Нирманакайя, из сочинений Е. П. Блаватской

«Нирманакайя (санскр.) Нечто совершенно отличное в эзотерической философии от популярного значения, придаваемого этому понятию, и от фантазий востоковедов. Некоторые называют тело нирманакайи «нирваной с остатком» (Schlagintweit), предполагая, вероятно, что это своего рода нирваническое состояние, во время которого сохраняются сознание и форма. Другие говорят, что это одно из трикайи (трех тел), обладающее «способностью принимать любой облик для распространения буддизма» (идея Эйтеля); опять же, что «это воплощенная аватара божества» (там же). Оккультизм, с другой стороны, утверждает («Голос безмолвия»), что нирманакайя, хотя и означает буквально преображённое «тело», является состоянием. Это форма адепта или йога, который входит в это посмертное состояние или выбирает его, предпочитая дхармакайе или абсолютному состоянию нирваны. Он делает это потому, что последняя кайя навсегда отделяет его от мира форм, даруя ему состояние эгоистического блаженства, в котором не может участвовать ни одно другое живое существо, и адепт, таким образом, лишается возможности помогать человечеству или даже дэвам. Однако, как нирманакайя, адепт оставляет только свое физическое тело и сохраняет все остальные «принципы», кроме принципа камы, поскольку он навсегда вытеснил его из своей природы при жизни, и он никогда не сможет возродиться в его посмертном состоянии. Таким образом, вместо того, чтобы погрузиться в эгоистичное блаженство, он выбирает жизнь, полную самопожертвования, жизнь, которая заканчивается только с завершением жизненного цикла, чтобы иметь возможность помогать человечеству невидимым, но наиболее эффективным образом. (См. «Голос безмолвия», третий трактат, «Семь врат».) Таким образом, нирманакайя - это не тело, «в котором будда или бодхисаттва появляется на земле», как принято считать, а тот, кто, будь то тулку или хубилган, адепт или йог при жизни с тех пор становится членом того невидимого воинства, которое всегда охраняет человечество и наблюдает за ним в пределах кармических ограничений. Часто ошибочно принимаемый за «духа», дэву, самого Бога и т.д., нирманакайя всегда является охраняющим, сострадательным, поистине ангелом-хранителем для того, кто достоин его помощи. Какие бы возражения ни выдвигались против этой доктрины, как бы резко ее ни отрицали, потому что, несомненно, она никогда до сих пор не была обнародована в Европе, и, следовательно, раз она не известна востоковедам, то непременно должна быть «новоиспеченным мифом», – ни у кого не хватит смелости сказать что эта идея помощи страдающему человечеству ценой собственного почти бесконечного самопожертвования не является одной из самых грандиозных и благородных, которые когда-либо возникали в человеческом мозгу».
(«Ключ к теософии», словарь)

«В Шветашватара-упанишаде (357) сиддхами называются те, кто от рождения обладают «сверхчеловеческими» способностями, так же, как и «знанием и равнодушием к миру сему». Однако, согласно оккультным учениям, сиддхи суть нирманакайи или же «духи» (в смысле индивидуального или сознательного духа) великих мудрецов из сфер на более высоком плане, нежели наш земной, которые добровольно воплощаются в смертные тела, чтобы помочь человеческой расе в её восходящем продвижении. Отсюда их врождённое знание, мудрость и способности».
(«Тайная доктрина», том 2, стр. 636, сноска)

«В то же время, на оккультном языке «маруты» есть одно из имён, даваемых тем эго великих адептов, которые вышли за пределы земные и известны так же, как нирманакайя; тем эго, для которых (раз они находятся вне иллюзии) нет дэвачана, кто, или добровольно отказался от нирваны, ради блага человечества, или, как ещё не достигшие её, остаются невидимыми на земле».
(«Тайная доктрина», том 2, стр. 615)

«В таких воплощениях заключена великая тайна, и они выходят за пределы общего цикла перевоплощений. Перевоплощения можно разделить на три класса: божественные воплощения, называемые аватарами; воплощения тех адептов, которые отказываются от нирваны ради помощи человечеству, т. е. нирманакаи; и естественная последовательность перевоплощений для всех, т. е. общий закон».
(«Тайная доктрина», том 3, стр. 364)

«Что касается добровольных и сознательных воплощений адептов, то они бывают двух типов — воплощения нирманакаев и воплощения, принимаемые чела, находящимися на испытании».
(«Тайная доктрина», том 3, стр. 365)

"И все же интуитивный оккультист, который досконально изучил тайны нирваны, который знает, что она тождественна Парабрахману и, следовательно, неизменна, вечна и есть не что иное, как абсолютное Всё, ухватится за возможность этого факта. Они знают, что, хотя о дхармакайе (нирвани «без остатка», как перевели это слово наши востоковеды, когда человек погружается в это Ничто, которое является единственным реальным, будучи абсолютным сознанием) нельзя сказать, что он возвращается к воплощению на Земле, поскольку нирвани больше не он, она или я, и даже не оно; это может делать нирманакайя, или тот, кто достиг нирваны «с остатком», то есть кто облачен в тонкое тело, которое делает его невосприимчивым ко всем внешним впечатлениям и ко всем ментальным ощущениям, и в ком представление о своем эго не исчезло полностью.
Опять же, каждый восточный оккультист осознает тот факт, что нирманакайи бывают двух видов — естественные и допускаемые; что первый - это название или эпитет, данный состоянию высокого аскета или посвященного, достигшего стадии блаженства, второго после нирваны; в то время как второй означает самопожертвование того, кто добровольно отказывается от абсолютной нирваны, чтобы помогать человечеству и продолжать приносить ему пользу, или, другими словами, спасать своих собратьев, направляя их".
(«Тайная доктрина», том 3, стр. 366)

«И как может отшельник заниматься благотворительностью или трудолюбием, если он убегает от людей? Бодхисаттвы, которые, выполнив все условия состояния будды, имеют право немедленно войти в нирвану, однако предпочитают вместо этого, из безграничной жалости к страдающему невежественному миру, отказаться от этого состояния блаженства и стать нирманакаями. Они облачаются в самбхогакайю (невидимое тело), чтобы спасти человечество, т.е. жить разумной жизнью после смерти и безмерно страдать при виде человеческих страданий (большинство из которых, будучи кармическими, они не в состоянии облегчить), ради возможности вдохновить некоторых желанием узнать истину и таким образом спастись самим. (Кстати, все, что Шлагинтвейт и другие писали о теле нирманакайи, ошибочно.) Таков истинный смысл учения Махаяны. «Я верю, что не все будды уходлят в нирвану», – говорит, среди прочего, последователь школы Махаяны в своем обращении к «буддам или будхисаттвам», имея в виду это тайное учение».
(«Улучшение мира или освобождение мира»; «Теософские статьи Е. П. Блаватской», том 1, стр. 452-453)

«Ибо нас учат, что те духовные существа, которые могут принимать форму по своему желанию и появляться, то есть становиться объективными и даже осязаемыми, – это только ангелы (дхьян-чоханы) и нирманакайи адептов, чьи духи облачены в возвышенную материю…
Нирманакайя - это название, данное астральным формам (в их полноте) адептов, которые слишком высоко продвинулись на пути знания и абсолютной истины, чтобы войти в состояние дэвачана; и, с другой стороны, сознательно отказались от блаженства нирваны, чтобы помогать человечеству, незримо направляя и помогая на том же пути продвижения избранным людям. Но эти астралы - не пустые оболочки, а полноценные монады, созданные на основе 3-го, 4-го, 5-го, 6-го и 7-го принципов. Однако существует еще один ранг нирманакайев, о котором много будет сказано в «Тайной доктрине».
(«Реинкарнация и духи»; «Теософские статьи Е. П. Блаватской», том 2, стр. 284)
«Большинство из нас верит в жизнь после смерти духовного эго, планетарных духов и нирманакай, тех великих адептов прошлых эпох, которые, отказавшись от своего права на нирвану, остаются в наших сферах бытия не как «духи», а как полноценные духовные человеческие существа. За исключением своей телесной, видимой оболочки, которую они оставляют, они остаются такими, какими были, чтобы помогать бедному человечеству, насколько это возможно, не нарушая закона кармы. Это воистину «великое отречение»; непрерывное, сознательное самопожертвование на протяжении эонов и эпох до того дня, пока глаза слепого человечества не откроются и вместо немногих все увидят вселенскую истину. Эти существа вполне можно было бы считать богом или богами, если бы они позволили искре в наших сердцах при мысли о столь чистом жертвоприношении разгореться в огонь поклонения или воздвигнуть даже самый маленький алтарь в их честь. Но они не позволят. Ибо «сокровенное сердце — храм истинной преданности», а всё иное в данном случае было бы не более чем мирской показухой».
(«Корни ритуализма в церкви и масонстве»; «Теософские статьи Е. П. Блаватской», том 3, стр. 204)

145. Облекаться в смиренные одежды нирманакаи означает отдалить вечное блаженство для себя, дабы содействовать спасению человека. Достичь блаженства нирваны и отречься от него — это последний шаг, высочайший на пути отречения.
306. «Истинно, на Пути Арьев ты — более не сротапатти, ты — бодхисатва. Поток перейдён. Воистину ты получил право на облачение дхармакаи; но самбхогакая более велик, нежели нирвани, и ещё более велик нирманакая — будда Сострадания».
Сноска: То же самое народное представление почтительно называет «буддами Сострадания» тех бодхисатв, которые, достигнув уровня архата (то есть преодолев четвёртый или седьмой Путь), отказываются войти в нирвану или «надеть одежду дхармакая и ступить на другой берег», поскольку потом они уже не смогут помочь человечеству даже в том малом, что позволяет карма. Они предпочитают незримо (или духовно) оставаться в нашем мире, чтобы содействовать спасению людей, побуждая их следовать Благому Закону (т.е. наставляя их на праведный Путь). Составной частью экзотерической системы северного буддизма является почитание всех этих великих святых и даже обращение к ним с молитвами, подобно православным и католикам, почитающим своих святых покровителей. Но, с другой стороны, эзотерическое учение не одобряет подобных вещей. Между этими двумя доктринами существует, таким образом, огромная разница. Экзотерический мирянин едва ли догадывается об истинном значении слова нирманакая, отсюда путаница и неадекватные истолкования этого термина европейскими востоковедами. Так, например, Шлагинтвейт полагает, что нирманакая — это физическая форма, принимаемая буддами для воплощения на земле, «наименее возвышенное из их земных облачений» (см. «Буддизм в Тибете»); и отсюда — совершенно неправильные выводы, которые он делает на сей счет. Подлинное содержание учения таково: Три тела, или формы, будды имеют следующие названия: 1. Нирманакая. 2. Самбхогакая. 3. Дхармакая. Первое представляет собой эфирную форму, которую приобретает человек, оставивший физическую оболочку, но продолжающий проявляться в своём астральном теле; только в нашем случае к ней следует добавить ещё знание Адепта. Бодхисатва развивает её в себе в процессе продвижения по Пути. Достигнув цели и отказавшись воспользоваться плодами своей победы, он остаётся Адептом на земле; а когда умирает, вместо того чтобы вступить в нирвану, он продолжает существовать в лучистом теле, которое он сам для себя соткал, и, невидимый для непосвящённого человечества, охраняет и оберегает его. Самбхогакая — по сути дела, то же самое, только с добавлением сияния «трёх совершенств», одним из которых является забвение всех земных привязанностей. Тело дхармакаи принадлежит совершенному будде. Таким образом, это даже не тело, но идеальное дыхание: сознание, растворённое в Мировом Сознании, или Душа, свободная от всех признаков. Войдя в дхармакаю, Адепт, или будда, оставляет позади все свои контакты с нашей землей и даже самые мысли о ней. Поэтому для того чтобы сохранить способность помогать человечеству, Адепт, имеющий полное право на нирвану, «отказывается от тела дхармакаи» (говоря мистическим языком) и остаётся в теле нирманакаи, оставляя от самбхогакаи только великое и совершенное знание. Эзотерическая школа утверждает, что Гаутама Будда и некоторые его Архаты пребывают в том состоянии нирманакаи, выше которого, принимая во внимание великое самоотречение и самопожертвование во имя человечества, мы ничего не знаем.
(«Голос безмолвия»)

ЕПБ пишет Джаджу в 1886 году:
«Дело в том, что вы не осознаёте ту значительную трансформацию, которая произошла с вами несколько лет назад. У других людей астральное тело иногда меняется и замещается астральным телом Адептов (или элементариев), что влияет на внешнее проявление и высшее «я». В вашем же случае с астральным телом сливается именно НИРМАНАКАЙЯ, а не «астрал». Отсюда и возникает двойственная природа, и идёт внутренняя борьба».

И другом письме она пишет:
«Это значит, что без вашего согласия вы вынудите меня вести несчастную жизнь и принять несчастную смерть с мыслью о том, что теософия прекратила своё существование. Я не смогу в течение нескольких лет способствовать её развитию и влиять на её ход, так как мне придётся действовать в теле, которое должно быть приведено в соответствие с нирманакайей; ведь даже в оккультизме бывают неудачи, задержки и несоответствия».
(Мейкот, 15 сентября 1887г.)