В шахтёрском краю, глава 5

  Зоя Воронина.

                В шахтёрском краю
                глава5
  В этот год погода с наступлением зимы в Прокопьевске, сильно подкачала. Снег выпал ещё в начале ноября. И ни чего тут удивительного не было, в наших краях это нормально. Морозы были не большие. Погода словно ждала, когда же переедут молодые строители города Прокопьевска в новый дом. А когда они перебрались в новое жильё, перед самым Новым годом, она словно с цепи сорвались. Закружили метели, замели вьюги. Не проходило и дня, что бы не было пурги или хорошего бурана. Мороз был, конечно, но не большой. Зато снег сыпал и сыпал, а ветер такой дул, что с ног валило.
  Валентина была женщиной не большого роста, а вес у неё вообще, как у барана, сорок семь килограмм. Хотя она и надевала на себя телогрейку, а под неё ещё и меховую безрукавку, всё равно вес не сильно-то и увеличивался.
  Однажды разыгрался такой буран с утра, что дыхание перехватывало и рот нельзя открыть было. А если откроешь, в тот же миг прилетит прямо в открытый рот хорошая горсть снега. Валентина еле шла пешком на служебный автобус. На трамвае доехала только до поворота к Институтской улице, туда, где прежде жили приехавшие на стройку молодые люди, и он встал. Дальше идти не мог, трамвайные пути снегом занесло. Хорошо, что Валентина почти доехала до нужной остановки. Трамваи в этом месте стояли все, как вкопанные и их заносило быстро снегом. Некоторые, что раньше подъехали, стояли уже по самые окна снегом занесённые, ждали, когда же приедет подмога и их откопают.
  Дом, на котором Валентина начинала свою трудовую деятельность штукатуром-маляром, сдали в эксплуатацию. Штукатуров и остальных строителей перенесли на Красную горку. Там построили кирпичный пятиэтажный дом для общества слепых и инвалидов. Вот этот дом и надо было штукатурить и красить. Служебный автобус забирал рабочих от нового детского сада, на котором тоже штукатурные работы были выполнены. Детский сад стоял недалеко от нового дома, в низине, а сам тот дом — на верху. На Красную горку Валентина поедет впервые. До этого она только слышала, что есть такое место в городе. Это посёлок в городе носит такое название. Автобус стоял около детского сада и ждал, когда соберутся все рабочие. Идти к этому автобусу надо было с горки, потому, как местность такая была, то горка, то низина. Только Валентина начала спуск, как набежал шквал ветра такой, что Валентина не удержалась на месте, её подхватило ветром, как пёрышко и понесло куда-то вперёд. Не успела она опомниться, как девушку тихо опустило перед самыми передними колёсами служебного автобуса. Валентина подняла глаза вверх. Шофёр  служебного автобуса сидел в кабине, смотрел на то, как она приземлялась и улыбался.
  Валентина было неудобно перед незнакомым человеком. Но она поднялась, отряхнула с себя снег, сделала невинное лицо и пошла к передней двери, как ни в чём не бывало. В автобусе уже сидели почти все рабочие. Они встретили девушку с улыбкой. Через минут пять, автобус вёз рабочих на Красную горку.
  Штукатуры-маляры в этот день задержались немного с работой. Они ждали, когда им привезут их рабочий инструмент и раствор. Все сидели в раскомандировке, там уже были установлены длинный стол и скамейки, и играли в любимую игру строителей — карты.
  Валентина, от нечего делать, следила за их игрой. Она не любила играть в карты, но ворожить на них вполне могла. Ворожба — это не игра. Тут самое главное, что бы язык подвешен был хорошо, а наврать можно было, что угодно и что самое странное, сбывалось это враньё. А ворожить девушку научила её мать. Валентине часто бывало приходилось брать в руки карты после того, как подруги узнали про её умение. Всем не терпелось узнать, что же их ждёт впереди.
  Валентина, где приврёт, где правду скажет, лишь бы подругу не обидеть и не наговорить что-то лишнее. А в данный момент она была простым зрителем или по простому, болельщиком. Молодые рабочие тоже играли в своём кругу между собой. Только это занятие длилось не долго.
  Пришла первая машина, привезла дополнительные скамейки, электрического козла, их рабочий инструмент и железные печи для отопления всего помещения, где рабочие станут штукатурить. Ведь на дворе зима, а дом к отоплению ещё не подключили, а как штукатурить станешь при морозе таком, даже если он и не большой?
  Валентина заметила такую особенность сибирской зимы, перед тем, как начаться метели или бурану, всегда мороз ослабевает и ртутный столбик поднимается. Даже при простом снегопаде температура воздуха небольшая.
  Штукатуры быстро убрали карты и дружно принялись за работу. Они первым делом расставили железные печи по этажам, установили их, а трубы вывели в форточки. Валентина и её подруга Валя сбегали вниз за дровами и углём, затопили печи. Пока возились с железными печами, привезли раствор. Шофёр долго объяснял, что еле пробился сквозь буран и снегопад.
  В такую погоду обычно по городу, особенно по центральным улицам, часто ходят бульдозеры, разгребая снег, очищая дороги. В эту зиму, например, один бульдозерист не заметил из-за сильного бурана человека. Он брёл по проезжей части дороги, прижавшись к обочине и низко наклонив голову. Бульдозер загрёб его вместе со снегом. Человек, пока его раскопали от снега, успел задохнуться.
  Рядом с жилым домом, куда привезли штукатуров, стоял завод, в котором трудились слепые и слабовидящие. Валентина еще ни раз не встречалась с такими людьми и ей было очень интересно взглянуть хоть одним глазком, посмотреть, как они могут работать, если плохо видят. Ведь любую работу сложно выполнять даже с нормальным зрением, а тут слабовидящие. Она всё размышляла на эту тему про себе и наконец, не выдержала, подошла к Вале в перерыве, поделилась своими соображениями.
-А знаешь, мне и самой интересно на это посмотреть! - сказала подруга её. - Пойдём в обед на экскурсию туда. Я думаю, нас не выгонят, ведь мы для них дом отделываем. Ты со мной согласна? Пойдём чуть раньше, ведь у них тоже обед начинается в это время и мы не успеем ни чего посмотреть.
-Согласна. Отпросимся у звеньевой на полчаса раньше, объясним, для чего это нам нужно. Она нас поймёт. А если понадобиться, то отработаем, сколько надо в обед.
  И девчата подошли к звеньевой и обратились к ней.
-Пожалуйста, отпустите нас вдвоём чуть раньше на обед. Мы хотели бы сходить на завод к слепым, посмотреть, чем они там занимаются, как работают, ведь они слабовидящие. Нам это надо, понимаете? Мы отработаем, не бойтесь.
-А я и не боюсь. Всё равно весь раствор выработали, а новый ещё не привезли, работы пока нет. Можете сходить прямо сейчас, но не надолго. Потом некогда станет.
-Спасибо, мы быстро, только посмотрим и назад!
-Ладно, бегите уж, неугомонные вы мои. - махнула звеньевая рукой.
  Девчата, не смотря на буран, побежали на завод к слабовидящим людям. Они без особого труда проникли в первый  цех, который им попался на пути. Только у входа их остановил мастер.
-Девушки, вы откуда и куда? - поинтересовался он.
-Мы пришли к вам со стройке. Для вас дом штукатурим. Штукатуры мы. - ответила Валентина. - мы ни раз не видели, как работают люди со слабым зрением. Ведь они с трудом видят!
-И что? Они же ведь тоже хотят видеть себя полноценными и нужными людьми. Вот и пошли им навстречу, нашли такой труд, где они легко могут справиться даже с закрытыми глазами. Они у нас не только умеют трудиться, но многие из них прекрасно поют и даже танцуют.
-Что поют, я не сомневаюсь в этом, а на счёт танцев верится с трудом.
-Вы что думаете, я вас стану обманывать? О! Наши рабочие и не на такое способны. Пойдёмте, я вас по цеху проведу, познакомлю с их трудовой деятельностью. Совсем не много осталось до Нового года и у нас будет праздничный вечер. Приходите, посмотрите на наших артистов. Они всё покажут в лучшем виде и песни, и танцы, и разговорный жанр. Интересно, откуда такое любопытство у простых штукатуров? Вы, девушки, меня наверное обманываете? Откуда вы, если не секрет? Вот вы например. - и мастер указал на Валентину.
-Ни какого секрета тут нет. Я приехала сюда из Мариинска на комсомольскую стройку. И такого завода, как ваш, у нас там не было. Общество слепых есть, а завода такого нет. Я слышала, что их учат читать пальцами, что есть специальные книги для них, но что бы на заводе работали слепые, такого я не видела и не слышала!
-Но общество же существует для слепых!
-Общество есть, а такого предприятия точно нет.
  Они шли по цеху и разговаривали. Валентина успевала одновременно вертеть головой то налево, то направо. Ей было очень интересно и хотелось увидеть больше. Трудились в этом цеху мужчины и женщины. Из под их рук выходили провода к электроприборам, в основном, к утюгам и удлинители. Некоторые рабочие пели и очень неплохо. Одна молодая женщина исполняла арию из оперы «Кармэн». Слов Валентина разобрать не смогла, но это так получалось красиво, словно настоящая певица пела что-то про любовь. Валентина даже остановилась, что бы послушать это чудесное пение.
-У нас сейчас обед начинается, пойдёмте с нами в нашу столовую обедать.
-Мы не взяли с собой деньги и у начальства отпросились не надолго.
-Да вы не переживайте по поводу денег. Я вас угощаю. А начальство вас ругать не станет, ведь перерыв на обед есть и у вас. Вы ведь не прогуливаете, пообедаете и вернётесь на рабочие места.
  Тут в разговор вступила до сих пор молчавшая Валя:
-Конечно, мы согласны! Немного задержимся, только и всего. Поедим и сразу же побежим к себе на работу. Ни кто даже не заметит нашего отсутствия.
  Валентина не стала упрямиться, тем более, что ей тоже очень хотелось есть. Столовая у них была рядом с цехом. Рабочие сами брали подносы с едой и несли их на столы. Короче, они всё делали, как нормальные люди и даже лучше. Глядя на них, не подумаешь, что они плохо видят. «Вот тебе и слепые!» - подумала Валентина.
  Вернулись они к себе после сытного обеда. Мастер цеха не пожалел денег на то, что бы накормить девчат до сыта и на десерт чем-то вкусненьким. Парень он был ещё молодым и, возможно, холостой. А девчата-то были очень симпатичными, потому видно, хотел себя показать. Он взял им к чаю по два пирожных, кроме щей и котлет с картофельным гарниром. Провожая, он сказал им:
-Хорошие вы, девчата. Приходите к нам в столовую обедать всегда. Мы будем всегда рады видеть вас.
-Зайдём как-нибудь. - пообещала Валентина. Но больше девчата ни когда не приходили на этот завод к слабовидящем людям. Во-первых, работы у них было всегда очень много. А после работы тоже не пойдёшь, рабочих уже ждал служебный автобус и девчата спешили занять лучшие места в нём, что бы с комфортом добраться до конечной остановки. Во-вторых, просто было неловко перед теми людьми, что трудились на этом предприятии. Но с мастером этого цеха всё же два Валентины встретились чуть позже. Об этой встречи расскажу потом, а сейчас шла полным ходом подготовка к Новому году.

  Молодёжь организовала агитбригаду ещё в общежитии на Институтской улице. И подготавливаться к встречи Нового года начали ещё там, а когда перебрались в новый дом, то затею эту не бросили, а наоборот, усилили подготовку к празднику. Вечерами, когда все вернутся с работы и приготовят себе еду, приходили на репетицию концерта. Валентина с Андреем так же приходили в красный уголок, который находился на первом этаже в третьем подъезде. Под красный уголок выделили целую квартиру в центре подъезда.
  Самодеятельные артисты готовили танцы, пели русские народные и современные песни и даже инсценировки из жизни молодёжи. И в канун Нового года провели генеральную репетицию, пробный концерт, так сказать. Он был ещё не совсем подготовлен, но молодые зрители приняли его на «ура». Не смотря на то, что номера концерта находились в работе ещё, все были вполне довольны им. Возвращались домой и по дороге обсуждали каждый номер концерта и его исполнителя.
  Сам праздник Валентина отмечать ни где не собиралась, решила подготовить праздничный ужин и посидеть с сыном вдвоём за столом. Тем более, что идти-то ей некуда было. Её брат, Александр, вместе с женой и ребёнком поехали в Новокузнецк к бабушки Ирины, его жены. Бабушка эта жила в соседнем городе вместе с мужем. Ирина звала и Валентину с собой, но она не согласилась.
  У бабушки там была однокомнатная квартира в центре города, не далеко от вокзала. Им самим в квартире той места мало, так думала Валентина, а тут мы целой оравой нагрянем к ним. Где мы там все разместимся? Куда она нас всех уложит спать? Так размышляла Валентина, потому и отказалась от поездки к бабушке Ирины.
  Борис, знакомый Валентины, тоже уехал на праздники в Мариинск.
  Тридцать первого числа погода совсем с ума сошла. С утра ветер был ещё нормальным, но к вечеру погода решила испортить весь праздник, ветер усилился до штормового. Даже лампочки в новом доме стали мигать, предупреждая жильцов о том, что может в любую минуту отключиться и под любым предлогом. Валентина с тревогой поглядывала на лампочку и решила есть с сыном за праздничный стол чуть раньше. Только они поели, как к ним в дверь настойчиво стали стучать. Звонок почему-то не работал, а может, просто кто стучал, не хотел им попользоваться. Валентина открыла дверь. На площадке, у дверей стояли Титовы, Нина и Сергей. Они решили пригласить Валентину в гости.
-Привет! - начал весело Сергей. - Приходи к нам ближе к двенадцати часам ночи, будем вместе Новый год встречать. Мы решили все вместе, кто жил на Институтской улице, отмечать этот праздник у нас в квартире. Все придут, кто с нами делил эту нужду. Вот мы зашли тебя предупредить об этом.
-Я ведь не одна. Куда я сына дену?
-С собой его бери. Пусть приобщается к взрослой жизни. Ему это пригодится потом.
-Ну, не знаю, возможно, придём вместе с сыном.
-Приходите, будем ждать вас с нетерпением. Можете раньше прийти, станете помогать нам готовить что-нибудь к столу. Справим что-то под вид праздника и новоселья.
  В это время лампочка под потолком мигнула в последний раз и погасла. По всему новому дому, где поселились молодые строители, разлилась густая темнота. И посмотреть на соседние дома, что бы выяснить, есть ли свет у них, не было возможности, их новый дом был самый крайним. Сергей стал руками ловить свою жену.
-Не вижу, где ты, моя радость?
-Здесь я. Где же мне ещё быть? Пошли потихоньку домой. Держись за меня.
  У Сергея было слабое зрение при свете, он всегда был в очках, а когда их снимал, то вообще плохо видел. А в темноте и вообще ослеп. Они потихонечку добрели до своей квартиры. Она у них была на втором этаже, прямо над квартирой Валентины. Девушка стояла у приоткрытой двери и прекрасно слышала их их удаляющие шаги. Андрей позвал её:
-Мама, ты где? Ни чего не видно, как в могиле темно.
-Здесь я, сынок. Сейчас глаза привыкнут к темноте, станет лучше. А там, может, и свет загорится. Праздник всё же через несколько часов наступит. Люди все ждут этого момента, когда за столы садиться надо, отмечать наступление Нового года.
-Кто к нам приходил? Я, вроде, голос дяди Серёжи и его жены слышал.
-Они и были. Нас с тобой в гости приглашали, Новый год отмечать.
-Хороший праздник без света будет.
-Подождём, может, дадут свет. Ведь прекрасно понимают, что праздник на носу! А какой же это праздник, если не будет света?
-Мама, я на кровать лягу, там лежать стану и свет подожду.
-Лежи, сынок, лежи и ни чего не бойся.
-А ты не уйдёшь без меня к дяде Серёжи?
-Да что ты такое говоришь? Господь с тобой! Конечно же, ни куда без тебя не пойду. Можешь не сомневаться.
-Спасибо, мамочка.
  И спустя ещё немного времени он сладко засопел, так и не дождавшись света. Ближе к двенадцати часам, со второго этажа вновь спустился Сергей, на этот раз один, без жены. Он постучал тихонько в дверь.
-Валентина, ты идёшь к нам или нет? Все уже собрались, не хватает только тебя. Новый год скоро.
-Нет, я не пойду. У меня сын заснул и я ему обещала, что буду рядом с ним, ни куда не пойду, его не брошу одного. А вдруг, он проснётся? Света нет, а он в темноте боится оставаться. Нет, не пойду, уж извините.
-Пусть спит, а ты с нами немного посидишь.
-Нет, я слово ребёнку дала. Вдруг, он проснётся, испугается в темноте, станет кричать. Нет, празднуйте без меня. Я не стану нарушать своего слова.
-Ну ты и не нормальная! Ребёнок ведь не маленький и спит крепко. Он, может, так и до утра спать станет и ты с ним рядом сидеть намерена? Пошли в нам, у нас и без света очень весело, праздник ведь!
-Прости, Сергей, но не могу я бросить ребёнка одного. Пусть праздник и что? Раз дал слово, его выполнять нужно, иначе потом мне сын доверять перестанет и моему слову больше не станет верить. Приношу свои извинения перед всеми, передай это им всем, они меня должны понять.
  Так Сергей и ушёл ни с чем. Свет в этот год дали только на другой день и то ближе к вечеру. Света не было и в соседних домах в это время. Так что и они отмечали новогодний праздник при свечах, в интимной обстановке. Приготовить даже новогоднее угощение было не на чем, печи-то у всех были электрические. А свет отключился потому, что на подстанции трансформатор был старый и его надо было срочно меня, но не успели. Решили заменить его уже в новом году. Так и получилось. Обмен прошёл в новом году, а многие жильцы в новогоднюю ночь сидели без света и нормально приготовить праздничный стол не могли. Утешало только жильцов нового дома то, что не одни они сидели без света в эту новогоднюю ночь. Ещё хорошо, что воду не отключили. Конечно, неудобно праздновать в потёмках, но что поделаешь, коли произошла авария.

  После новогоднего праздника вернулись в Прокопьевск Борис с Сергеем. Борис тоже трудился на стройке, только сантехником там был. Бригада сантехников подключала всё оборудование, какое полагалось в новых домах по сантехнике. Иногда их пути с Валентиной пересекались. Когда их бригада приезжала на дом, где трудились штукатуры-маляры, они виделись. Но Валентина делала вид, что его совсем не знает, хотя он всё время с ней здоровался первым. А когда Валя поинтересовалась:
-Кто этот молодой и симпатичный очень человек, что с тобой здоровается постоянно?
Валентина только плечами пожала:
-Понятия не имею. Знаю только, что в нашем подъезде поселился, вот и всё что мне известно о нём.
  Борис несколько раз пытался к ней подойти и завести разговор, но у неё находилось срочное дело какое-нибудь в другом месте и она уходила.
-Слушай, подруга, - не выдержала Валя, - по-моему, ты его просто избегаешь. Тебе что, парень не нравится? У меня сложилось мнение, что он тебе хорошо знаком, но ты не желаешь с ним общаться. Почему?
-Почти, угадала. Я не желаю с ним иметь ни чего общего. И очено прошу тебя, не говори ни когда мне о нём ни чего. Я даже не хочу с ним рядом находиться, потому ухожу всегда, когда он ко мне подходит только.
-Я это заметила. Чем же тебе он не понравился? Мужик, вроде, нормальный.
-Хороший он когда только спит зубами к стенке. И хватит о нём!
  Борис понял, что так ни каких результатов не добьёшься, решил действовать иначе. Вечерами, ближе к девяти часам, он стал звонить в дверь к Валентине в квартиру, а если ему не открывали, начинал стучать кулаком. Мало того, что он звонил и стучал в дверь, он ещё и орал при этом:
Валентина, открой! Ты же видишь, что я пропадаю без тебя. Я люблю тебя, слышишь?!
  Надоел он всем соседям своим стуком и криком. Однажды соседка с правой стороны не выдержала:
-Борис, ты ещё долго тут стучать будешь в дверь? Людям же отдохнуть хочется после трудового дня.
-До тех пор, пока Валентина не откроет мне дверь и не поговорит со мной. Я ради неё приехал сюда из Мариинска, а она меня не признаёт. Она даже не хочет со мной разговаривать.
-Но это тоже не выход. Так ты только сделаешь хуже. Преврати стучать и орать!
  Но он не прекратил, соседку не послушал. Но Валентина дверь ему не открывала, хотя он ей тоже изрядно надоел. Она стала думать, что же такое ей предпринять, что бы он навсегда забыл о её двери. Слова на него не действуют. Значит, надо придумать такое, после чего он забудет про неё навсегда и его визиты прекратятся. Но придумывать ей ни чего не пришлось. На глаза ей попалась шайба, лежащая в углу  на полу, а рядом хоккейная клюшка. Коньки тоже висели в том же углу на гвоздике, прямо над клюшкой.
  Рано утром перед тем, как идти на работу, она позвонила в квартиру к брату. Открыл её сам Александр.
-Ты что это с утра пораньше. Случилось что-то?
-Случилось. Саша, надо проучить Бориса, а то он вообще обнаглел, долбится в дверь каждый вечер и требует, что бы я ему открыла. А я видеть его не могу! От соседей неудобно даже, замечание уже стали ему делать, только он на них не реагирует. Мало того, что долбится, так он и ещё орёт, как сумашедший.
-А, слышал, слышал. Это он так оригинально в любви тебе объясняется.
-Ты знаешь, я тоже решила оригинально ему пояснить, что не нуждаюсь в его любви.
-А как?
-Очень просто. Его же методами. Ты мне поможешь?
-Но в этом деле третий лишний.
-Ошибаешься. Тут такое дело, что третий ни как не будет лишним. Вечером, когда услышишь, что он стал стучать и орать, выходи на площадку, подержишь его, если что. А я ему врежу, как следует, что бы он понял, что люди вернулись с работы и им хочется отдохнуть и не слышать его бредни. Люди устали, им тишина нужна. Если он на словах не понимает, значит, пустим в ход кулаки. Только я боюсь, что одна с ним не справлюсь, он ведь здоровый бугай! Ты его немного подержишь, а я ему объясню, что он мне не нужен. Ну как, договорились?
-Ладно. Чего не сделаешь ради любимой сестры!
-Значит, провернём это дело прямо сегодня, не откладывая в долгий ящик.
  Вечером, после девяти часов, как обычно, около дверей появился Борис. Он в очередной раз принялся стучать в дверь и орать на весь подъезд.
-Валентина, открой срочно! Я погибаю без тебя!
  Вышел в коридор Александр.
-Ты долго тут стучать будешь? - громко спросил он специально, что бы его услышала Валентина.
-Мне нужна твоя сестра. Неужели не понятно? Пусть выйдет, мне поговорить с ней надо.
-Сейчас выйдет.
  Он схватил Бориса и прижал его к лестничной клетке. Валентина стояла у двери, ждала сигнала. И как только она его услышала, взяла в руки хоккейную клюшку и выскочила в коридор. Борис изрядно её достал. Она размахнулась и что есть мочи, ударила его по спине клюшкой. А потом ещё раз и ещё раз. Хорошо, что Борис был в зимней куртке, а то бы ему больше досталось. С каждым ударом Валентина всё больше расходилась. Она била его, приговаривая:
-Достал ты меня вконец! Долго ты ещё мучить меня будешь? Не можешь понять, что ты мне не нужен, так получай! Может, так до тебя скорей дойдёт? Забудь мою дверь навсегда, забудь, что я живу здесь, отстань наконец от меня навсегда!!!
  Она так его долбила хоккейной клюшкой, что та не выдержала и переломилась пополам. Только тогда перестала долбить его клюшкой, пустила в ход ноги и руки. Она стала пинать его, а он молча всё переносил, только прикрывал лицо руками.
-Валентина, ты что, сбесилась? Ведь ты его убьёшь так совсем! Хватит, достаточно! Смотри, он совсем обмяк. Из-за тебя и я в тюрьму попаду. Об Андрее своём подумай!
-Ладно, уговорил. Пусть остаётся на площадке, очухается, домой уйдёт. Ну если и это не поможет, тогда я его совсем убью!
-Я тебе в этом деле помогать не стану.
-Ну и не надо. Я его подкараулю в тёмном месте и кирпичом по башке шарахну. Спасибо за сегодняшнюю помощь. А теперь разбежимся по домам.
  Валентина хоть и была на Бориса сердитая, но убивать его не собиралась, однако, она очень переживала, что пришлось ей его бить так, что хоккейную клюшку сына сломала. Придётся новую покупать.
  Время от времени, она смотрела в замочную скважину, не ушёл ли Борис с площадки или всё ещё лежит там. Он долго валялся на площадке один. Но потом в подъезд вошёл Славка с третьего этажа. Он увидел Бориса, лежащего на площадке, подумал, что он пьян, наклонился над ним.
-Ой, что это с тобой, Борис? Кто это тебя так отделал? - он стал тормошить его. - Вставай, я тебе помогу дойти до твоей комнаты.
  Борис поднялся и они побрели вдвоём на третий этаж, ведь жили они в одной квартире, только в разных комнатах. Валентина снова заглянула в замочную скважину и увидела, что площадка уже пустая. После этого она успокоилась, значит, ни чего с ним страшного не случилось. Возможно, применять против него ни чего больше и не надо будет.
  Утром, когда Валентина открыла свою дверь и вышла на площадку, увидела Бориса. Он медленно спускался по лестнице. Увидев Валентину, он спросил:
-Валентина, ты случайно не знаешь, почему у меня болят все кости?
-Откуда мне это знать, я не врач! - бросила она сердито и вышла на улицу.
  Больше Борис не стучался к ней в двери и Валентина не могла поверить в то, что назойливый кавалер наконец-то отстал от неё.. Урок подействовал не него отрезвляюще.
  А в пятницу вечером к нему в гости приехал его отец из Мариинска. Уж больно ему хотелось взглянуть на то, как его сын здесь устроился и как он поживает вместе с ребёнком. В то, что говорил ему сын, он не сильно-то и верил и хотел убедиться сам в его россказни. Борис пришёл с работы чуть раньше. Он успел даже за ребёнком в детский сад зайти. А Валентина, как обычно, задержалась. Она ведь тоже заходила за ребёнком в интернат, а потом оттуда они часто шли пешком.
  Отец Бориса вышел из подъезда и стоял на улице, поджидая Валентину. Он знал, что женщина эта ещё не вернулась домой, а ему хотелось с ней немного поговорить. Она появилась вскоре с сыном, увидела, что отец Бориса стоит у подъезда, смутилась немного, хотела просто мимо пройти, но неудобно ей было перед пожилым человеком так поступать и она решила с ним поздороваться.
-Здравствуйте, сказала она и хотела пройти мимо, но он её задержал.
-Постой со мной минуточку, - сказал он, - объясни мне бестолковому, почему у вас с Борисом ни чего не получается?
-А что у нас с ним должно что-то получиться?
-Ну, жизнь совместная. Ведь он к тебе не равнодушен!
-О! в этом я убедилась! А жизнь совместная у нас с ним не получится уже. Раньше надо было вашему сыну об этом думать, а не ушами хлопать. А теперь поезд ушёл, я о нём даже слышать не могу, а не то, что бы жить. Вы меня извините, но больше я о вашем сыне ни чего слышать не хочу.
  Валентина высказала всё это в лицо отцу Бориса с такой страстью, что самой удивительно стало, откуда у неё это взялось. Она вошла в подъезд, а отец Бориса остался стоять и обдумывать всё, что ему только что высказала Валентина. Вернувшись к сыну, он долго его в чём-то убеждал, а в чём конкретно, Валентина не знала.
  В воскресение он поехал домой в Мариинск. Перед отъездом он разговаривал с сыном, пообещав его познакомить с отличной девушкой. Она дочь его знакомой, молодая очень, живёт в Мариинске, на последним курсе педагогического училища учится. И сдержал своё слово.
  В следующую пятницу девушка приехала к Борису в гости, что бы познакомиться с ним. Валентина встретилась с ней, когда возвращалась с работы. Молодая девушка стояла у подъезда в нерешительности. Она держала в руке свою сумку и нервно перебирала её ручки. Была она и впрямь очень молода, её белокурые волосы вылезли из под шапочки и по плечам рассыпались, на висках светлые завлекалочки болтались. На мир она смотрела большими голубыми, как небо, глазами. А когда улыбалась, то на щеках возникали привлекательные две ямочки.
-Девушка, Борис Шагако здесь живёт? - спросила она у Валентины, когда та подошла ближе.
-Здесь, на третьем этаже, дверь прямо от лестницы.
  Девушка мило улыбнулась, а Валентина подумала: - «хорошая невеста, интересно, сложится ли у них что-нибудь?»
  Что между ними было, Валентине не известно. Но когда она уехала в понедельник утром в Мариинск, то в этот же день, вечером Валентина встретила Бориса. Он задержался в этот день дольше обычного. Увидев Валентину, он сообщил ей:
-А ко мне невеста приезжала. Обещала приехать ещё в пятницу снова. А пока в гости. А летом совсем к нам переедет. Я ей один ключ от своей комнаты отдал.
-Я за тебя рада. Только мне это ни к чему.
  Она дернула плечом и прошла мимо. А ночью ей приснился страшный сон: Борису пришло письмо от той самой девушки, что приезжала к нему в гости. А в письме том лежит ключ от его комнаты, который он передал ей. «Что за чепуха? - подумала Валентина. - Даже ночью мне нет от него покоя!»
  Девушка  к Борису в пятницу не приехала, не появилась она и через месяц. Вместо неё пришёл к Борису конверт по почте, а в конверте том был только ключ от его комнаты. Эту новость Валентина узнала от соседки Бориса, жены Славки, что живёт в одной квартире с Борисом. Валентина выслушала всё это, а потом спросила:
-К чему ты всё это мне рассказываешь? Мне слышать всё это не интересно. У него своя жизнь, у меня своя. А сплетнями я не занимаюсь.
-Я думала, тебе это интересно знать.
-Индюк тоже думал, но в суп попал.
-Ты что, меня с индюком сравниваешь? - обиделась Наталья, жена Славки, и ушла к себе на третий этаж.
  Больше Валентина ни от кого о Борисе не слышала ни чего. Иногда она его видела, но пройдёт мимо, словно чужая и совсем его не знает, только и всего.
                Продолжение следует.