Время Знаменских

Почти сто лет назад герой «Золотого теленка» Остап Бендер выдвигал такой лозунг: «Ударим автопробегом по бездорожью и разгильдяйству». Автопробег - не выдумка авторов романа. «В основу сюжета легли сразу несколько масштабных советских автопробегов конца 1920-х и начала 1930-х годов. Например, Всесоюзный испытательный пробег 1925 года по маршруту Ленинград — Москва — Тифлис (Тбилиси).» В наши дни ударить автопробегом сложно. Бензин в дефиците.

Прежние годы, когда с бензином проблем не было, дочка возила свою дочку, нашу внучку, в соседний поселок в школу на своей машине. А теперь из-за напряженки с бензином ребенок пересел на автобус. Одновременно и автобус стал ходить реже. Городское автохозяйство тоже бензин экономит. А как ездить, когда пойдут осенние дожди, начнутся холода?

Слышу, как жена по телефону утешает дочку.

-   Ничего страшного. Вспомни, ты ведь тоже пешком в школу ходила.  С первого по последний класс. И школа была не близко.

Я вспоминаю. Да, от места где мы жили, когда дочка ходила в школу, до школы было минут двадцать ходу. Можно и автобусом. Но полагаться на него опасно. Никакой гарантии, что придет вовремя. 

- А я так тем более ходила, и еще дальше, -  жена копнула более давние времена, - И мои брат с сестрой, твои дядя Миша и тетя Зоя, тоже ходили как миленькие. И не развалились.

Слушаю жену и вспоминаю, что и я ходил в школу пешком. Всегда. А я жил не в поселке, в городе. Но школа стояла в стороне от автобусных маршрутов. Даже не припомню, а как я добирался до школы, когда шел дождь. А ведь зонта, это уж точно, у меня не было.  Зонт относился не то чтобы к предметам роскоши, но ребенку не полагался. И ничего. Всю школу отходил без зонта, и тем не менее учился на хорошо и отлично. И на тренировки бегал.

И в студенческие годы не было у меня никакого зонта.  Девчонки наши уже обзавелись японскими зонтами. Принцессы. А мы, как пролетарии. Добежишь под дождем быстренько от общаги до метро. Вынырнешь из метро и ждешь автобуса. Вот он подошел. В нем пассажиры, как сельди в бочке, и все мокрые. Автобус останавливается прямо у входа в институт. Вот в институте начинаешь высыхать.  Я уж не говорю о тех днях, когда Москву обволакивали холода. Меня, южанина, не закаленного, не радовало. Пока ждешь автобуса пальцы рук и ног сведет. Но ни о каком личном транспорте даже мыслей не было.

Слушая, как жена беседует с дочкой, вспомнил я братьев Знаменских. И подумал, что, вероятно, наступает время Знаменских, время, когда закаленных.  Время, когда сама жизнь велит: закаляйся, как сталь. Может быть в наши годы телесной расслабухи имена Знаменских забыты. Интернет ответит, как они стали знаменитыми спортсменами.

«Георгий и Серафим Знаменские — это легендарные советские легкоатлеты-бегуны 1930-х годов, чьи имена стали символом отечественного спорта.  Занимались бегом на средние и длинные дистанции (стайеры). Многократные чемпионы и рекордсмены СССР, авторы неофициальных мировых рекордов. Братья начали серьезно заниматься легкой атлетикой только в возрасте около 20–25 лет, работая на заводе. В 1931 году Георгий и Серафим устраиваются на завод «Серп и Молот» в Москве. Не найдя жилья, поселились  на станции Никольское (ныне — Балашиха). Жили они на чердаке у знакомой старушки. Даже зимой они оставались жить на чердаке и ходили без пальто. На работу они часто добирались бегом, ели только чёрный хлеб. Летом 1932 года рабочие завода сдавали нормативы ГТО и братья пробежали настолько быстро, что судьи не поверили секундомерам.»
 
Вот так!!! Жили на чердаке, ходили без пальто, ели только черный хлеб, на работу – бегом. Самое время, ну и что, что прошло сто лет, на фоне дефицита бензина нам растить новых Знаменских. «Не страшны дурные вести. Начинайте бег на месте, в выигрыше даже начинающий.»