Лосёвая икра

Ну, раз пошла такая пьянка… зачёркнуто… воспоминания, то я предлагаю «продолжить банкет».

— Про Очки! Про Очки! — просят в предыдущих постах о пивных барах «Жигули» и «Вена».
Мы продолжим вспоминать «Питер, которого вы не знаете» с того пивного зала, который был в этом месте до пивбара «Колос», прозванного «Очками», а также «Конюшней», «Казанью» и другими эпитетами.
Этим заведением являлся пивной зал № 51 от пивзавода «Красная Бавария».
Открылся зал в 1959 году (по другим данным — в конце 1964 года) и закрылся в 1973 году в связи с ремонтом дома № 27 по Невскому проспекту, в котором зал и размещался.
А если быть ещё точнее — с разрушением углового здания дома № 27 по Невскому проспекту.
При строительстве метро этот дом разобрали, а потом построили его полный макет (с сохранением внутренней планировки) на новом фундаменте, подняв примерно на полметра — чтобы цоколь находился на той же отметке относительно уровня мостовой, что и при изначальной постройке.
Здесь я хочу заметить одну вещь для критиков подобных воспоминаний.
Санкт-Петербург — Петроград — Ленинград всегда славился питейными заведениями, и многие творческие личности — не буду их перечислять, их тысячи — проводили свободное время не только в ресторанах, но и в пивных барах и залах. Тем более что в 40-х — 70-х годах ещё были живы легендарные пивовары начала XX века, и ленинградское пиво отличалось высоким качеством и вкусом.
Иногда именно в пивных Музы посещали будущих композиторов, художников и писателей. Именно здесь приходило вдохновение на создание тех произведений литературы и искусства, которыми мы восхищаемся до сих пор.
По воспоминаниям завсегдатаев, в 60-х годах местные называли пивной зал «Техасом» или «Под Думой».
Бутылка «Ленинградского» (0,5 литра) стоила 50 копеек. 16 % начального сусла.
Ещё я помню, что:
«Рижское» (0,5 л) — 35 копеек,
«Мартовское» — 39 копеек,
«Невское оригинальное» — 42 копейки,
«Жигулёвское» — 31 копейка.
И, конечно, здесь можно было застать «Двойное Золотое»! Мне довелось испробовать сей напиток, но цену я не помню.
Официантами и буфетчиками работали только мужчины, носившие длинные, ниже колен, чёрные передники.
К пиву подавали горячие сосиски с зелёным горошком, креветок, раков, вяленую воблу, лещей, копчёную скумбрию, брынзу, сыр, солёные сушки и ржаные солёные сухари. Стала появляться солёная «соломка».
Например, набор из скумбрии холодного копчения и солёных сушек стоил 20 копеек.
Столько же стоил набор с сыром или брынзой и солёными ржаными сухарями.
На фото мы видим:
«Пивной зал № 51 работает с 11 часов до 23 часов. В понедельник — с 11 (одна единичка затёрлась) до 22 часов».
Ну и, конечно — «Свободных мест нет».
Как мне подсказали знакомые, швейцара зовут Фима.
Контингент здесь был «солидный, налитой»: преподаватели институтов, спекулянты с Апрашки, работники Гостиного Двора, ну и, конечно, воры и фарцовщики. Куда без них?
Силовых единоборств я здесь не видел, хотя заходил несколько раз — правда, днём, выпить пару стаканчиков прохладного пива.
Кстати, чтобы прочувствовать весь вкус и аромат напитка, пиво должно быть +12 °C.

А вот небольшая зарисовка о том, как я торговал пивом в пивном баре на Суворовском проспекте, 57, в 1984 году.
Больно не бейте — я не Веллер, и на выпускном экзамене по русскому языку (сочинение) у меня была «пара».
Ну и, конечно, я сгладил нецензурную речь, на которой разговаривали участники пивопития.

…Как только пена поднялась над кружкой, Жорик закрыл кран и отставил кружку слева от себя на специальный поднос с дырочками, встроенный в прилавок.
Это место называлось — «место для отстоя пива».
Жорик стоял на розливе потому, что буфетчик Бублицкий, по кличке Бублик, и повариха Дохлая распивали «маленькую» в коридоре позади барной стойки и подглядывали в зал через приоткрытую дверь.
«Четвертинку» водки Бублик выставил за то, что Дохлая обещала зашить ему брюки, которые он разорвал «по-жопе», присев и подскользнувшись у пивной бочки в ёмкостной комнате.
Поэтому Бублик стоял без брюк — в белой рубашке с чёрной «гаврилой»* и в кальсонах с отвисшим задом.
На кальсонах были нарисованы то ли утята, то ли поросята.
Жорик стоял в дверях, слушая, что говорят Бублик с Дохлой, и наблюдал за залом.
— Нууууууу поправляяяяяет!!! — почесывая разные места на своём туловище, произнёс Бублик. Рот в это время зажёвывал «полтинник» осетриной.
— Фу! Какой ты грубый! — игриво произнесла Дохлая.
— Зато честный! — отпарировал Бублик, закуривая.

К стойке подошёл посетитель с ленинской бородкой и в цветастом галстуке.
— Иди, вон видишь — пидольеро ждёт, — сказал Бублик Жорику и, обращаясь уже к Дохлой, спросил:
— Завалю, будешь? — и кивнул на «пидольеро».
— Слушаю вас, — вежливо, но хмуро, по-советски, произнёс Жорик, подходя к крану.
— Здравствуйте. Два пива, прибор и вот это… канапе с красной икрой, пожалуйста, — манерно произнёс «пидольеро», указывая пальцем на меню, висевшее на стойке.
— Канапе, — поправил Жорик, простив «прибор».
— Ну да… — вглядываясь в меню, согласился носитель бородки. Она была у него ухоженная, как клумба с цветами напротив Смольного.

Жорик налил пиво и поставил кружки на место для отстоя пены.
Повернувшись к двери, он громко сказал:
— Одно с красной!
И, повернувшись к «пидольеро», спросил:
— Набор с чем?
— А вот этот, эээ… с макаронами, пожалуйста, — ответил тот, указывая на тарелку с куском копчёной ставриды и солёной соломкой.
— Это не макароны, — хмуро заметил Жорик.
— А что, позвольте спросить?
— Это соломка.
— А какая разница? — не унимался «пидольеро».
Сзади него пристроились в очередь четыре человека, зашедшие в бар и потирающие руки с мороза.
— Извините, а почему вы не доливаете пиво? — продолжал человек с бородкой.
— Сейчас отстоится и долью.
Жорик поставил «прибор с макаронами» на барную стойку и долил пиво.
Тут из-за двери появился Бублик в «гавриле» и кальсонах с поросятами и, со словом «плиииииизззз», поставил тарелку с канапе перед «бородой» и быстро исчез за дверью.
Все продолжали смотреть на то место, где только что были отвисшие кальсоны.
— А почему икра какая-то жёлтая? Ведь написано — красная, — скривился «пидольеро».
— Слушай, борода, тебя обслужили? Всё! Давай, отваливай, — произнёс один из стоящих в очереди.
Жорик отсчитал сдачу и пробил чек.
— Пожалуйста, — произнёс он, подавая «бороде» деньги и чек.
— А это что за новшества? — спросил «пидольеро», рассматривая чек. — Нигде в пивбарах чеки не выдают.
— «Кучер»** приказал, — прыснул от смеха тот же голос в очереди.
— Всё, отваливай нахрен, — хмуро сказал стоящий за бородатым человек в коричневом свитере.
— Я бы вас попросил! — по-ленински взвизгнула «борода». — Я жду, когда мне принесут то, что я заказывал — красную, крас-ну-ю ик-ру!
— Всё, гандон! Жди вот здесь, в стороне! — сказал «коричневый свитер», отодвигая «пидольеро» в сторону.
— Что вы себе позволяете? — дёрнулся бородатый, упираясь и хватаясь руками за барную стойку.
— Ты что, интеллигент, ср…ый?! — прорычал ещё один из очереди и, схватив «пидольеро» одной рукой за ворот, второй взял канапе с икрой и размазал его по лицу бородатого. После этого он схватил кружку с пивом и вылил её на то же лицо.

— Слу-уша-ай, Д-ооооххх-лая… — произнёс по слогам Бублик, широко расставив ноги в кальсонах. — Испра-авь в меню сл-ово «красная» на «лососёвая», тьфу… ло-сё-сё-сёвая.
— В тебя исправить? — ощерилась Дохлая. — На лосевые?

* «гаврила» — галстук-бабочка
** «кучер» — Константин Устинович Черненко

https://www.facebook.com/share/p/1A3iU7HS47/