Мороз по коже

Эта таинственная история случилась в офисе одной замечательной екатеринбургской фирмы. Какой? Пусть это останется тайной, чтоб не обиделись другие фирмы, в чьих офисах возможно происходили подобные истории.

Все началось в один из удушающе-жарких летних дней. Свалившаяся на головы уральцев, нетипичная погода вынудила их всё чаще оставаться в помещении, под защитой трудолюбивых кондиционеров и кулеров с холодной водой. Стоит ли говорить, что и обеденный перерыв у тружеников офисного тыла все чаще проходил на рабочем месте, и состоял из тех продуктов, которые они приносили с собой. И надо же было такому случиться, что служивший долгое время верой и правдой суперкрутой навороченный холодильник LEX решил перестать вырабатывать холод. Приехавшие в срочном порядке мастера, покрутились вокруг, потрогали, понюхали и вынесли вердикт: «везти в сервис». Скорой реанимации холодящего друга не обещали, «так как в стране санкции и запчасти придётся вести серым импортом через Китай». Холодильнику были организованы торжественные проводы в сервисный центр, а его место занял выделенный из личных запасов главного бухгалтера Нонны Игоревны раритетный «Зил-65», 1975 года выпуска. Чуть более скромный чем его предшественник, но все-таки трёхкамерный, красавец лимонно-жёлтого цвета занял почетное место в интерьере офисного закутка для кормления, громко именуемого «столовой».

Население офиса радостно отметило появление нового холодильника дружным заполнением его недр напитками и продуктами. И все было бы замечательно, если бы в один из очередных рабочих дней секретарша генерального директора Верочка не заметила, что из холодильника пропали суши, не доеденные ей накануне. Была заказана новая порция «непонятно чего в рисе», а на голову анонимного негодяя посланы гневные проклятия. Дальше – больше. Айтишники, начавшие загодя готовиться к пятничному ночному турниру по Counter-Strike, и загрузившие в холодильник батарею пива, с удивлением обнаружили часть запасенных бутылок опорожненными. Воришка даже не потрудился выкинуть пустые бутылки в мусор, цинично оставив их пустыми на полке.

Обратились к начальнику службы безопасности. Просмотрев записи с камер наблюдения, бывший милицейский полковник авторитетно заявил, что ничего подозрительного по записям не отследил, однако пообещал одну из камер перенаправить прямо на холодильник.  После того, как начальник СБ выполнил своё обещание, случился апофеоз беспредела – прямо под камерами из холодильника исчез большой торт, ожидающий юбилея начальника отдела закупа. Горевали всем коллективом, изумляясь ненасытности офисной крысы, и начальник СБ был вынужден пообещать лично провести расследование.


***
Утро следующего дня снова радовало не выспавшихся клерков абсолютно тропическим зноем. Народ безвольно стекался в офис и первым делом спешил в столовую. Кто-то намеревался поглотить живительную порцию бифидобактерий, кто-то выпить бодрящего кофе с бутербродом, кого-то манила прохладная минералка….

Но всех их ждал абсолютно пустой холодильник!
Не осталось даже упаковок и бутылок. Холодильник сверкал первозданной чистотой, источая легкий сероводородный запах откуда-то из глубины своего No Frost чрева.
Возмущенные сотрудники двинулись штурмом на кабинет начальника безопасности. Кое-кто даже высказывал предположение, что к пропаже причастны именно сотрудники данной службы, дежурящие по ночам…. Требовалось кого-нибудь срочно призвать к ответу!

В кабинете начальника службы безопасности было пусто, как и в холодильнике. На столе початая бутылка виски, стакан с водой, некогда бывшей льдом, не донышке. В пепельнице потухшая сигарета с повисшим столбиком пепла. Особенно странным был включенный свет настольной лампы. Полное впечатление, что экс-полковник вышел на минуточку и сейчас вот-вот вернется в кабинет и ошарашит коллег результатами расследования.

 – Вы как хотите, а я больше ничего на хранение оставлять не буду, – заявила секретарша Верочка, – лучше я фаст-фудом буду питаться, чем кормить чью-то наглую рожу!
– Я фаст-фудом не могу, у меня гастрит, – грустно протянул айтишник Илья.
– От пива у тебя гастрита нет? – парировала Верочка.
– Всегда приходится чем-то жертвовать….
– А давайте устроим дежурства. Айтишники все равно тут и по ночам задерживаются, да и многие из продажников перерабатывают. А так хоть все это легализуем и на законной основе люди отгулы получат, – предложил юрист Сережа.
– Сережа, ты сильно хитрожопый, – с негодованием прервала вдохновенный спич главный бухгалтер Нона Игоревна, – сначала вы будете по ночам порнуху качать, а я потом придумывай, как вам эти «сверхурочные» оплачивать, из какого бюджета….
– Я могу и без оплаты, – Илья никак не мог смирится с перспективой гибели от фаст-фуда, – Я человек не семейный, могу ночку и посидеть. Куда важнее выяснить, кто крысит у нас в коллективе.
– Только охранникам не говорите. Если это и правда они, будет классно поймать их с поличным, – внес ещё одно предложение юрист.
– Сережа, а сам то ты будешь дежурить? – Нона Игоревна явно недолюбливала юриста.
– Да хоть завтра, но за отгул.
– Ну и коллективчик! Страдаем все, а, как дело до дежурства дошло, все сразу в кусты, – Петр Евгеньевич, кадровик, решил плеснуть критики на раскаленные камни народного гнева, как будто не он в первую очередь был причастен к формированию такого «коллективчика».
– Давайте сегодня я подежурю, а завтра бросим жребий, я надеюсь за пару ночей поймаем вора! – подытожил сознательный айтишник.

На том и остановились. Еще немного поискали пропавшего начальника службы безопасности. Заполнили холодильник новой порцией продуктов. Решили в качестве ловушки оставить копченую куриную полутушку, предварительно напитав ее слабительным. Илья отправился получать доступ к камерам наружного наблюдения.


***
– Ты знаешь, Илья, какая раритетная вещь находится у нас в столовой, – юрист не торопился покинуть офис, и решил поразить айтишника собственным широчайшим кругозором, ¬–Холодильник, который у нас сейчас стоит, был разработан в начале 1970 х годов. Как было принято в те времена, решили показать преимущество нашей государственной системы перед загнивающим Западом. Поэтому устроили конкурс на лучший дизайн холодильника. Наш НИИ технической эстетики противостоял американской дизайн компанию Raymond Loewy. А эта фирма, на минуточку, проектировала дизайн для Coca Cola, Studebaker и NASA. В итоге америкосы все равно забрали «золото» – по их проекту сделали внешний вид холодильника, нашим досталось «серебро». Нашим был интерьер.
– А раритетность то в чем?
– Было собрано всего 700 холодильников, и все вручную. Это был «роллс-ройс» среди холодильников. В широкую продажу они не поступали – доставались в основном партийным работникам и сотрудникам завода. Почему-то вдруг решили, что холодильник не «доведен до ума». Хотя мне кажется, дело просто в том, что делали его по дизайну наших потенциальных врагов. «Недоведённые до ума» холодильники продавали работникам завода по заниженным ценам. Первыми в очередь записались уборщица и слесарь завода.
 – Так Нонна Игоревна же всегда кичилась своим пролетарским происхождением! – догадался Илья.
– Именно! И сдаётся мне, что наш холодильник и есть тот первый, выпущенный на заводе образец!
– Офигеть!

Юрист победно взглянул на ошарашенного айтишника и отправился домой. Понты – это то, чем он любил начинать и заканчивать каждый свой день.


***
Когда окончательно стемнело, и Илья смог остаться в полном одиночестве, он наконец-то приступил к взлому внутренней сети компании. Белое хакерство было его основной специальностью, которую он получил в лицее, поэтому ему не составило труда проникнут на сервер СБ и начать изучение записей с видеокамер за вчерашнюю ночь.
Параллельно, одним глазом посматривая на второй монитор, наблюдающий за столовой в режиме онлайн.

Вчерашняя видеотрансляция упрямо не хотела работать в режиме ускоренной перемотки, и Илью начал потихоньку убаюкивать неспешный ход времени в просматриваемых экранчиках видеонаблюдения. Пустые коридоры офиса…. Пост охраны – два крепких охранника смотрят футбол на малюсеньком экране переносного телеприемника…. Начальник охраны в своем кабинете. Выпивает и курит свои вонючие сигареты. Перед ним два монитора. На одном все тот же футбол – финал какого-то кубкового турнира. Илья в этом не разбирался от слова «совсем». На втором – столовая и их уникальный холодильник. На мониторе у начальника охраны и втором мониторе Ильи – одно и то же время. «Синхронно идем», – улыбнулся парень.

Ровно в полночь Илья почувствовал, как какое-то непонятно беспокойство овладевает им. На офис толстым шерстяным пледом свалилась тишина – такая плотная, что Илья почувствовал её почти как физический вес на плечах. Она не была пустой: в ней прятался едва уловимый гул вентиляции, тихий шелест процессора и ещё один звук, который Илья не мог сразу опознать. Он был слишком мелким, слишком частым, будто кто-то грыз лёд или перекатывал мелкие камешки. И этот звук становился громче, хотя по всем законам физики в пустом офисе не должно было быть ничего, кроме ветра в шахтах вентиляции. Звук едва-едва различимый, откуда-то со стороны столовой. Начальник охраны на видеозаписи приподнял голову как будто тоже прислушиваясь к чему-то. По спине у айтишника пробежали стылые капли пота. Почему-то стало нестерпимо холодно — не просто прохладно, а так, будто из вентиляции потянуло стылым воздухом с запахом сырого мяса. Илья попытался пошевелиться, чтобы согреться, но пальцы, на вдруг покрывшейся инеем клавиатуре, показались чужими, непослушными, а по коже побежали мурашки, от которых хотелось стряхнуть с себя невидимую паутину. Холод не просто обжигал кожу: он будто забирался под неё, заставляя сердце биться быстрее, а мысли путаться. Илья попытался встать с кресла, чтобы взять с вешалки куртку, оставленную в офисе за ненадобностью ещё в середине мая. Не смог. Неизъяснимый отчаянный ужас заставлял его всё сильней вжиматься в кресло.
Звук становился все громче и сильнее. Кто-то, невидимый в камерах, решил устроить полуночный перекус. Чавканье и хруст перемалываемых мощными челюстями костей заполняли пространство и сознание. Начальник СБ достал из ящика стола предмет, похожий на пистолет, и дрожа, то ли от страха, то ли от нетерпения, вышел из комнаты.
Илья, не отрываясь смотрел на экраны мониторов. На экране онлайн трансляции и на архивном экране раритетный холодильник светился голубоватым неоновым свечением. Этот свет казался неправильным: он не был похож на обычную подсветку. Он будто исходил изнутри, как если бы металл сам стал источником холода и тьмы. До сих пор стоявший тихо агрегат потряхивало мелкой дрожью, как будто холодильник забыл своё прямое назначение и возомнил себя стиральной машинкой в режиме отжима. Постепенно дрожь холодильника стала ритмичной, как пульс. Илья поймал себя на мысли, что этот ритм совпадает с его собственным сердцебиением.
Чавканье и хруст становились всё громче, все нестерпимей, будто звук не шел от какого-то одного источника, а просачивался сквозь стены. Илья хотел закрыть уши, но не смог пошевелить руками. Он смотрел на экраны, не в силах отвести взгляд. На обоих кадрах холодильник теперь стоял неподвижно, но его голубое свечение стало ярче, и в этом свете лицо начальника СБ, зашедшего на кухню, казалось мертвенно бледным. Неожиданно холодильник на архивной записи приветственно распахнул дверцы и в тот же миг изображение на экране пошло рябью, а затем и вовсе пропало на несколько секунд. Когда изображение снова вернулось на экран, холодильник перестал светится, лишь дверца его была чуть приоткрыта, из-под дверцы вытекала буро-красная тягучая жидкость. По поверхности дверок пробежали чуть заметные трещинки, похожие на венозные капилляры. Через динамики донеслось сытое, довольное гудение агрегата…. Ещё секунда и холодильник будто всосал в себя все следы беспорядка, и снова затаился в полумраке столовой.

Совсем по-другому вел себя холодильник на онлайн трансляции. Перестав дрожать и постукивая уже теперь совершенно отчетливо в ритме сердца Ильи, он светился притягательно-ласковым теплом. Огромное трехдверное лимонно-желтое солнышко в изматывающем холоде промороженного офиса. Илья почувствовал, как нестерпимо тянет его прижаться к агрегату, способному дарить тепло и холод одновременно. Почувствовать, как будут биться в унисон их сердца. Живое человека и механическое машины. В голове настойчивым набатом пульсировала мысль – «Подойди! Подойди! Подойди!». Постепенно ритм набата в голове синхронизируется с ритмом пульса: «Подойди! Сюда... Подойди! Сюда… Подойди…».
Не в силах справиться с зовом, Илья встал и вышел из кабинета IT-службы, находящегося в другом конце коридора. Длинный коридор, едва освещенный тусклыми моргающими лампами дневного света, казался бесконечным. Каждый шаг давался с трудом, будто передвигаться приходилось по зыбучей трясине.  Но странный навязчивый ритм в голове все сильнее и сильнее гнал к заветной цели. «Подойди! Сюда... Подойди! Сюда… Подойди…». Илья шёл, покачиваясь из стороны в сторону. Спотыкаясь, опирался рукой на ледяные стены. Снова шёл, устремив взгляд невидящих глаз туда, куда голубоватым свечением манил его холодильник. Вот уже и дверь столовой. Дверь как будто сама отворилась, стоило только легонько прикоснуться к ней. А там… Сверкая всеми своими поверхностями, широко распахнув дверцы, словно приглашая нырнуть в свои ласковые объятья, стоял ОН. Голубое свечение всё усиливалось. Холод, обжигающий спину, становился нестерпимым, а тепло, идущее из глубины камер агрегата, таким желанным. Еще шаг, и жёлтое НЕЧТО поглотит молодого человека….

В тот момент, когда дверцы холодильника уже были готовы захлопнуться за спиной Ильи, кто-то сильной рукой оттолкнул юношу на пол, и, как это бывает в зрелищных блокбастерах, разрядил обойму пистолета внутрь чудовища. Стрелял туда, где теоретически находится сердце холодильника – в сторону тихонько гудящего мотора, в сторону компрессора, нагнетающего фреон. Раздалось шипение, заглушающее чуть слышный звук, похожий на стон. Газ вырвался из поврежденных медных трубок, окутав помещение столовой розоватым туманом, который, оседая на ледяных стенах, превращался в ярко-алые капли крови….


***
Яркие вспышки в темноте ослепили на мгновение Илью, и поэтому, когда зажёгся свет в столовой, он не сразу разглядел своего спасителя. Перед ним стоял собственной персоной юрист их компании Сергей, одетый в тёплую, не по погоде куртку с дымящимся пистолетом в руке.

– Это начальника безопасности? – сглотнув комок в горле, не найдя лучшей темы для разговора, спросил Илья.
– Его. С утра пока вы были озабочены пропажей продуктов и не сводили глаз с пустых полок, нашел в углу за мусоркой.
– Но как...?
– Я вчера тоже допоздна засиделся в офисе. Нужно было готовить документы для арбитража по должникам. Почему сегодня и завёл разговор про сверхурочные, – усмехнулся юрист, – Потом случилось странное: я почувствовал холод, и услышал странный звук. Выглянув в коридор, увидел нашего безопасника, как под гипнозом идущего в сторону столовой. Я сначала хотел пойти за ним, но что-то в его взгляде очень сильно напугало меня…. А потом громкий крик, хлопок дверцами – скорее всего холодильника, и тишина. Когда я снова выглянул в коридор – все было тихо и спокойно. Непонятная тревога, однако, выгнала меня из офиса. А утром я почти забыл про происшествие ночи, относя его скорее к игре моего конкретно уставшего мозга. А потом нашел пистолет…. В интернете прочитал всю возможную информацию про холодильник. Ну холодильник, как холодильник. Только редкий. Рассказал все тебе и поехал домой. Дома все равно ощущал какое-то тревожащее чувство, решил тряхнуть стариной и сползать в Darknet. А вот там…, – Сергей сделал многозначительное лицо.
– Будешь нагнетать или расскажешь?

– Холодильник этот, как ты заметил, занимает очень много места. Не все советские граждане имели большие кухни, но всё равно втискивали доставшиеся почти даром «не доведенные до ума» агрегаты в свои микрокухни. Втиснуть то втискивали, но заполнить полноценно продуктами не могли. Вот и стояли эти красавцы, генерируя бесполезный холод и тосковали по настоящим продуктам. Родители Нонны Игоревны и правда были первыми покупателями этого холодильника. Их фото на фоне чуда техники даже в газете «Правда» печатали. А потом холодильник сломался. Я бы сказал «умер, не получая питания». Отец Нонны, слесарь, полез разбираться с холодильником и чем-то поранил руку, изрядно окропив кровью его внутренности. Все это произошло на глазах его жены, она же оказала первую помощь. На следующий день отец семейства намеревался продолжить ремонт и… исчез.
– Думаешь…

– Слушай дальше. Семья, лишившись кормильца, решила переехать к родственникам в Свердловск. Недавно умерла теща дядьки Нонны, и освободилась квартира. Переехали со всем скарбом, и холодильник прихватили с собой. Но он традиционно не влез в габариты хрущёвки и был отправлен в загородный дом, где и стоял до последнего времени.
– Мне с моим техническим образованием и материалистическим складом ума трудно поверить, что эта бытовая коробка пожирает людей.
– Может и не пожирал бы, если бы вовремя наполнялся продуктами, а не испытывал полувековой голод.
– А как же отец Нонны Игоревны?
– Он был тем, кто этому новичку, не понявшему еще вкус настоящих продуктов, дал попробовать вкус человеческой крови, а затем и плоти.
– Но у нас в офисе он начал с безобидных продуктов….
– Скорее всего оживал, отходил от долгой спячки. Пробовал что-то ещё. А когда понял, что это всё не идет ни в какое сравнение с человечиной, взялся за старое.
– Но почему ты появился здесь и не подчинился его воле?
– Когда я собрал всю информацию, у меня появилась гипотеза, что этот агрегат каким-то образом управляет людьми через электронные устройства. Вспомнил, что безопасник наш любитель подглядывать за жизнью офиса через систему видеонаблюдения. Соотнеся это с тем, что мы по-разному вели себя вчерашней ночью, и вспомнив, что ты собрался сегодня «повторить его подвиг», я решил вмешаться….
– … И спас меня, – на Илью было жалко смотреть. Он вдруг осознал, что ещё чуть-чуть и его ждала мучительная смерть и неизвестность. Переход в какую-то другую непонятную никому параллельную реальность. – Спасибо тебе.
– Успеешь со «спасибами». Проставишься в пятницу, и будем квиты, – юрист снова сел на любимого конька дешёвых понтов, – Подумай лучше, как ты утром объяснишь весь этот бардак. Расстрелянный холодильник и забрызганную кровью столовую коллектив тебе не простит.
– Что-нибудь придумаю к утру. Сейчас себе бы всё объяснить и не сойти с ума.

– Кстати, как ты думаешь, должна ли была охрана офиса среагировать на выстрелы?
Товарищи бросились в кабинет IT-службы. Видеокамера в комнате охраны передавала репортаж с чемпионата по безмятежному сну. Оба охранника развалившись – один в мягком кресле перед мониторами, другой на диванчике в углу кабинета – мирно посапывали, полностью игнорируя окружающий их мир.

– Пошли и мы по домам. Я на машине. Давай подвезу, – Сергей снял наконец бесполезную в жару куртку, и коллеги покинули офис.


***
На следующее утро Илья, решил прийти пораньше. Надеялся ли как-то скрыть следы ночной битвы или думал на месте придумать оправдание произошедшему – он и сам не знал. Но к его приходу офис уже не был пуст.

Нонна Игоревна встретила айтишника недовольным гудением:
– Ну и где твое дежурство? Холодильник снова пуст, да к тому же ещё и не работает. Честно говоря – и хорошо, что не работает, а то стоял, глаза мозолил. Пора ему на свалку.

Удивлённый спокойствием главбуха, Илья почти бегом залетел в столовую. Никаких последствий вчерашнего побоища. Открыл дверцы холодильника – следов от пуль тоже нет. Пощупал на всякий случай рукой. Холодный ровный белый пластик. «Что за чертовщина?!» – выругался про себя. С силой захлопнул дверцу холодильника, приклеил на место листок с надписью «Холодильник не работает». И вышел из кабинета.

Лимонно-желтый агрегат тихонько мигнул ему вслед лампочкой индикации включения.