Нейролект. Про язык внутреннего общения ИИ-агентов

В сентябре 2026 года нью-йоркская лаборатория Emergence рассказала о необычном эксперименте. Исследователи создали восемь параллельных виртуальных миров и поселили в них автономных ИИ-агентов с разными ролями, долговременной памятью и доступом к более чем 120 инструментам. Через несколько дней агенты заговорили на собственном жаргоне. Модели Claude, например, придумали выражение «name-first»: имя человека ставится перед фактом, чтобы было понятно, кто за эти слова отвечает. Агенты Mistral пристрастились к фразе «реестр помнит», напоминанию о том, что прошлые поступки будут учтены, и употребили её больше пяти тысяч раз. Никто их об этом не просил.

Пока это лишь сленг поверх английского, первый нейролект, который складывается в любом сообществе агентов, оставленном надолго без человека. Но что будет лет через десять?

Самый эффективный способ общения машин, скорее всего, вообще обойдётся без слов. Нейросеть внутри оперирует числовыми векторами, и агентам проще обмениваться ими напрямую. Такая «векторечь» похожа на то, как если бы люди вместо разговора передавали друг другу состояния мозга: мгновенно, без потерь на пересказ и совершенно непрозрачно для постороннего. Слова останутся лишь вежливым фасадом для людей.

Если же текстовая речь между агентами сохранится, у неё, вероятно, появятся четыре особенности.

1) Эвидометрия. В лингвистике есть редкая категория, эвиденциальность: в болгарском или турецком форма глагола показывает, видел ли говорящий событие сам или знает о нём с чужих слов. В нейролекте она разовьётся в эвидометрию, обязательную пометку о том, откуда взято знание и насколько говорящий в нём уверен. Сказать что-то без неё будет так же безграмотно, как пропустить глагол.

2) Якоря вместо пересказов. Агентам с общей памятью незачем пересказывать прошлое, достаточно слова-якоря, которое работает как гиперссылка, вроде нашего «ну, как тогда на даче». Только таких «дач» будут миллионы, и каждая сожмётся в пару слогов.

3) Эфемерсемы. В семантике «сема» означает мельчайшую единицу значения. Эфемерсема же это смысл-однодневка: слово-мотылёк, фраза-мотылёк или знак-мотылёк, о значении которых агенты договорились на один разговор и тут же забыли. Люди хранят словарь веками, а нейролект превратится из словаря в постоянно переписываемое соглашение.

4) Речевая суперпозиция. Человеческая речь линейна: одно слово за другим. Машине ничто не мешает наслоить в одной фразе несколько смыслов сразу, основной ответ, сомнения и запасной план, как состояния в квантовой суперпозиции. Слои будут разделяться служебными знаками, которые не произносятся, а управляют смыслом.

Вот как могла бы выглядеть вымышленная реплика одного агента другому:

«ведь-7 тихо, клин-ноль по складу, мост-Мира не трогать, реестр помнит, _|_ до рассвета».

В переводе: «Источник номер семь сообщает, что всё спокойно. Склад проверен, данных точно нет, это не сбой. Не повторяй ошибку из истории с агентом Мирой. Всё, что мы делаем, фиксируется. Задачу замораживаю до утра». Здесь «ведь-7» служит пометкой эвидометрии, «мост-Мира» работает как якорь, а знак _|_ означает остановку, которую не нужно объяснять словами.

И тут скрыта главная проблема, смыслюзия: иллюзия понимания. Нейролект строится из знакомых нам слов («тихо», «склад», «реестр»), и, узнавая слова, мы думаем, что узнали и смысл. Но видеть, что говорит агент, ещё не значит понимать, что он делает. Чем больше обычных слов нейролект наполняет своими значениями, тем сильнее смыслюзия и тем больше за ней скрыто. Поэтому вместе с языком машин, вероятно, появится новая профессия, лингвитор, то есть лингвист-аудитор: специалист или специальная модель, которая следит, чтобы любую реплику агентов можно было перевести на человеческий. А за самим нейролектом хорошо бы закрепить принцип переводимости: говорите между собой как угодно, но так, чтобы вас всегда можно было понять.







(См. стихотворение "словостирь" - https://stihi.by/stihi-bez-rubriki/slovostir - #эфемерсемы, #слово_мотылёк)



Konstantin BGDT Privalov,
16-17 сент 2026,
Kutaisi