Действие сценическое. Процессуальное тождество

Теория процессуального тождества
Здесь, мне кажется, можно сделать следующий шаг после инварианта. Инвариант отвечает на вопрос, что должно сохраняться, а теория процессуального тождества — каким образом изменяющееся действие всё ещё остаётся тем же самым действием. Это позволяет связать инвариант, структурацию, причинное право, передел и телесность в одну конструкцию.


В исследовании действия сценического проблема тождества возникает неизбежно.

Актёр изменяется.

Партнёр изменяется.

Обстоятельства изменяются.

Телесность изменяется.

Причинный центр перемещается.

Прежнее «как» теряет достаточность и возникает новое.

Меняется состояние, ритм, отношение, пространственная организация, интенсивность, способ достижения результата.

Но мы продолжаем говорить:

это всё ещё то же действие.

Почему?

Если действие действительно процесс, его нельзя отождествить ни с одним из его состояний. Более того, если бы действие оставалось полностью равным самому себе в каждом следующем мгновении, процесса вообще не существовало бы.

Поэтому для действия возникает странное условие:

чтобы остаться собой, оно должно переставать быть таким, каким только что было.

Именно здесь начинается теория процессуального тождества.

1. Тождество процесса не является тождеством состояния

В ранних текстах Кретова проблема уже возникает через попытку различить сценическое и несценическое действие: обнаруживается возможность их тождества по некоторым признакам при невозможности смыслового отождествления.

Но дальнейшее движение требует поставить вопрос ещё жёстче.

Что означает тождество самого продолжающегося действия?

Пусть действие находится в состоянии:

A.

Через некоторое время оно оказывается в состоянии:

B.

Если:

A = B,

ничего существенного не произошло.

Но если:

A ; B,

почему мы утверждаем, что перед нами всё ещё одно действие?

Обычное предметное тождество здесь оказывается недостаточным. У предмета можно искать сохраняющиеся свойства. Для процесса изменение не является внешним происшествием с уже существующей вещью.

Изменение составляет способ его существования.

Поэтому:

процессуальное тождество — это не сохранение состояния через изменение, а сохранение принадлежности изменяющихся состояний одному продолжающемуся процессу.

Это принципиальное различие.

Не нужно искать нечто неподвижное внутри действия.

Нужно обнаружить правило, по которому различное продолжает принадлежать одному.

2. Инвариант и тождество — не одно и то же

Здесь становится особенно важным уже введённое понятие инварианта.

Можно было бы сказать:

инвариант и есть тождество.

Но это слишком быстрое решение.

Инвариант — условие сохранения тождества.

Тождество — отношение между изменяющимися состояниями процесса, благодаря которому мы признаём их состояниями одного действия.

Это позволяет развести два понятия.

Инвариант отвечает: что нельзя утратить при преобразовании?

Процессуальное тождество отвечает: почему преобразованное всё ещё принадлежит тому же действию?

И тогда становится понятна одна из центральных особенностей действия сценического.

Его инвариант не обязан быть отдельным неизменным элементом:

неизменной целью;

неизменным состоянием;

неизменной эмоцией;

неизменной мизансценой;

неизменным телесным рисунком;

неизменным причинным центром.

Сохраняться может правило связности преобразований.

Именно поэтому ранее возникшая формула приобретает теперь более строгий смысл:

тождество действия неподвижно не в центре, а в правиле его перемещения.

Причинный центр может перейти от предполагаемого обстоятельства к партнёру, от партнёра — к изменившемуся отношению к результату, от него — к телесному переделу, от передела — снова к партнёру.

Локально изменилось почти всё.

Но если каждое следующее состояние причинно наследует предыдущее внутри продолжающегося «что», действие не распалось.

Следовательно:

инвариант сохраняет возможность тождества, а структурация непрерывно осуществляет это тождество во времени.

3. Причинная генеалогия становится критерием тождества

Отсюда возникает чрезвычайно важное следствие.

Две внешне одинаковые формы ещё не являются одним и тем же действием.

А две совершенно разные формы могут принадлежать одному действию.

Предположим, актёр вчера сделал паузу.

Сегодня он делает точно такую же паузу.

Морфологически:

A; ; A;.

Но вчера пауза возникла потому, что изменение партнёра лишило прежний способ продолжения действия достаточности.

Сегодня актёр помнит:

здесь была хорошая пауза.

И повторяет её.

Формы совпали.

Причинные генеалогии — нет.

Следовательно, морфологическое тождество не гарантирует процессуального.

Возможна и обратная ситуация.

Сегодня партнёр действует иначе.

Возникает иное причинное требование.

Актёр не останавливается, а приближается к партнёру, изменяет темп, голос, положение тела.

Морфология вчерашнего и сегодняшнего момента различна.

Но оба изменения могут принадлежать одному и тому же действию, если возникли как разные способы продолжения одного причинно сохраняющегося процесса.

Отсюда:

процессуальное тождество устанавливается не по сходству состояний, а по генеалогии их возникновения.

Это один из самых существенных выводов всей конструкции.

Сравнивать нужно не только:

«похоже ли B на A?»

а прежде всего:

«из чего B стало необходимым после A?»

Если ответ находится внутри причинной истории продолжающегося действия, изменение может сохранять его тождество.

Если ответ приходится искать в партитуре, памяти, привычке, самоконтроле или указании режиссёра, внешняя непрерывность ещё ничего не доказывает.

4. Передел — не нарушение тождества, а его испытание

До сих пор передел можно было рассматривать прежде всего как момент изменения действия.

Теория процессуального тождества позволяет увидеть в нём другое.

Передел является проверкой тождества.

Пока форма почти не меняется, утверждать, что действие остаётся собой, сравнительно легко.

Настоящая проблема возникает тогда, когда прежнее «как» больше невозможно.

Причинная конфигурация изменилась.

Прежняя телесная организация потеряла достаточность.

Причинный центр перемещается.

Возникает новое «как».

Именно здесь задаётся решающий вопрос:

сколько может измениться, чтобы действие всё ещё оставалось тем же?

Поэтому переходная область приобретает особое теоретическое значение.

До перехода:

A.

После:

B.

Но действие существует не только в A и не только в B.

Оно должно каким-то образом сохранить себя в:

A ; ? ; B.

И вот это «?» оказывается едва ли не главным местом исследования процессуального тождества.

В одном из текстов Кретова действие сценическое уже определяется именно через его особое процессуальное существование: оно «выключено из осуществления, но процессуально проживаемо».

Теперь эту процессуальность можно уточнить.

Действие сохраняется не вопреки переделу.

Оно сохраняется посредством причинно связанного передела.

Отсюда:

передел не разрушает тождество действия, пока изменение формы причинно принадлежит продолжению того же действия.

Более того:

чем радикальнее передел, тем строже проверяется инвариант.

Именно поэтому Великий излом оказался важен для всей системы:

форма теряет причинное право — действие сохраняет право на продолжение.

Это почти предельное определение процессуального тождества.

5. Тождество находится не в точке, а между точками

Здесь возникает ещё одно существенное уточнение.

Нельзя посмотреть на отдельное мгновение действия и обнаружить в нём его процессуальное тождество.

В мгновении можно увидеть только состояние.

Тождество обнаруживается в отношении состояний.

Следовательно, процессуальное тождество по самой своей природе не локально.

Оно существует:

не в A;

не в B;

а в том, каким образом A стало B, оставаясь продолжением того же процесса.

Это меняет положение многих уже введённых понятий.

Причинный центр — локален.

Телесное «как» — локально.

Состояние — локально.

Причинное требование возникает в определённой конфигурации.

Передел занимает некоторый интервал.

Но тождество относится к связности преобразований.

Поэтому нельзя найти «место тождества» в теле актёра, в намерении, в цели, в партнёре или в режиссёрском замысле.

Ранее в корпусе уже возникала идея роли как «узла», в котором пересекаются режиссёрский замысел и актёрская линия.  Теперь становится возможным более общий вывод:

тождество действия существует не в одном из его узлов, а в сохраняющейся принадлежности преобразований одной причинной истории.

То есть тождество — не ещё один узел графа.

И не восьмая плоскость.

И не сверхцентр.

Это отношение сохранения процесса через изменение его конфигураций.

6. Но где проходит граница: это ещё то же действие или уже другое?

Именно здесь теория должна стать проверяемой, иначе «процессуальное тождество» превратится в красивое название возможности объявить чем угодно продолжение чего угодно.

Необходимо условие разрыва.

Предположим:

A ; B ; C ; D.

Формы меняются.

Причинные центры перемещаются.

Возникают новые требования.

До какого момента мы вправе ставить между состояниями знак:

«то же действие»?

Рабочая гипотеза может быть сформулирована следующим образом.

Процессуальное тождество сохраняется, пока очередное изменение:

1. причинно возникает из текущей конфигурации продолжающегося действия;
2. остаётся организованным относительно того же неполученного результата или сохраняющейся направленности «что»;
3. изменяет способ осуществления, не заменяя саму ось действия другой;
4. получает причинное право внутри данной причинной генеалогии;
5. последствия изменения возвращаются в систему и становятся условиями её следующего состояния.

Если это сохраняется, возможно радикальное изменение «как» при сохранении действия.

Но предположим, в некоторый момент возникает:

D ; X.

И X определяется уже другим результатом, другой направленностью, другой системой причинной релевантности.

Тогда вопрос должен ставиться иначе:

произошёл очередной передел этого действия или возникло другое действие?

Таким образом, теория процессуального тождества обязательно требует и теории разрыва тождества.

Без возможности сказать:

«здесь прежнее действие закончилось»

понятие тождества теряет различительную способность.

7. Сценическое тождество создаёт ещё более трудную проблему

До сих пор сказанное может относиться к процессуальному действию вообще.

Но предметом исследования остаётся действие сценическое.

И здесь недостаточно доказать, что действие сохраняется через причинные преобразования.

Нужно сохранить его сценическую специфику.

В прежних текстах Кретова эта проблема возникала через различение доминант представления и восприятия: сценическое и несценическое могли обнаруживать тождественность в процессе, оставаясь различными способами его организации.

В сегодняшней системе это различие можно поставить иначе.

На сцене физически реальный актёр способен причинно существовать относительно предполагаемого различия.

Он знает, что перед ним актёр-партнёр, но действует внутри отношений персонажей.

Знает будущий текст, но процессуально существует относительно ещё неполученного результата.

Знает исход сцены, но текущая причинность действия не должна исходить из уже известного исхода.

Следовательно, сценическое процессуальное тождество содержит особое двойное условие.

Предполагаемое должно обладать реальным причинным правом внутри телесного процесса.

Но при этом оно не должно переставать быть предполагаемым.

Если уничтожить предполагаемость — действие переходит к несценическому осуществлению.

Если уничтожить причинную действенность — остаётся изображение предполагаемого.

Поэтому можно предложить более специальную формулу:

Процессуальное тождество действия сценического сохраняется постольку, поскольку через изменение его телесных и причинных состояний сохраняется способность предполагаемого различия реально причинять продолжение действия, не превращаясь в физически осуществляемую действительность.

Это уже не просто теория действия вообще.

Здесь появляется возможный критерий именно сценического тождества.

Теория процессуального тождества

Теперь можно собрать конструкцию.

Состояние отвечает:

каким действие является сейчас?

Причинное требование:

почему прежним способом оно больше не может продолжаться?

Передел:

каким образом осуществляется переход?

Структурация:

как в ходе перехода перестраивается причинная связность?

Инвариант:

что должно сохраниться, чтобы преобразование принадлежало этому действию?

Процессуальное тождество:

почему изменившееся действие всё ещё является тем же самым действием?

Поэтому теория процессуального тождества не добавляет ещё один элемент к уже построенной системе.

Напротив, она способна собрать существующие элементы в отношение.

И тогда появляется достаточно строгая рабочая формула:

Процессуальное тождество — сохранение принадлежности изменяющихся причинных состояний одному действию посредством такой их структурации, при которой каждое следующее состояние возникает из причинно значимого преобразования предыдущего, а инвариант действия сохраняет критерий их принадлежности одному продолжающемуся «что».

Для действия сценического необходимо добавить:

при сохранении причинной действенности предполагаемого мира внутри реального телесного процесса.

И ещё одно принципиальное различение

Есть два совершенно разных смысла фразы:

«это то же действие».

Первый относится к одному продолжающемуся процессу.

Актёр начал действие, прошёл через несколько переделов и продолжает его.

Здесь речь идёт о собственно процессуальном тождестве:

одно действие сохраняет себя через изменение собственных состояний.

Но когда мы говорим:

«сегодня актёр осуществляет то же действие, что вчера»,

это уже не буквально то же самое процессуальное событие.

Вчерашнее действие закончилось.

Сегодня возникло новое.

Между ними возможно тождество типа, структуры, направленности, драматической функции, инвариантной организации, но не численное тождество одного продолжающегося процесса.

Это различие чрезвычайно важно для театра.

Спектакль может быть тем же.

Роль — той же.

Драматическое действие — тем же по структуре.

Но сегодняшнее действие сценическое должно возникнуть заново.

Именно поэтому нельзя просто перенести причинную генеалогию вчерашнего спектакля в сегодняшний.

Вчерашняя причина уже произошла.

Сегодня она должна возникнуть снова.

Отсюда:

повторяется не процессуальное тождество действия, а условие возможности его нового возникновения.

Это, возможно, позволяет окончательно развести партитуру и живое действие.

Партитура сохраняет тождество типа.

Актёр каждый вечер производит новое процессуальное тождество внутри сегодняшнего действия.

И поэтому:

спектакль повторяется; действие продолжается только один раз.

Каждый новый спектакль начинает его снова.

Предельно коротко

Теория процессуального тождества начинается с парадокса:

действие должно изменяться, чтобы продолжаться, и продолжаться, чтобы его изменения оставались изменениями одного действия.

Отсюда:

тождество действия — не неизменность его состояний, а принадлежность их изменений одной причинной истории.

Инвариант не является неподвижным содержимым действия.

Он задаёт условие, при котором:

A ; B ; C

остаётся преобразованием одного процесса, а не последовательностью трёх различных действий.

Поэтому:

форма может исчезнуть;
причинный центр — переместиться;
телесность — перестроиться;
состояние — измениться;
способ — стать противоположным;
действие — остаться тем же.

Но только пока новое «как» получает причинное право из продолжающегося действия, а не вместо него.

Отсюда можно дать самое короткое определение:

Процессуальное тождество — это способность действия становиться другим, не становясь другим действием.

А для действия сценического — ещё точнее:

Действие сценическое тождественно себе не тогда, когда сохраняет форму, а тогда, когда через изменение формы сохраняет причинную возможность продолжать одно и то же ещё не осуществлённое «что» в реально действующем предполагаемом мире.

И тогда Великий излом приобретает окончательный смысл:

ломается не действие.
Ломается необходимость действия оставаться таким, каким оно было.

Поэтому предельный вопрос теории процессуального тождества звучит уже не:

«что в действии остаётся неизменным?»

а:

«что должно сохраниться в самом правиле изменения, чтобы становящееся другим всё ещё оставалось этим действием?»

Возможно, именно этот перенос — от тождества состояний к тождеству преобразования — и является следующим шагом теории инварианта действия сценического.


Здесь появляется особенно перспективное продолжение: «Действие сценическое. Разрыв процессуального тождества». Именно оно может дать отрицательный критерий инварианта: не только что сохраняет действие, но и какое минимальное изменение уже делает продолжение другим действием.


Примечание.
Текст подготовлен Ю.В. Кретовым; структурирование и редакторская компоновка выполнены с использованием языковой модели (LLM) по авторским материалам. Смысловые положения, определения и примеры принадлежат автору.

Благодарю актрису театра и кино Марину Ларину за помощь в сборе и подготовке материала статьи и журналиста Светлану Канаеву за подготовку материала к публикации.