Ответный ход...

В гаражном кооперативе «Искра» стоял густой запах машинного масла, дешевого табака и предвкушения пятницы. Сергей, мужик солидный, с легкой проседью в бороде, сидел на перевернутом ящике из-под запчастей и крутил в руках пустую банку из-под пива.

— Мужики, — начал он, обводя взглядом компанию, — вы мне скажите, я дурак или лыжи не едут?

Петрович, который как раз перебирал карбюратор, поднял голову:
— Чего стряслось, Серега? Опять жена на диету посадила?

— Да если бы! — Сергей нервно дернул плечом. — Короче, на восьмое марта решил я жене подарок сделать. Ну, думаю, она вечно жалуется, что за зиму пару кило набрала. Пошел, купил навороченные весы. С блютузом, с анализом жировой массы, с графиками в телефоне. Красивые, стеклянные, блестят!

— Ну, — хмыкнул молодой Димон, — подарок полезный. И что?

— Что-что… Подарил. Она посмотрела на них так, будто я ей не весы, а повестку в суд вручил. Улыбнулась, правда, поблагодарила. А тут у меня день рождения на днях был. Захожу домой, на столе коробка. Красивая, в бантиках. Открываю — а там… линейка.

В гараже повисла тишина. Только где-то вдалеке капала вода с протекающей крыши.

— Какая линейка? — осторожно спросил Петрович, откладывая гаечный ключ.

— Обычная, — вздохнул Сергей. — Деревянная, школьная, тридцатисантиметровая. С таблицей умножения на обороте. И записка: «Чтобы ты всегда знал, что к чему».

Димон прыснул в кулак, но тут же осекся под тяжелым взглядом Петровича.

— И что ты понял? — спросил Петрович, вытирая руки ветошью.

— Да ничего я не понял! — взорвался Сергей. — Я сижу, смотрю на эту линейку, она на меня смотрит. Я ей говорю: «Марин, это что, намек?». А она плечами пожала и говорит: «Ну, ты же хотел, чтобы я за цифрами следила. Вот, теперь и ты будешь. А то у тебя вечно всё «на глаз», а глаз-то, судя по всему, уже не тот».

Петрович медленно закурил, выпустил кольцо дыма в потолок и философски заметил:
— Серега, ты, конечно, мастер спорта по созданию проблем на ровном месте. Весы — это был твой первый ход. Она его приняла. А линейка — это её ответный ход. Это, брат, не просто подарок. Это шах и мат.

— В смысле? — не понял Сергей.

— В прямом, — вступил в разговор молчаливый Михалыч, который до этого момента просто точил нож. — Весы — это про её вес. А линейка… ну, ты сам подумай. Она тебе намекает, что пора бы тебе начать измерять свои поступки. Или, скажем так, масштаб своих «косяков».

Сергей почесал затылок, посмотрел на свои руки, испачканные в мазуте, и вдруг тихо рассмеялся.

— Слушайте, а ведь она права, — сказал он, улыбаясь. — Я ж вчера, когда весы ей дарил, еще и абонемент в спортзал приложил. Типа «в комплекте дешевле».

— Ну, тогда линейка — это еще по-божески, — резюмировал Петрович. — Могла бы и транспортир подарить. Чтобы ты угол наклона своей наглости измерял.

Мужики дружно заржавели. Сергей допил пиво, встал и похлопал себя по карману, где лежала та самая линейка.

— Ладно, — сказал он, направляясь к выходу. — Пойду домой. Попробую измерить, сколько мне осталось до того момента, как она меня из дома выставит.

— Ты это, — крикнул ему вслед Димон, — линейку-то не теряй! В хозяйстве вещь нужная. Особенно когда надо понять, где заканчивается терпение жены и начинается твоя новая жизнь в гараже!