Ночные ужасы в музее криминалистики

 Дорогие друзья мы с вами побывали во многих местах. Послушали много разговоров находящихся там вещей. Из того что услышали мы узнали их беды и радости. Познакомились с историей их жизни. Познали вещи с неизвестной нам ещё стороны, придав им образ одушевлённого существа. Мы слышали речи вещей в старой деревеньке. В новых и полуразвалившихся квартирах людей. На стройке и в магазинах. Послушали о чём говорят пистолеты, сабли и ружья в оружейном музее.

 Но от услышанного недавно мной разговора вещей у меня до сих пор бегут по коже мурашки. Я как вспомню их речи мне становится страшно. И если это ночью то встаю и включаю свет. А такой ужасно-страшный разговор я услышал в "Музее криминалистики". Дело происходило так. Однажды ночью, когда часы уже пробили полночь, я возвращался от своих друзей. Шёл по опустевшим городским улицам и размышлял о нашей жизни. Неожиданно какое то чувство словно поманило меня к одной двери очень мрачного здания. Я подошёл к ней.. С боку двери на стене красовалась табличка с надписью "Музей криминалистики" и далее были опубликованы часы и дни работы этого заведения. Ну как я уже ранее написал дело было за полночь и музей должен был быть закрыт. Но я, в силу своего любопытства, взялся за ручку на двери и легонько потянул. Дверь с тихим скрипом, словно приглашая меня "Заходи дружок! Мы тебя давно ждём!" открылась. Я зашёл внутрь. Не знаю какая сила меня туда тянула, но я начал продвигаться по тёмным коридорам вперёд. В полнейшей тьме, шаря руками по стене, я добрался до дверей одной из комнат. Мои глаза начали привыкать к темноте, начал различать очертания предметов. Я стоял перед большой, дубовой дверью. Такой большой, и такой очевидно крепкой, с мощными петлями и крепкими запорами, что этот факт немножко удивил меня. Я подумал и очевидно произнёс вслух.

  - Интересно! Что или кого прячут эти двери, в этой таинственной комнате!

 Не успел я это произнести, как двери, с жалостливым скрипом, начали открываться. До меня из открывшейся двери долетели звуки. Из комнаты повеял запах смерти. Это были не то стоны мольбы, не то просьба о прощении. Я зашёл внутрь. В большой, полутёмной комнате по всем её сторонам стояли стенды. Я пригляделся. В них, за стеклом, расположилась вещи и предметы очевидно ставшие свидетелями преступлений, или совершавшие это действие. Старые часы, очевидно тоже бывшие свидетели, пробили час ночи. И тут я услышал речь из одной из выставочных витрин. Речь была с мольбой о прощении. Я повернул голову в ту сторону от куда шла мольба, волосы на моей голове встали дыбом от увиденного мной в темноте. Возле стенда, где за стеклом лежал большой, кухонный нож, стояли призраки. Группа молодых девушек. На их окровавленных телах почти не было одежды. Некоторые из них держали части своего тела в руках. Из окровавленной головы, которую держала в руках обезглавленная девушка, раздавался дикий стон.

  - Мы достаём тебя! Мы не простим тебя! Мы уничтожил тебя!

 Свободные руки девчат шарили по стеклу стенда, пытаясь добраться до своего убийцы, а пальцы оставляли кровавые следы на стекле. Я стоял как вкопанный. А из-за стекла слышала речь с мольбой о прощении.

  - Девушки! Милые! Не виноват я! Это всё он, мой хозяин!

 Мои глаза уже привыкшие к темноте наблюдали за жуткой картиной в этой страшной комнате. То тут, то там возле стендов возникали призрачный тени. От них шёл запах смерти. Они старались проникнуть внутрь стендов, за стекло, и издавали жуткие звуки. Неожиданно из дальнего угла комнаты донёс я страшный, жуткий смех. Я в полном оцепенении еле повернул голову в направление от куда слышал я этот ужасный смех. Там в тёмном углу стоял призрак пожилой женщины. Это можно было судить по её морщинистым рукам и одежде. Её окровавленная голова была разрублена напополам, и выглядела как расколотый арбуз. Её глаза, оказавшись разделённвми, сверкали жутким светом. Язык, болтавшицся возле подбородка, издавал этот ужасный смех и иногда произносил.

  - Ну что? Не нашёл мои денежки! И не найдёшь! Ха! Ха! Ха!

 За стеклом стенда лежал топор. Он пытался оправдаться перед убиенной старушкой.

  - Да не хотел я убивать! Я утром во дворе колол дрова, а он шёл и выдернул меня из полена! А затем убил вас бабушка!

 В моей голове моментально промелькнули строки книги Достоевского " Что делать", об убийстве старухи проценщицы. От всего увиденного и услышанного у меня стали подкашиваться ноги. Вдруг, я как во сне, услышал колыбельную песенку и детский плач. Мой взгляд упал на то место откуда шли эти звуки. Возле одного из стендов собралась группа призраков. Это были дети, мальчики и девочки. Все они были с признаками насильственной смерти. Одна девочка держала в руках куклу и укачивала её, словно укладывала спать. Они тянули свои детские ручки к стеклу стенда, и плача восклицание.

  - За что нас убили? Мы ведь так хотели жить!

 А за столом стенда, всё что я смог разглядеть, лежала бельевая верёвка и ещё какие-то вещдоки. Но я был уже в таком состоянии, что мне было не до остальных вещей. А верёвка за стеклом извивплась и шипела, как змея. Словно снова была готова накинуть я на шеи детей.

  - Мало я вас приду шила! Рано меня в узел завязали!

 С каждой секундой в комнате обстановка становилась всё страшнее, всё ужаснее. Тени призраков убиенных людей, словно клубящицся туман, блудили по помещении. Стоны и вопли слились в один кошмарный звук. Они словно погребальный звон колоколов разливались по всей комнате.. Она превратилась в призрачное царство мертвецов. Этот звук стал последней каплей в переполнен ном сосуде. Я в ужасе закрыл глаза и прикрыл лицо руками. До сих пор я не знаю как я тогда выбрался из музея, очнулся только дома на кухне. А что было бы со мной если бы я досмотрел и дослушал всё происходившее в этой жуткой комнате? Очевидно сошёл бы с ума!

 Пишу, а мурашки по спине и сейчас бегают!