Глава 2. Метод прусского короля запущен

Да, я ко всему была готова, но информация от Макса меня ввела в мощный эмоциональный шок. Я буквально зависла в ступоре и ничего не соображала. Это как же такое может быть? Ведь среди белого дня в серьёзном учебном заведении со множеством снующих во все стороны, как муравьи, студентов и преподавателей всех должностей и званий произошло такое ужасное безумие! Просто, дикая жесть! Куда мы только катимся? На такое способен лишь настоящий маньяк-садист или жестокий извращенец! Так искренне в тот момент думала я, потрясённая неожиданной страшной информацией.
Максим попросил меня съездить в университет, чтобы окунуться в знакомую студенческую среду с целью общения с девушками-очевидцами той группы и со знакомыми преподавателями. Беседа должна состояться очень ненавязчиво и осторожно. Будто бывшая студентка родного учебного заведения проявляет обыкновенное женское любопытство, поскольку получила ошеломляющее потрясение от того ужасного впечатляющего события. Словом, предстоящая задача была довольно непростая и требовала особой тонкости и чрезмерной деликатности.
Признаюсь, у меня сохранился студенческий билет. Да я сама, скажу без ложной скромности, была так молода и обаятельна, что вполне могла сойти за любопытную вездесущую студентку. У меня красивая фигура, довольно выразительные серо-зелёные глаза и длинный каштановый волос. Мне двадцать четыре года, я нравлюсь мужчинам, но я ещё не замужем. Конечно, у меня был в недалёком прошлом друг, и мы с ним просто дружили. Друг был очень тороплив и хотел большего, поэтому мы быстро расстались. Я его не любила, и наше расставание с моей стороны прошло легко и безболезненно.
По просьбе брата я приехала в университет ближе к обеду. Был обычный студенческий день. Нужно сказать, что я сразу же окунулась в привычную студенческую атмосферу. На многих это ужасное происшествие произвело несуразное или трудно понимаемое впечатление. Студенки, испытавшие на себе пошлые намёки и навязчивые приставания похотливого и оборзевшего в край преподавателя-извращенца, нисколько не сочувствовали ему и считали, что страдания, доставленные тем решительным таинственным незнакомцем, получены им справедливо и заслуженно. Многие девушки, как оказалось, восхищались загадочным бескомпромиссным защитником девичьей чести. Они по этому поводу на удивление преподавательского коллектива даже нисколько не скрывали своей внезапно нахлынувшей явной радости, и они вместе с радостью испытывали странное и необъяснимое для большинства просвещённых морально-нравственное удовлетворение.
Встречаясь с каждым знакомым преподавателем, я в ходе доверительной беседы ни о чём осторожно переходила на нужную мне щепетильную тему и пыталась хоть как-то выяснить какие-нибудь дополнительные детали или зацепки в таинственном скрытом преступлении. Но никто толком ничего не знал и не мог сказать, кроме того, что я уже узнала от Максима. Складывалось такое впечатление, будто преподаватель сам разделся, sorry, dear readers, the teacher stuck a green cucumber in his ass (извините, дорогие читатели, учитель засунул себе в задницу зеленый огурец), заклеил себе рот, обнял со всей присущей ему природной страстью колонну и при этом ловко, словно талантливый фокусник, умудрился связать сам себе руки.
Я отчаялась, усиленно думая, что ещё бы предпринять.
«Ладно, схожу-ка лучше в студенческую столовую, а там видно будет! - решила я, уловив соблазнительный аппетитный запах, доносившийся из большой студенческой столовой. Я неожиданно почувствовала дикий голод и жадно сглотнула появившиеся обильные слюни. – Вот такой вот из меня получился горе-следователь! Война войной, а обед по расписанию!».
Мне нравилось это выражение. Когда я попадала в сложную ситуацию и не находила сразу достойного выхода, я бросала все дела на самотёк и баловала свой желудок сытным вкусным обедом. Моё нежное тело, получая истинное физическое удовольствие, неразделимо радовала и мою трепетную душу, а та в знак глубокой благодарности со всей присущей ответственностью помогала мне родить самые нужные и необходимые идеи и мысли.
Кстати, автором выражения «война войной, а обед по расписанию» является прусский король Фридрих Вильгельм Первый. Его часто называли королём-солдатом, потому что он участвовал во многих сражениях, особенно, когда еще не был королем. Фридрих Вильгельм Первый дружил с Петром Первым.
А суть этого выражения такова: чтобы не случилось, солдат или работник всегда должен быть накормлен, иначе из него будет плохой солдат или работник. Вот я и решила таким обеденным способом побывать в образе прусского короля Фридриха Вильгельма Первого. Тогда точно обстановка и все события сложатся так, как надо, и у меня всё получится!
В тот момент, к сожалению, я ничего не могла больше придумать.
Ребята, вы меня, конечно, простите, но я чертовски проголодалась! Тут ещё такой соблазнительный запах – умереть не встать! Одним словом, я дико хочу есть! Да, друзья, у нас заодно появилась возможность проверить метод прусского короля Фридриха Вильгельма Первого. А вдруг сытный обед и вправду подействует! У нас наклюнется идея или какая-нибудь здравая мысль, а там глядишь, что-нибудь и получится!..
Я с оптимизмом и вспыхнувшей надеждой впорхнула в студенческую до боли знакомую столовую. Какие приятные аппетитные запахи! Ни капельки ничего не изменилось за время моего отсутствия после окончания университета.
War is war, and lunch is on schedule! (Война есть война, а обед по расписанию!) – с радостным чувством пропела моя неугомонная душа.
Я окинула взглядом переполненный обедающими людьми зал столовой, пытаясь определить свободный столик. На меня с интересом смотрели весёлые любопытные лица. Бог ты мой, оказывается я волшебную фразу произнесла вслух. Хоть эта фраза и прозвучала на английском языке, всё равно видимый эмоциональный настрой моего жаждущего желудка выдал спрятанные глубоко в душе все сокровенные желания и сугубо личные тайны. Мой насыщенный чувственный тембр прозвучавшего звонкого командного голоса был понятен по смыслу без перевода и придал всем присутствующим без исключения всеобъемлющий восторженный вид.
- Настя!.. Маркова!.. Иди к нам! – неожиданно раздался за спиной чей-то знакомый женский голос.