ездил в командировки за границу и стал доктором наук.

Я в зарубежные командировки не ездил. Пребывал со степенью кандидата наук.

Мыслями я периодически возвращался к этой поездке.

Полет на Камчатку позволил ощутить огромность территории страны.

Хождения по территории базы отдыха и вокруг нее, купания, мне никакого удовольствия не доставили.

Зрелище Тихого океана было впечатляющим. Но если глядя на Азовское море представить, что это Тихий океан, то можно найти что-то общее.

Поездка в Долину Гейзеров меня разочаровала. Вроде бы и интересно, - но если бы бесплатно, и без оскорбления...

За время моего отсутствия какая-то юридическая ситуация успела существенно измениться в худшую сторону.

Несколько дней тому назад, уже в 2021 году, я прочел рассказ Ярослава Голованова о Ньютоне. Оказывается, Ньютон никогда не бывал за границей и всю жизнь прожил на территории в несколько сот квадратных километров. 'Ньютон был удивительным домоседом и за всю свою жизнь никогда не отъезжал от родного дома дальше чем на 180 километров. Он никогда не пересекал Ла-Манш и не оставлял Англию ни на один день.'

В общем, каждый живет по-своему.

Не скрою, где-то внутри мне приятно, что я побывал на Дальнем Востоке. Что было - то было...

Мой отец говорил, что он бывал Хабаровске, так что я, посещая Дальний Восток, возможно, следовал семейной традиции, сам того не осознавая...


12 августа 2021 г. 12:58




Приложение 2.



2345. Два экологических судебных процесса: ростовский и московский. Дополнение к рассказу о визите на Камчатку.


В рассказе [2344] 'Как я избежал крушения при визите на Камчатку' (12 августа 2021 г.) я не стал описывать детали самого экологического мероприятия, в котором я участвовал.

Тем не менее, одна из логических линий может представлять интерес для какого-то числа читателей.

Еще до этого визита я, по мере возможности, включился в общественную борьбу против Ростовской АЭС.

Фигура мощного эколога, широкая слава которого витала над кругами экологических активистов, приводила меня в восхищение. Упоминался случай, когда из каких-то труднодоступных мест были выпущены криминальные люди. Эти люди должны были совершить покушение на мощного эколога, этих людей вооружили пистолетом, но что-то у них не удалось.

Каким-то образом вся эта информация попала в общественное пространство. Слава эколога усиливалась.

На этой волне я предложил мощному экологу подать жалобу в суд на областные власти.

Имелись какие-то надежды на относительно успешный исход дела.

Действительно, соединились несколько факторов: мощная молчаливая оппозиция широких масс населения против Ростовской (Волгодонской) АЭС, остатки зависимости выборных лиц от воли избирателей и некоторая скептичность областных чиновников по отношению к АЭС.

Конечно, никто из чиновников напрямую против АЭС не высказывался. Но и особой активности в проталкивании АЭС они не проявляли - за исключением варианта 'больших портфелей' деятелей атомной отрасли, заинтересованных в АЭС.

Все эти факторы сложились, и в суде было заключено мировое соглашение между оппозиционной фигурой и областными властями по какому-то частному вопросу, касающемуся Ростовской (Волгодонской) АЭС.

Это была огромная юридическая, моральная и общественная победа.

Мощный эколог поднялся сразу на несколько прыжков по лестнице общественного рейтинга.

Не помню, упоминалась ли моя фамилия в публикациях (моя была идея, я был представителем мощного эколога в процессе, я довел дело до относительно успешного завершения, я составлял проекты документов).

Публикации были, и мощный эколог мог показать эти публикации коллегам (шефам?) из Москвы.

События шли дальше. Последовали рекомендация на включение моей кандидатуры в число участников общественного экологического мероприятия и моя поездка на Камчатку.

Смотрели на меня с интересом. Дали возможность вступить на мероприятии и наградили после выступления дружными аплодисментами.

Однако, о славной экологической победе в суде никто ни разу не упомянул, и не сказал доброго слова.

Итак, на меня посмотрели, меня послушали и впитали какие-то впечатления и какую-то информацию.

После возвращения с Камчатки появились первые сведения о большом судебном процессе, который затеяла группа московских экологов против Правительства РФ.

Оказывается Правительство перевело какие-то лесные площади то ли из третьей группы во вторую, то ли из второй в первую, то ли наоборот.

Это решение что-то меняло в правовом положении этих лесных площадей.

В масштабах всей экологической проблематики России данный вопрос был ничтожен по своей значимости.

Однако, тема судебного процесса против Правительства РФ - на этом делался акцент: московская группа экологов противостоит Правительству! - преподносилась с таинственной важностью. Словно появились в Мировом океане какие-то новые, влиятельные, еще мало кому известные течения.

После долгих разбирательств в Верховном Суде - туда, насколько мне известно, ходили эмоциональные женщины экологической направленности - были установлены некоторые нарушения со стороны Правительства РФ при принятии постановления о лесных площадях.

Постановление было отменено в части или полностью.

Насколько умеренно, предельно скромно и лаконично подавалась победа в ростовском суде, настолько же широко в общественных кругах, в прессе подавалась победа над Правительством РФ со стороны группы московских экологов.

Еще через некоторое время отдельные московские фигуры, инициировавшие процесс против Правительства РФ, получили американскую экологическую премию Олдмана (фамилия основателя премии может быть написана с некоторой неточностью).

К этому времени инициированный мною процесс отошел в прошлое, и упоминать о нём было как-то не модно, не к стати.

Однако, результат был - и для мощного ростовского эколога, и для московской группы экологов.

В общем, мои усилия не пропали даром.


13 августа 2021 г. 10:49