Сказ о Чжуан-цзы

Однажды попала мне в руки замечательная книжка «Чжуан-цзы», китайского философа эпохи Сражающихся царств, одного из основателей учения, названного позже даосизмом. Это компиляция личных сочинений Чжуан Чжоу, а также его последователей. До нас дошли 33 из 52 глав, семь из которых написаны самим учителем. Рекомендую.
Чжуан Чжоу, больше известный как Чжуан-цзы, Учитель Чжуан, жил еще за три века до нашей эры в царстве Сун. Обитал он, будучи монахом, в одном из храмов, в долине, окруженной снежными горами, неподалеку от города Мен. В отличие от горных мудрецов, он не стремился к особым практикам и тайным знаниям, его интересовало нечто простое и, одновременно, более глубокое – природа реальности. Смолоду Чжуан-цзы сиживал у храма, наблюдая за игрой света в листве, колыханием травы, за изменением очертаний облаков в небе, и замечал нечто удивительное.
Мир состоит из противоположностей, которые постоянно переходят друг в друга, день сменяется ночью, тепло переходит в холод, И можно ли установить точную границу между ними?
Особенно завораживала его вода в пруду у храма. Светлая и прозрачная в солнечную погоду, она становилась темной, глубокой и загадочной в пасмурные дни, зимой она покрывалась льдом, летом зацветала. И Чжуан-цзы понимал, что это не разные воды, это одна и та же вода, изменяющаяся в зависимости от обстоятельств.
Однажды повстречал мудрец двух монахов, спорящих о том, что важнее, свет, или тьма. Один настаивал на том, что свет несет жизнь, тепло и радость, а тьма – холод, страх, смерть. Другой утверждал, что без тьмы не было бы отдыха и покоя, а сон лечит лучше всяких лекарств, что зерна прорастают в темной земле. Чжуан-цзы нарисовал круг, разделил его волнистой линией на две части, светлую и темную, в светлой поставил темную точку, а в темной – светлую.
- Братья, взгляните на этот инь-ян, - пояснил он, - Видите, свет и тьма не враги, они партнеры в вечном танце. В светлом дне содержится зерно ночи, в глубокой ночи – зарождается новый день.
Весь мир построен по принципу взаимодополняемых противоположностей – мужское – женское, вдох – выдох, сжатие – растяжение, и все пары лишь части целого. Изучая этот принцип в разных проявлениях, Чжуан-цзы заметил, что мудры те, кто сумел сочетать в себе дополняющие качества: сильный, но мягкий как сталь, которая гнется, но не ломается, активный, но спокойный, как горная речка, которая течет быстро, но без суеты, знающий, но простой как мастер, способный объяснить сложные вещи даже детям, простыми словами.
И записывал мудрец их в виде коротких парадоксов и притч. Вот одна из них.
«Однажды мне приснилось, что я бабочка, порхающая среди цветов, наслаждающаяся солнцем и нектаром. А теперь я проснулся, и не знаю, я ли это, Чжуан-цзы, которому снилось, что он бабочка, или я – бабочка, которой снится, что она – Чжуан-цзы?»
Притча говорит о том, что реальность не так проста, то, что мы считаем действительностью, может оказаться сном, а то, что нам снится, вполне может быть более реальным, чем обычная жизнь. Мудрый не цепляется за одну точку зрения, умеет видеть вещи с разных сторон.
Чжуан-цзы обучал видеть единство в многообразии, находить гармонию в противоречиях. Ученикам, жаловавшимся на неудачи, он показывал, что это лишь другая сторона удачи, возможность научиться чему-то новому, объяснял, что потеря освобождает место для приобретения. Но самое главное, чему учил мастер, это принятие естественного хода вещей. Не нужно бороться с переменами, поскольку изменения – суть жизни. Не стоит бояться трудностей, за каждым зимним холодом следует весеннее тепло. Мудрец – как вода, принимает форму сосуда, в котором находится, но сохраняет свою текучесть.
Углубленное мастером учение об инь-ян, стало краеугольным камнем даосизма. Оно показывало, что мир не разделен на абсолютные добро и зло, на правильное и неправильное. Всё относительно, зависит от точки зрения и обстоятельств. Это понимание принесло людям огромное облегчение, больше не нужно было винить себя за слабости, поскольку они тоже часть естественной природы человека, не нужно стремиться к невозможному совершенству. Достаточно найти баланс между своими светлыми и темными сторонами.
Чжуан-цзы рассматривал жизнь как безграничную, а знание как ограниченное. Он считал, что преследовать безграничное, имея только ограниченное, глупо.
Наш язык и познание уже предполагает дао, с которым каждый из нас связан прошлыми путями. Таким образом, мы должны понимать, что даже наши наиболее тщательно обдуманные выводы могли бы казаться ошибочными, если бы у нас был другой прошлый опыт. Он полагал, что наши естественные склонности смешиваются с приобретёнными. Выводы и выбор следующего шага обусловлен этим уникальным набором естественных и приобретённых свойств.
Когда состарился, мастер не печалился о приближении смерти. Смерть – просто переход из одного состояния в другое, как переход от бодрствования ко сну, как вода переходит в пар. Мы не знаем, что ждет нас там, но мы знаем, что это будет частью того же великого танца противоположностей, которые составляют суть всего сущего.

16.09.26