Клоака

Где е я остановился? Ах да, на углу Суворовского и Тульской. Вспоминали дом 65. Давайте поедем за тетрадками и игрушечным пистолетом в магазин на Суворовском, 57. Перейдём Суворовский и сядем на остановке у булочной в доме 56 на троллейбус № 5 или № 7. Нам одну остановку до «Пролетарского» — так называли гастроном № 7 в доме 36.

Пока ехали, игрушечный исчез — там потом был пивной бар, а теперь гриль-бар. Пошли, заглянем…
Там сейчас «Греми». А тогда, в 1985-м, — просто «Шалман».
Как ели-пили и наливали-жарили — мы уже вспоминали.
А вот как торгашей и халдеев ловили — этого мы не вспоминали.
ОБХСС. Чувствуете — эс-эс… хрипяще-сипящее. Напоминает что-то…
Отдел по борьбе с хищениями социалистической собственности — боролся этот подотдел… зачёркнуто… ментовской отдел — с расхитителями государственной собственности. А расхитители боролись с этой «эсэс».
Чаще всего побеждала дружба! Кушать хотелось всем.
Но вот в тот день 1985 года «эсэс» вышло на охоту. Вернее, ОБХСС Смольнинского района заслало «спецназ» в гриль-бар по адресу: Суворовский проспект, дом 57 — для «контрольной закупки». Это когда проверяются торговые точки и точки общепита на предмет махинаций. Замеряются объёмы и вес отпускаемой покупателю продукции.

…Жорику сразу не понравилась четвёрка «студентов» — так он их определил по внешнему виду и манерам поведения, — которые зашли в бар и изучали меню.
Зашёл Жорик в свой выходной навестить напарника — буфетчика Серёгу по кличке «Клоака».
Кличку тот получил за то, что, когда играл в карты или домино и открывал розданные себе карты или костяшки, всегда выносил себе приговор:
— Клоааааака…
Два парня и две девахи заказали бутылку «Енисели» за 33 рубля 50 копеек, четыре холодные закуски с твёрдой колбасой, четыре цыплёнка табака, четыре сока манго, какие-то конфеты и сигареты…
И сели за стол в самом дальнем углу.

Время было после полудня, до обеденного перерыва. В баре никого не было — в Питере зверствовали «патрули». Ловили прогульщиков и тунеядцев в рабочее время в кинотеатрах, ресторанах, барах, банях. Андроповские указы никто не отменял.

Четвёрка вела себя тихо. Клоака и Жорик приглядывали за ними из-за двери. Ничего не вызывало подозрения, но была какая-то напряжённость в их компании. Они пили и ели. Выходили покурить в «предбанник».
И вот по прошествии некоторого времени от стола поднялся парень и нетвёрдой походкой подошёл к стойке и заказал 150 граммов коньяка и одну холодную закуску с твёрдой колбасой.
Рассчитался и, взяв графин с коньяком, пошёл за стол. Жорик дал сигнал Клоаке и повару, что ему это не нравится. За столом ещё был недопит первый графин с коньяком — граммов 50–75… Советские люди не хватали новое бухло, пока не допивали старое.
Повар нарезал порцию колбасы и вынес на стойку. Клоака объявил о готовности заказа.
Из-за стола встала деваха и подошла к стойке, неся в руке графин со 150 граммами «Енисели».
Поставив графин на стойку, она объявила:
— Контрольная закупка! — и показала бумаги с направлением из ОБХСС.
Дальше начался цирк с джигитовкой на ишаках!

Два парня были пьяны. Видимо, они взяли удар на себя и высосали почти всю бутылку коньяка на двоих. Пузырь развёз одного вдребезги — он держался за ящики с пустыми бутылками в подсобном помещении.
Девахи достали лабораторный мерный стакан и сказали, что будут замерять содержимое графина.
Вылив 150 граммов коньяка в мерный стакан, они заявили, что не хватает 10 граммов.
В этом месте Жорик взял ситуацию в свои руки и произнёс громкую речь, показывая Клоаке глазами, чтобы тот запоминал:
— Во-первых, при контрольной закупке проверяющий не имеет права брать своими руками проверяемый продукт. Тем более — уносить его за стол, вне видимости буфетчика. Мало ли сколько вы там из него высосали?
Во-вторых, при измерении алкоголя мерный стакан должен быть сполоснут идентичной жидкостью, так как в нашем случае коньяк из графина перельётся в мерный стакан не полностью — часть останется на стенках графина. Вам знакомы такие понятия, как вязкость и налипание жидкости? Адгезия, когезия? Закон Паскаля? Закон Гогена — Пуазёйля?

При слове «Пуазёйль» одному студенту стало плохо, и он надул щёки. Проглотив «Пуазёйля», он сказал, что всё «нормаль».
Деваха заявила, что всё равно запишет нехватку 10 мл коньяка марки «Енисели» — а это 67 копеек.
Это значит, что если со 150 граммов «украдено» 67 копеек, то с бутылки — примерно 2 рубля 50 копеек. Умножить на количество бутылок, которые продал Клоака за свою деятельность буфетчиком, — и… Клоака может смело готовиться к командировке на Колыму лет на шесть.
Тут Жорик стал возмущаться и, отодвинув Клоаку, схватил мерный стакан и показал, что всё чётко — 150 граммов в стакане!
Правда, никто не заметил, как Жорик, жонглируя стаканом, выдавил из салфетки, зажатой в ладони, несколько капель недостающей жидкости, которую он незаметно туда плеснул.
В этом месте студентов схватил ступор, и деваха попросила позвонить. Она позвонила, и на другом конце провода попросили позвать буфетчика. То бишь — Клоаку.
Клоака представился и повторил всё то, что услышал от Жорика, свалив в одну кучу «Паскаля — Пуазёйля» и обозвав эту кучу гугенотами.
Он также добавил, что закупка была проведена с нарушениями, он ничего подписывать не будет, и никакая инквизиция его к этому шагу не принудит, так как все закупщики пьяны в хлам.
В трубке позвали деваху, и все услышали вопли про дебилов, чему их только учат в институтах и школах, куда смотрят родители и почему дебилы не следовали инструкциям, которые им вдалбливали в отделе ОБХСС на Мытнинской, 3.
Короче — полная клоака!

Дебилы оказались студентами торгового института. Менты завербовали их, пообещав халявную еду и выпивку. Плюс тусовку в кабаках и характеристику по месту учёбы.
Клоака вернул им все деньги, которые они потратили. Их нужно было сдать обратно в ОБХСС. Около 80 рублей. Теперь Клоаке надо было покрыть убытки от ментовского налёта за свой счёт. А вернее — за счёт советских тружеников.
Конечно, этим всё не закончилось. Жорику пришлось поить знакомых «мусоров», чтобы те как-то договорились с обэхээсэсниками. А потом — поить и само ОБХСС, чтобы отстали.
Также были оповещены все кабаки Смольнинского района о лазутчиках-дебилах из торгового института.
Вот такая вот «клоака»!

Да! Будете в «Греми» — помяните буфетчика Клоаку… зачёркнуто… Сергея Алексеева. Добрейшей души был человек.

UPDATE В комментариях усомнились в цене на коньяк «Енисели»
Пока я жив - записывайте.
В розничной продаже в 1985 году в Ленинграде грузинский коньяк КС (коньяк старый) «Енисели» ( крепость 43*, сахар 0.7%) стоил 25 рублей 80 копеек (включая стоимость бутылки 0.5 литра - 20 копеек)
Самый дорогой грузинский, который был в розничной продаже, марочный коньяк КС «Вардзия» (43*, сахар 0.7%) стоил 33 рубля 80 копеек. Правда, встретить его в магазинах было почти нереально. Легче было купить французский коньяк.
Коньяк «Енисели» продавался в гриль-барах с ресторанной наценкой и стоил 33 рубля 50 копеек (без стоимости бутылки)
Продажа алкоголя с ресторанной наценкой «на вынос» была запрещена. Для этого на этикетки алкогольной продукции наносился штамп предприятия, торгующего этой продукцией с наценкой.
Коньяк *** (три года выдержки, крепость 40*, сахар 1.5%) в розничной продаже в 1985 году в Ленинграде стоил  в 13 рублей 80 копеек ( включая стоимость бутылки 20 копеек)
Коньяк **** ( четыре года выдержки, крепость 41*, сахар 1.5%) - 14 рублей 80 копеек
Коньяк ***** ( пять лет выдержки, крепость 42*, сахар 1.5%) - 15 рублей 80 копеек.

Кстати, грузинский коньяк КВВК «Греми» (крепость 43*, сахара 0.7%) в Ленинграде в 1985 году в розничной продаже стоил 19 рублей 80 копеек.

https://www.facebook.com/share/p/1Bbvrvm1wx/