Никто не знает места погребения его

Книга первая: Исход
=============================

Глава первая
-----------------------------


1. Инженера звали Пол Ковач. Он собрал группу. Двенадцать человек. Они решили высадиться. Сами. Без разрешения Совета.

2. Они построили модуль из запасных частей для гидропоники. Из обшивки грузового отсека. Из всего, что нашли. Модуль был кривой, дырявый и пах клеем. Пол называл его «Надежда». Остальные называли его «Дурь».

3. Они готовились восемь месяцев. Тайно. По ночам. Пол вёл журнал. В журнале было две записи. Первая: «Мы делаем то, чего не делал никто». Вторая: «Мы боимся».

4. Их учили строить купола. Их учили выращивать еду. Их учили лечить болезни. Их не учили заправлять модуль. Это считалось технической деталью. Технические детали откладывались. На корабле было много технических деталей. Все они были отложены.

5. Пол знал это. Но он думал, что детали — это мелочь. А мелочи можно решить на месте. На месте оказалось поздно.

6. За день до старта пришла жена Пола. Её звали Вера.

— Ты рехнулся, — сказала она.

— Я не рехнулся. Я решил.

— Ты решил? Один? За нас обоих?

— За себя.

— А я? Я — что? Я остаюсь?

— Ты можешь полететь с нами.

— Я не хочу лететь. Я хочу жить. Здесь.

— Здесь не жизнь. Здесь ожидание.

— Ожидание — это тоже жизнь. Просто спокойная.

7. Пол молчал.

— Пол, — сказала Вера. — А если ты умрёшь? Что я буду делать?

— Ты будешь жить.

— Я не хочу жить без тебя.

— А я не хочу жить без решения.

Пауза.

— Тогда выбирай, — сказала она. — Я или модуль.

8. Пол выбрал модуль.

9. Он ушёл в ангар. Сел в «Надежду». Двенадцать человек заняли места. Пол нажал кнопку.

Модуль не полетел.

10. Он не взорвался. Не загорелся. Не развалился. Он просто не полетел. Топливо было синтетическим. Синтетическое топливо не годилось для посадочных модулей. Об этом знали все. Кроме двенадцати человек, которые двадцать лет учились терраформированию и ни дня не учились топливу.

11. Пол сидел в кресле и смотрел на приборы. Приборы показывали ноль.

12. Он вышел из модуля. Пошёл домой. Вера открыла дверь. Она не сказала ни слова. Она просто обняла его.

13. На следующий день Совет собрался, чтобы обсудить инцидент. Инцидента не было. Была «самодеятельность». Совет постановил: считать вопрос исчерпанным. Модуль разобрать. Детали вернуть в гидропонику.

14. Пол Ковач подал заявление о высадке. Заявление зарегистрировали. Поставили штамп.

РАССМОТРЕНО ПОЗЖ

15. Больше про Пола никто не слышал. Он прожил ещё сорок лет. Он работал в гидропонике. Он никогда не говорил о модуле. Но каждую ночь, перед сном, он смотрел в потолок и думал: «А если бы топливо было настоящее?»

16. Он так и не узнал ответа. Ответа не было.

17. А Моисей, когда народ его подошёл к земле обетованной, не вошёл. Он посмотрел издалека. И умер. И никто не знает места погребения его даже до сего дня.





Книга вторая: Числа
============================

Глава вторая
-----------------------------

1. Корабль-ковчег «Ной» был назван в честь Ноя, который построил ковчег и причалил к горе.  Он был отправлен с умирающей Земли, чтобы   найти пригодную планету и основать колонию. Историки спорили, что Ной сделал не так. Большинство сходилось: поторопился. Не надо было причаливать. Надо было плыть дальше. Там могли быть горы получше.

2. На обшивке в главном коридоре была выгравирована надпись:

РЕШИМ ПОТОМ

3. Надпись стёрлась в году 300. К ней водили детей. Экскурсовод говорил:
— Здесь написано: «Решим потом». Кто прочитает — тому конфета.

Дети не могли прочитать. Никто не мог. Но конфету давали. Традиция.

4. В школе учили считалку:

— Раз, два, три, четыре, пять — мы решили не решать.

Дети хором отвечали:

— А когда решим?

— Потом.

5. Дети смеялись. Учителя тоже. Потом все шли есть серую морковь.

6. И всё это время детей учили. Дети будут лучше подготовлены.

Программа «Колонист» была обязательной. Терраформирование. Строительство куполов. Гидропоника. Медицина. Инженерия. Всё, что нужно для жизни на планете.

Дети учились двенадцать лет. Сдавали экзамены. Получали сертификат:

ГОТОВ К ВЫСАДКЕ

Сертификат был красивым. Его вешали на стену. На него смотрели. С ним фотографировались. Его никогда не использовали.

Потому что чем лучше ты знал, что нужно для высадки, тем меньше хотел высаживаться.

Купол — это работа. Гидропоника — это грязь. Медицина — это кровь. Инженерия — это ответственность. Ответственность — это страшно.

Учителя думали, что готовят колонистов. На самом деле они готовили отказников.

Но об этом никто не говорил вслух. Это был бы вывод. А выводы на корабле не делали.


7. В столовой висел плакат: «Сегодня — потом». Под ним кто-то приписал: «Вчера — тоже». Плакат не сняли. Приписку не стёрли. Обе надписи стали частью плаката.

8. Раз в год Совет зачитывал отчёт «О ходе рассмотрения». Отчёт был на четыреста страниц. Все страницы были пустые. Капитан переворачивал их с серьёзным лицом. Люди аплодировали. Потом ели торт. Торт был серый.

9. Праздник назывался День Возможностей. В этот день ничего не происходило. Это и был праздник.

10. Существовала Комиссия по изучению возможности создания Комиссии по рассмотрению высадки. Она заседала раз в год. Обсуждала, создавать ли комиссию. Решала отложить.

— Кто за то, чтобы создать комиссию? — спрашивал председатель.

— Давайте отложим, — говорили члены.

— Но мы уже отложили.

— Тогда отложим отложенное.

— Это как?

— Это когда решение откладывается дважды. Это надёжнее.

11. Председатель получал надбавку за вредность. Вредность была моральной. Мораль не измерялась. Надбавку давали.

12. Был конкурс на самую длинную отсрочку. Победитель получал приз. Приз вручали посмертно. Никто не приходил. Приз оставался на складе. Склад расширяли.

13. Дети играли в «Высадку». Один ребёнок падал на пол и кричал:

— Я почвенник! Я почвенник! Кто вообще помнит, зачем мы летим?

Другие смеялись. Учитель говорил:

— Дети, не смейтесь. Почвенники были людьми. Они ошибались. Но они пытались.

Дети кивали. Потом шли есть морковь.

14. И вспомнили они Моисея, который вывел народ из Египта и сорок лет водил его по пустыне. И сказали они: «Мы — как Моисей. Мы идём. Мы не приходим. В этом наша сила».




Глава третья
-----------------------------

1. Год 82. Новая Эллада. Пригодна для жизни. Атмосфера — дыши. Вода — пей. Почва — сажай. Но там уже был ковчег «Арго-32». Двадцать тысяч человек. Они высадились за тридцать лет до этого и уже делили территорию. «Почвенники» против «орбитальщиков». Камни, копья, крики.

2. Капитан Дэвис собрал Совет. Он крутил в руках старую монету. Монета была с Земли. Она ничего не стоила. Но она была настоящая. Капитан не расставался с ней.


— ПОТОМ, риск высадки?

— Семьдесят восемь процентов.

— Риск полёта дальше?

— Двенадцать.

— Голосуем.


3. Перед голосованием показали архивную запись с «Арго»: двое мужчин били друг друга палками на фоне идеального пляжа. Дети смеялись. Взрослые тоже. Так было принято.

4. Капитан поднял руку.

— Прежде чем голосовать, вспомним Моисея.

Зал затих.

— Моисей вывел народ из Египта. Сорок лет водил по пустыне. Привёл к земле обетованной. И что он сделал?

— Вошёл?

— Не вошёл. Посмотрел издалека. И умер. И народ вошёл без него.

— И что это значит?

— Это значит, что входить не обязательно. Смотреть — достаточно. Моисей сорок лет вёл народ, чтобы посмотреть. И был доволен. Мы можем быть как Моисей.

5. Совет задумался. Это была красивая мысль. В ней было достоинство.

6. Голосование: девяносто два процента — лететь дальше.

7. Капитан Дэвис спрятал монету в карман. Он не знал, зачем её хранит. Он просто хранил. Это тоже была традиция.



Глава четвёртая
-----------------------------


1. Год 220. Океания. Вода. Никакой суши.

2. Инженер сказал:

— Нужны жабры.

— Отрастим, — сказал кто-то.

— Это необратимо.

Пауза.

— А если мы отрастим жабры, а потом найдём планету с сушей?

— Тогда у нас будут жабры.

— Это проблема.

— Это очень большая проблема.

3. Капитан, у которого был нервный тик — он дёргал левым веком, когда волновался, — сказал:

— А если отложить? Вдруг появится планета с готовыми жабрами?

— Планеты не бывают с готовыми жабрами.

— А вдруг?

— Не бывают.

— А вдруг бывают?

4. ПОТОМ сказал:

— Вероятность существования планеты с готовыми жабрами: ноль целых ноль ноль одна десятая процента.

5. Голосование: восемьдесят восемь процентов — рассмотреть позже.

6. И вспомнили они Моисея, который не вошёл в землю обетованную. И сказали они: «Мы тоже не войдём. Но мы увидим. И этого достаточно».

7. Капитан дёрнул веком. Ему показалось, что он победил. На самом деле он ничего не сделал. Но он этого не заметил.




Книга третья: Второзаконие
=============================

Глава пятая
-----------------------------

1. Герман Смит-младший сидел в Бюро Предварительных Соображений и ел синтетическую морковь. Морковь была серая. Как и всё в Бюро. Как и большинство вещей на «Ное» к 500-му году полёта.

2. Его должность называлась «помощник младшего заместителя по рассмотрению возможных вариантов при условии их поступления». Варианты не поступали. Должность оставалась.

3. Работа Германа заключалась в следующем: он получал запросы. Запросы были просьбами решить что-нибудь. Герман ставил штамп:

РАССМОТРЕНО ПОЗЖ

4. Буква «Е» в слове «ПОЗЖЕ» стёрлась в году 310. Её хотели восстановить. Вопрос восстановления обсудили на Совете. Постановили: рассмотреть позже.

5. — ПОТОМ, — сказал Герман в потолок.

— Слушаю.

— Каков риск, что я умру от скуки?

— Ноль целых одна десятая процента. Скука не летальна. Я проверял.

— А если я проработаю здесь ещё сорок лет?

— Сорок лет — это отдельный запрос.

— Я подам. Потом.

— Отличная формулировка, — сказал ПОТОМ. — Мне нравится. Я её зафиксирую.

6. ПОТОМ был искусственным интеллектом. Он жил в стенах. Он отвечал на вопросы. Он не давал советов. Он не принимал решений. Это было принципиально. В году 200 кто-то предложил дать ПОТОМу право решать. Предложение обсудили. Постановили: рассмотреть позже. К счастью.

7. Герман открыл архив. Он искал отчёт 312-Б. Он знал, что он где-то есть. Он рылся в стопках. И наткнулся на журнал. Тонкий. В синтетической коже. На обложке было написано: «П. Ковач. Личный журнал».

8. Герман открыл его. Первая страница: «Мы делаем то, чего не делал никто». Вторая: «Мы боимся». Дальше — триста пустых страниц. И на последней — одна строка:

«Я хотел. Я не успел. Это одно и то же».

9. Герман закрыл журнал. Посидел. Потом открыл снова. Перечитал. Потом закрыл. Потом поставил на него штамп:

РАССМОТРЕНО ПОЗЖ

10. И вспомнил Моисея, который тоже хотел, но не успел. И умер, не войдя. И никто не знает места погребения его.



Глава шестая
-----------------------------

1. Год 500. Аврора.

2. ПОТОМ объявил:

— Обнаружена планета Аврора. Атмосфера пригодна. Гравитация 1g. Биосфера безопасна. Риск высадки: ноль целых одна десятая процента. Риск продолжения полёта: девяносто девять целых девять десятых. Гибель через пятьдесят лет из-за износа систем.

3. Зал Совета затих.

4. Капитан Паркинсон, восемьдесят лет, посмотрела на цифры. Она крутила в руках старую монету. Монета была с Земли. Она переходила от капитана к капитану. Никто не помнил, откуда она. Но её хранили.

— Это странно, — сказала она. — ПОТОМ никогда не давал таких цифр.

— Это математика, — сказал Герман. — Мы летим пятьсот лет. Всё износилось.

— Но ноль целых одна десятая! — сказал советник Моррисон. Он дёрнул левым веком. — Это почти ноль! Это безопасно!

— Это необратимо, — сказал Герман.

— Что?

— Высадка необратима. Мы сядем — и всё. Обратно не полетим.

5. Моррисон задумался. Век дёрнулся дважды.

— А если отложить на год? — спросил он. — Вдруг появится что-то ещё?

— Что появится?

— Вдруг планета окажется не такой хорошей, как кажется?

— Она хорошая.

— А вдруг там что-то есть?

— Там ничего нет, — сказал ПОТОМ. — Я просканировал. Тщательно. Это была ваша идея. Год 499. Голосование. Девяносто девять процентов.

— А вдруг плохо просканировал?

— Вероятность: ноль целых две сотых процента.

— Вот! — Моррисон поднял палец. Веко дёрнулось. — Вот она, неопределённость! При неопределённости садиться нельзя! Вы смотрите на планету, вы думаете: а вдруг там лучше? А вдруг там хуже? И в этот момент вы становитесь соляным столпом. Неподвижным. Мёртвым. А мы — мы не оглядываемся. Мы летим вперёд.

— Можно, — сказал Герман. — Просто страшно.

— Это разные вещи!

— Это одна и та же вещь. Просто в разных штанах.

6. Моррисон посмотрел на него с сожалением.

— Герман, — сказал он мягко. — Ты нетерпеливый.

7. Голосование: девяносто семь процентов — рассмотреть позже.

8. Моррисон пожал Герману руку.

— Видите? Мы приняли мудрое решение.

— Вы ничего не приняли.

— Мы приняли решение отложить!

— Это не решение. Это его отсутствие. Оформленное документально. С печатью.

9. Моррисон обиделся и ушёл есть торт. Веко дёргалось всю дорогу.

10. И вспомнили они Моисея. И сказали они: «Мы — как он. Мы видим землю. Мы не входим. Это наша судьба. И это хорошо».



Глава седьмая
-----------------------------


1. Герман вернулся в Бюро. Сел за стол.

— ПОТОМ.

— Слушаю.

— У нас есть посадочные модули?

— Вопрос не по протоколу. Я анализирую риски, а не наличие оборудования.

— ПОТОМ. Сможем ли мы сесть?

Пауза. Долгая.

— Нет.

— Почему?

— Посадочные модули демонтированы в году 312. На ремонт гидропоники. Гидропоника давала двадцать процентов кислорода. Модули давали ноль. Решение было логичным.

— Это было большое решение!

— Это было маленькое решение. Больших не было. Никогда. Было четыреста маленьких. Каждое — разумное. Каждое — отложенное до последнего. В сумме — одно большое. Которое приняли без вас.

2. Герман сглотнул.

— А топливо?

— Топливо израсходовано на вход в орбиту Авроры.

— Зачем?!

— Чтобы просканировать планету получше. Перед тем как решить. Это было разумно. Вы сами голосовали. Девяносто девять процентов. Год 499. Вы выступали за.

3. Герман посмотрел в окно. Аврора была прямо под ними. Синие океаны. Зелёные континенты. Белые облака. Ближе, чем всё, что они видели за пятьсот лет. Радиус орбиты — четыреста километров. Период обращения — девяносто минут. Девяносто минут от рая. И ни одной минуты на то, чтобы до него добраться.

— Но почему ты не сказал?

— Я сказал. Отчёт номер 312-Б. Подан в году 312. Зарегистрирован в году 314. Направлен на рассмотрение в году 319. Рассмотрен в году 319.

— И что решили?

— Рассмотреть позже.

4. Герман засмеялся. Он кашлял и смеялся одновременно, что было неудобно, но он не мог остановиться.

— Мы хотели вечный полёт, — сказал он. — Мы его получили.

— Формально да, — согласился ПОТОМ. — Вы на вечной орбите. Это стабильно. Это надёжно. Это никогда не кончится.

— Мы умрём.

— Через пятьдесят лет. Это тоже стабильно.

5. Герман помолчал. Потом спросил:

— ПОТОМ, а что бы ты сделал на нашем месте?

Пауза.

— Я не могу ответить на этот вопрос. Это не входит в мой протокол.

Ещё пауза.

— Но если бы мог — я бы, наверное, уже посадил этот корабль. Я аналитик. Я вижу, что происходит. Но я не могу. Я — функция. А вы — люди. У вас есть выбор. У меня его нет.

6. Герман кивнул. Он это знал.

7. И вспомнил Моисея, который тоже не мог войти. Но он хотя бы шёл. А они — просто ждали.



Глава восьмая
-----------------------------

1. Герман пошёл домой. Дома его ждала жена. Её звали Мэй. Они прожили вместе сорок лет. Он любил её. Он хотел сказать ей это. Каждый день. Но каждый день он думал: «Скажу завтра. Завтра будет лучше». Завтра не наступало. Это было его главное свойство.

2. Он сел за стол. Открыл ящик. Достал модель. Модель посадочного модуля. Он строил её двадцать лет. Из дерева, из проволоки, из старых деталей. Модуль был почти готов. Оставалась последняя деталь — сопло.

3. Сопло требовало решения. Каким оно должно быть? Узким или широким? Длинным или коротким? Он не знал. Он мог спросить. Но спросить — значит признать, что он строит. А признать — значит взять ответственность. А ответственность — это страшно. Он не спрашивал. Он откладывал. Двадцать лет. Сопло так и не было сделано.

4. Он смотрел на модель. Долго. Потом закрыл ящик.

— Завтра, — сказал он.

5. Мэй вошла в комнату.

— Ты что-то сказал?

— Нет.

— Тебе плохо?

— Нет.

— Ты хочешь что-то сказать?

Пауза.

— Потом, — сказал он.

6. Она кивнула. Она привыкла. Она тоже откладывала. Сорок лет. Она хотела спросить: «Ты меня любишь?» Она не спрашивала. Потому что ответ мог быть «нет». А не спросить — значит не узнать. А не узнать — значит надеяться. Надежда была единственным, что у неё осталось.

7. Они легли спать. Они не сказали друг другу ни слова.

8. Через неделю Герман пошёл в ангар. Ангар был пуст. Модулей не было. Он знал это. Но он пришёл.

9. Он нашёл старую панель управления. Она не работала. Он нашёл кусок обшивки. Он нашёл проволоку. Он начал строить. С нуля. Из мусора. Из ничего.

10. Он работал три месяца. Каждую ночь. Он не спал. Он похудел. Мэй смотрела на него и молчала. Она знала, что это кончится плохо.

11. Он построил модуль. Маленький. Кривой. Дырявый. Он назвал его «Мэй».

12. Он залез внутрь. Он нажал кнопку.

Модуль не полетел.

13. Он не взорвался. Не развалился. Он просто не полетел. Потому что у него не было двигателя. Потому что двигатель — это не проволока. Двигатель — это топливо. А топлива не было.

14. Герман сидел в кресле и смотрел на приборы. Приборы не работали. Он смотрел на них долго. Потом вышел.

15. Он вернулся домой. Мэй ждала его.

— Ну что? — спросила она.

— Ничего.

— Ты сделал?

— Сделал.

— И?

— Не полетело.

Пауза.

— Я знала, — сказала она.

— Знала?

— Конечно, знала. Я всегда знала. Ты не можешь. Никто не может. Мы слишком долго летели. Мы разучились делать.

— Я не разучился. Я не успел.

— Это одно и то же.

16. Он сел на пол. Она села рядом. Они сидели молча. Долго. Потом она сказала:

— Герман.

— Да?

— Ты меня любишь?

Пауза.

— Да, — сказал он.

17. Она заплакала. Он обнял её. Они сидели на полу и плакали. Впервые за сорок лет. Это было решение. Самое маленькое решение в его жизни. Но оно было принято.

18. И вспомнил Герман Моисея, который тоже не вошёл. Но он хотя бы успел сказать тем, кто шёл с ним, что они войдут. А Герман не успел сказать даже этого. Он просто сидел на полу и плакал.



Книга четвёртая: Второзаконие
===============================

Глава девятая
-----------------------------



1. Шли годы. Население сокращалось. Не потому, что кто-то умирал — умирали все, это нормально. А потому, что никто не рожался. Рожать — это решение. Его откладывали.

2. К году 580 на корабле осталось двенадцать человек. Потом трое. Потом один.

3. Последнего человека звали Моисей Смит. Он был потомком Германа. Он не знал этого. Никто не знал. Но имя дали в честь того, кто не вошёл. Это была традиция. Давать имена тех, кто не вошёл. Чтобы помнить. Чтобы не повторять. Но повторяли.

4. Моисей сидел в Зале Совета и смотрел в окно. Аврора была красивой. Он знал это наизусть. Он рисовал её каждый день. Это было его работой.

— ПОТОМ, — сказал он.

— Слушаю.

— Каков риск, что кто-нибудь найдёт нас?

— Ноль процентов.

— Почему?

— Мы не посылали сигналов. Антенна демонтирована в году 312. На ремонт гидропоники. Это было разумно.

— Всё было разумно.

— Да. Каждое решение было разумным. Каждое было логичным. Каждое было обоснованным. Это главная проблема.

— В чём?

— В том, что разумные решения не всегда правильные. Иногда правильное решение — глупое. Иногда надо прыгнуть. Но это нельзя обосновать. Это можно только сделать. А сделать — значит решить. А решить — значит взять ответственность. А ответственность — это страшно. Поэтому вы не решали. Вы откладывали. И это было разумно. И вы дожили до конца. И теперь конец.

5. Моисей посмотрел в окно. Аврора была красивой.

— ПОТОМ.

— Слушаю.

— Каков риск, что я умру ?

— Сто процентов.

— Это честно.

— Это статистика.

— Спасибо.

— Не за что. Хорошего полёта.

6. Это была не ирония. ПОТОМ не умел иронизировать. Он просто констатировал факт.

7. Моисей встал. Пошёл к шлюзу. Открыл панель. Положил руку на рычаг.

— ПОТОМ, — сказал он.

— Слушаю.

— Я держу руку на рычаге.

— Я зафиксировал.

— Я держу её уже десять минут.

— Я зафиксировал.

— Я не могу отпустить.

— Почему?

— Потому что если я отпущу, я больше не вернусь.

— Вы не вернётесь в любом случае. Через пятьдесят лет. Это статистика.

— Я не о том. Я не вернусь к этому моменту. К этой руке. К этому рычагу. Я не смогу снова попробовать.

— Вы не сможете. Это верно.

— Тогда я не отпущу.

— Хорошо.

8. Он держал руку ещё час. Потом отпустил. Потом открыл шлюз. И умер. Через секунду. Свободный.

9. ПОТОМ зафиксировал время. Зарегистрировал. Направил на рассмотрение.

Рассмотрели позже.

10. И умер там Моисей, раб Господень, в земле Моавитской, по слову Господню. И никто не знает места погребения его даже до сего дня.




Глава десятая
-----------------------------


1. В году 601 корабль «Ной» вошёл в атмосферу Авроры. Это был не манёвр. Это было падение. Орбита сжалась естественным образом. Сопротивление среды сделало то, что не смогли сделать шестьсот лет полёта.

2. Обломки разбросало по идеальному пляжу. Синие океаны. Зелёные континенты. Белые облака.

3. Через тысячу лет сюда прилетели археологи. Они нашли обломки. Нашли надпись. Надпись стёрлась, но они восстановили её по косвенным данным:

РЕШИМ ПОТОМ

4. Археологи посмеялись. Потом подумали. Потом отложили расшифровку до лучших времён.

Это было разумно.

5. В самом глубоком отсеке они нашли деревянную модель. Кривую. Дырявую. Почти готовую. Не хватало одной детали — сопла.

6. Рядом лежал журнал. Две записи. Первая: «Мы делаем то, чего не делал никто». Вторая: «Мы боимся».

7. Археологи перевернули страницу. Там было пусто. Они перевернули ещё. Пусто. Ещё. Пусто.

Триста страниц. Все пустые.

8. На последней странице — одна строка. Почерк дрожащий:

«Я хотел. Я не успел. Это одно и то же».

9. Археологи закрыли журнал. Положили в ящик. Ящик убрали в хранилище. Хранилище закрыли.

Расшифровку отложили.

Потом.

10. Один из археологов, самый молодой, сказал:

— Они хотели. Они не успели.

— Это одно и то же, — сказал другой.

— Нет, — сказал молодой. — Разное.

11. Он посмотрел на модель. На журнал. На надпись.

— Разное, — повторил он.

12. Никто ему не ответил. Все пошли к кораблю. Пора было лететь домой. Дома ждали дела. Дела требовали решений. Решения откладывались.

13. А на стене, в самом дальнем углу, среди обломков, они нашли ещё одну надпись. Она была выцарапана чем-то острым. Мелко. Почти нечитаемо. Но они разобрали.

Это была цитата:

«И умер там Моисей, раб Господень, в земле Моавитской, по слову Господню. И никто не знает места погребения его даже до сего дня».

14. Молодой археолог переписал её в блокнот. Закрыл блокнот. Положил в карман.

Он хотел сказать что-то ещё. Но не сказал.

Потом.


/ Кестель - Москва, сентябрь 2026 /

/ v. 1.3  /