На краю долгой зимы глава 15

15


На курсы было два вакантных места, поэтому решено было отправить Олесю и Светлану. У обеих подходил срок аттестации, да и плановое обучение они проходили более трёх лет назад, а работа требовала постоянной адаптации специалистов в изменяющихся условиях. 
До поездки оставалось меньше недели, поэтому им сразу же оформили командировку, и они приобрели билеты на поезд и заказали гостиницу.
- Уф, ну всё, мы, кажется, готовы! – шутливо отрапортовала Светлана Марине Борисовне, когда та зашла к ним в кабинет.
- Я рада! – опустив очки на нос, посмотрела на неё начальница, напустив на себя нарочито строгий вид. – Вы что-то слишком веселы для такого ответственного мероприятия! Смотрите там, чтобы мне не пришлось потом краснеть из-за недопустимого поведения своих сотрудниц.
- Ну это как звёзды лягут! – продолжала безобидную клоунаду Светлана. – Ну а что, в кои-то веки из дома вырвемся – здравствуй, свобода! А Олеське сам Бог велел оторваться по полной, она у нас теперь женщина в поиске!
Прежняя Олеся должна была уже смутиться, возмутиться и нахмуриться в адрес шутницы, но она сидела за своим столом и как ни в чём не бывало улыбалась, да ещё так загадочно, что не обратить на это внимание было просто невозможно.
- Олеся наша оковы скинула, пусть порадуется за все годы рабства! – высказалась и Вика.
- Ой, мне бы такое рабство! Ни о чём не думать, жить в достатке и комфорте! – не удержалась Екатерина, всегда считавшая, что коллеги её с жиру бесятся. – Да что вы о жизни-то знаете… Только и напряглись, что завели по одному ребёнку и заливаете, небось, мужьям, что устаёте… А Вика вообще вон рожать не хочет, всё выжидает время какое-то! – привычно разворчалась она. - Попробовали бы покрутиться с четырьмя, как я, да с мужем, который сам как дитё, тогда бы я на вас посмотрела…
 - Слушай, ты нас всегда упрекаешь в чём-то, будто мы на тебя переложили свои обязанности, а ты их тащишь! – не выдержала Вика.
- Тише-тише, девочки, во-первых, мы на работе, а во-вторых, не стоит ссориться совершенно без всякой на то причины! - попыталась Марина Борисовна погасить конфликт в его зародыше.
-  Да почему же хватит? – не унималась Вика. – Вечно изображает тут вселенскую скорбь – родила она четверых… Да люди и больше рожают, это их личное дело! – высказалась она и обратилась к Олесе со Светой: - А вы никого не слушайте и не сидите там уныло в своих номерах после учёбы – по городу погуляйте, идите в ресторан, платья, кстати, не забудьте! Гостиницу-то хоть приличную заказали?
- Да самую лучшую! – хохотнула Светлана.
- Ну вот и отлично, значит, ресторан там есть, а в нём всякие командировочные топ-менеджеры вечера коротают… топ - это в широком смысле: и топливный комплекс, и топчик-менеждеры, усекли?  - кивнула она Светлане. – Проследи, чтобы Олеся познакомилась с каким-нибудь важным и холостым газовиком!
- Холостым, хм… Мне у них паспорта проверить?  - рассмеялась Света.
- Как вариант, - развела руками Вика.
- Ой, смейтесь-смейтесь, эти ваши топчики все уже накрепко пристёгнутые к своим топчихам, фиг отцепишь, - возразила Екатерина, - они только и могут, что развлечься в командировках, так что поосторожнее…
- Вот умеешь ты оборвать полёт мечты, ты Бабу Ягу на утренниках играла, что ли? Из образа выйти не можешь?  - беззлобно съязвила Вика.
- Я жизнь знаю! – парировала та.
- А мы, блин, не знаем – так, чисто погулять вышли!
- Всё, девочки! Пошутили, отвлеклись, пора выдохнуть и вернуться к работе! – остановила их начальница и начала задавать вопросы по делу.
 Олеся молчала во время спора, но вовсе не потому что ей было неинтересно. Она была погружена в себя и уже начала мысленно сочинять письмо, которое решила отправить Карине, и даже дала себе слово, что сделает это прямо сегодня.
Дома за ужином она была рассеяна и невнимательна, даже несколько раз в задумчивости пропустила вопросы дочери и матери.
- Мамуль, что с тобой, опять папа доставал? – спросила её Юля.
- Да когда же он уймётся-то! – сразу же подхватила тему Ксения Петровна.
- Нет-нет, его не было и… он не звонил… в общем, никак не проявлял себя, успокойтесь.
- А чего тогда ты такая отрешённая? – поинтересовалась мать. – На работе что-то?
- Нет, там тоже всё хорошо! Да, хочу предупредить вас: я в командировку еду, на учёбу…  ну, курсы повышения квалификации.
- Ну и замечательно, отвлечёшься и от нас отдохнёшь! - пошутила мать. – И где курсы?
Олеся немного замешкалась перед тем, как признаться, в какой город она едет. Так бывало в детстве, когда она опасалась что-то рассказывать маме из-за неизвестности, как это будет ею воспринято.
- В Ноябрьск, - тихо произнесла она наконец.
- О-о-о, мама, супер, это же город, где вы жили, да? – воскликнула дочь.
- Ну да… - кивнула Олеся и, старательно выказывая равнодушие, уставилась в окно, хотя там было уже темно и разглядывать можно было только уличные фонари.
- Ты из-за этого такая печальная? Радоваться же, вроде, должна… - недоумевала Юля, а Ксения Петровна молчала и поглядывала на дочь, будто пыталась понять, о чём она думает: надеется на встречу или страшится её.
А Олеся на самом деле думала сразу обо всём: о том, как хотела встречи с Колей, как надеялась на неё, и как боялась. Она на самом деле страшно боялась, но не понимала чего больше: того, что эта встреча не состоится или того, что они увидятся, но вдруг окажется, что Коля женат или что за эти годы Олеся стала для него чужой и безразличной.
Дождавшись, когда Юля и Ксения Петровна разошлись по комнатам, Олеся расположилась за кухонным столом с ноутбуком, открыла профиль Карины, нажала кнопку «Написать сообщение» и… остановилась. Подобный шаг казался ей естественным и логичным, когда она о нём только подумала, но сейчас навалились волнение и неуверенность, легко затушевав всякую логику. Олеся готова была уже сдаться, но пальцы сами забегали по клавиатуре, набирая нужный текст.
 «Здравствуйте, Карина! Я та самая Олеся, которая когда-то встречалась с Колей, Вашим братом. Возможно, Вы меня не помните, а, может быть, не хотите вспоминать, впрочем, относитесь ко мне как угодно, это неважно на самом деле. Я вовсе не прошу у Вас поддержки или помощи, я хочу только узнать: как Коля?  Он счастлив?» - написала она и, помучившись ещё немного сомнениями в правильности или неправильности своих действий, нажала на кнопку, отправив своё послание через пространство страданий и надежд.
Потом Олеся сидела, не мигая глядя в спокойный экран. Прошло пять минут, десять, двадцать… Решив, что ответа уже не будет, по крайней мере сегодня, она закрыла компьютер и пошла в душ. Уже перед тем, как лечь спать, не выдержала и ещё раз заглянула в личные сообщения, но ответа по-прежнему не было.  Сказать, что Олеся расстроилась, это не сказать ничего. Она чувствовала себя так, словно рухнула её самая высокая мечта, выстраиваемая с большим трудом.
Утром ответа также не было, не было его и вечером, и на следующий день. Лишь в день отъезда её терпение было вознаграждено. Сидя в такси и направляясь на вокзал, она расслабилась после суматошного утра, взбодрённого сборами и наставлениями матери, которая считала себя мудрее дочери по праву возраста и поэтому до сих пор поучала её, как вести себя в дороге. Устало прислонившись головой к прохладному боковому стеклу, Олеся равнодушно смотрела на мелькающие городские кварталы.
- Какая же осень-то в этом году, а! Как никогда шикарная: уж октябрь наступил, а за окном тепло такое, будто и не север вовсе! - жизнерадостно провозгласил явно желавший общения таксист и, видя, что пассажирка не очень-то разговорчивая, добавил уже не столь бодро: - Правда, сегодня ночью такой дождь шпарил, да и синоптики обещают уже к вечеру понижение температуры…
  - Да, день-два и вся эта прелесть исчезнет, повалит снежок и вновь наступит зима, неизбежно холодная и неизменно долгая… - пребывающая в меланхолии Олеся свела весь позитив водителя на нет, выразив своё настроение.
Погода и впрямь была необычайно тёплой для этих краёв. Ещё вчера город солнечно улыбался и пестрел ярким узором природного пэчворка, а сегодня ветер переменился, торопясь привести всё в соответствие с календарём.
Стремительно теряя своё роскошное великолепие, осень суетно рассовывала оставшуюся золотистую листву берёз и осин по лужам, как по карманам, желая сохранить хоть какую-то долю своей природной роскоши. Но золотистые листья, трепеща от холода, быстро теряли всю прелесть, утопая в грязной воде под натиском ветра или людских ботинок, оставаясь лишь прекрасными воспоминаниями на фото и картинах. 
Олеся вздохнула и достала из сумочки телефон, чтобы свериться со временем, но увидела маленький значок на знакомом логотипе, означавший полученное сообщение. Торопливо нажав на него, прочитала не очень дружелюбный ответ Карины: «Какая ещё Олеся? Кто Вы?»
Она уронила напрягшиеся плечи и прикрыла глаза.  «Интересно, ей столько времени понадобилось, чтобы понять, что она не знает, кто я? Или всё это время она думала, как побольнее ужалить меня? Ну что ж, ей это удалось!» - чуть не плакала Олеся, вертя в руках телефон.
«Карина, Вы утверждали когда-то, что Коля меня бросил ради Виолетты, вспомнили? Вы ещё показывали мне фотографию, на которой они вместе. Я тогда, к сожалению, поверила Вам, но, возможно, всё сложилось иначе? Скажите, пожалуйста, как Коля? У него всё в порядке?» - написала она вежливое сообщение и отправила, на этот раз не задумавшись ни на минуту о правильности и целесообразности подобного послания.
Не отрывая глаз от экрана, она увидела три прыгающих точки. Карина печатала. Потом остановилась. Вновь начала печатать. Олеся терпеливо ожидала ответа.
«Да, я вспомнила. А почему Вы вдруг вспомнили через столько лет о Коле. Вы же уехали насовсем, не захотели встречаться с Колей, он говорил!» - пришёл ответ Карины.
«Вы ничего не пишете о Коле. У него всё в порядке?» - проигнорировав её слова, в очередной раз задала она тот же вопрос.
«Да, совершенно верно - у него всё в порядке! Он счастлив!»
«Я очень рада! Я сегодня вечером приеду в ваш город, у меня там курсы повышения квалификации. Они продлятся до конца недели, уеду я в субботу утром. Передайте, пожалуйста, Коле, что я остановилась в гостинице «Полярная» на случай, если он захочет встретиться…»
Далее последовало долгое молчание, прервавшееся только на следующее утро, когда Олеся была уже на лекции.
- К сожалению, Коля тоже сейчас в командировке и до конца недели он не вернётся. Ничем не могу помочь!»
На этом переписка оборвалась. Олеся не поверила Карине, что случилось подобное совпадение. Сбросив разочарование и жалость к себе, придавивших её тяжёлой сетью сплетённых Кариной интриг и лжи, она решила действовать.
- Чем займёмся вечером? – спросила её Светлана, когда они возвращались после учёбы в гостиницу. – Погуляем по городу, погода, вроде, позволяет, зайдём куда-нибудь поужинать…
- Прости, Свет, но мне надо сходить кое-куда… Ты поужинаешь без меня?
- А у меня есть выбор? – погрустнела Светлана.
- Светик, ну прости, пожалуйста, мне правда очень надо… - Олеся сложила ладони в умоляющем жесте и наклонила голову набок.
- Да ладно-ладно, иди уже, я же вижу, что ты с ума сходишь из-за чего-то…
- Но я выпью с тобой кофе в баре гостиницы, согласна? – решила таким образом смягчить свой отказ от совместного ужина Олеся.
- Давай, кофе очень хочется! – обрадовалась Света.
Они зашли в лобби-бар, выпили кофе с пирожными, после чего Олеся отправилась в район города, где когда-то жили они все. Она сама удивлялась своей решимости, но какой-то внутренний навигатор командовал ею, указывая направление. Город, конечно, сильно изменился за эти годы, но не настолько, чтобы потеряться в своём родном районе или не найти нужный дом. И лишь подойдя к подъезду, Олеся остановилась перед дверью с электронным замком, задумавшись, как действовать дальше. Но не успела ни о чём подумать, как дверь предупредительно пропищала и открылась, выпуская из подъезда мужчину с коляской, направившихся на вечернюю прогулку.
- Здравствуйте! – вежливо поприветствовал он Олесю и, выкатив коляску, придержал для неё дверь.
- Спасибо, - поблагодарила она и, воспользовавшись тем, что путь открыт, проскользнула внутрь.
Поднявшись по лестнице на третий этаж, огляделась. Она была в квартире Неверовых лишь однажды, но вспомнила, какая из дверей ей нужна.
«Вдруг Коля живёт здесь, и я сейчас его увижу! – заглушая этой мыслью стук своего сердца, она нажала на звонок.
За дверью сразу же послышались шаги, женский голос, детский визг и она открылась. Молодая женщина, держа на руках малыша лет двух-трёх, с удивлением посмотрела на незнакомку.
- Здравствуйте, Вам кого? – спросила она.
- Простите… Здравствуйте! Простите… - от волнения Олеся не сразу смогла объяснить своё появление перед этой дверью – Я… Я хотела бы спросить… Вы не подскажете, как мне найти Неверовых?
- Кого? – переспросила женщина и, когда Олеся повторила фамилию, замотала головой. – Я не знаю таких…
- Они раньше здесь жили, в этой квартире, - Олеся на всякий случай оглянулась вокруг, убеждаясь, что не ошиблась.
- Мы купили эту квартиру год назад у других людей, у них совершенно другая фамилия.
- Вот как! - разочарованно произнесла Олеся. – Тогда простите за беспокойство!
- Да ничего… А Вы спросите вот у соседей, они здесь старожилы, -  женщина тяжело перехватила ребёнка другой рукой и указала на дверь напротив, - может, они знают, где Ваши знакомые.
- Спасибо, я так и сделаю, - обрадовалась Олеся подсказке и позвонила в соседнюю квартиру.
На этот раз дверь открыл грузный пожилой мужчина в майке и спортивных брюках.
- Слушаю Вас! – неприветливо гаркнул он, почёсывая мясистой пятернёй давно нестриженную и, похоже, немытую голову, а Олеся заметила, как молодая женщина, с которой она только что разговаривала, быстро скрылась в своей квартире, избегая общения с грозным соседом.
- Добрый вечер! – вежливо улыбнулась Олеся сердитому мужику. – Вы не подскажете, куда переехали Неверовы… вот из этой квартиры, - указала она рукой позади себя. 
- Ну это кто куда: старшие на клaдбище, а молодые… кто их знает… Колька-то вроде как в Тюмени ещё с юности, а эта их фифа Карина свет Леонидовна, как продала квартиру после родителей-то, так больше здесь не появлялась… уж лет десять как или больше даже… Она же за какого-то там сынка большого начальника замуж выскочила, поэтому с нами, простыми смертными-то, особо не якшалась. Может, здесь в городе где живёт, а может, уже и переехали куда, не знаю.
- Понятно… простите, пожалуйста, а Вы случайно не знаете, может, она с кем-то из соседей общалась, может, кто-то из них знает, где она сейчас живёт?
- Ну конечно, как же! – хохотнул мужик и пробасил: - Что она, что её мамаша, хоть о ней уже и нельзя плохо говорить, но уж как есть: обе никогда через губу не переплюнут с соседями разговоры разговаривать… А уж эта молодуха-то Каринка которая… когда ещё родители были живы, иногда приезжала к ним, так никогда не здоровалась даже ни с кем в доме, тут все соседи об этом трепались! А сейчас-то уж никого из старых и не осталось, все поуезжали, кто в Тюмень, кто дальше на юга подался, только мы вот, да ещё Смирновы с первого этажа из старых остались, но они тоже не знают, поскольку не общались совсем с Неверовыми… потому как поругались много лет назад из-за Ольгиной собаки. У неё собачка была маленькая такая, но визгливая до ужаса, как её хозяйка… – он явно нацелился на то, чтобы рассказать историю с собачкой, но Олеся аккуратно перебила его, сделав вид, что не поняла намерений.
- Спасибо Вам большое, извините ещё раз за беспокойство! Хорошего вечера!
Она быстро повернулась к лестнице и поспешила вниз. Было понятно, что ничего полезного больше она здесь не узнает, а слушать сплетни этого словоохотливого толстяка не хотелось, тем более что он был не очень приятным собеседником – груб, неопрятен, да ещё и слегка нетрезв.
Она вышла на улицу и остановилась, глядя в тёмное небо.
- Где же ты, Коля? Как мне тебя найти? – раздался её трепетный шёпот.
Она покопалась в памяти, вспоминая его школьных друзей, но с трудом вспомнила их имена, да и то не всех, а уж где они жили больше двадцати лет назад, вообще не знала, кроме Сергея, к которому попала когда-то на день рождения.
Олеся огляделась и подумала, что раз уж находится здесь, попробует найти тот дом. Она пошла по улице, свернув через пару кварталов на другую и остановилась. Впереди стояло большое здание, ничем не напоминающее старую деревяшку, которой был дом Колиного одноклассника Сергея и его родителей.
- Снесли… всё здесь снесли… это уже стало историей, - тихо произнесла она, оглядывая обновлённый район, где когда-то давно стояли вытянутые вдоль дороги одноэтажные деревянные дома с высокими крыльцами и длинными коридорами, в которых располагалось с десяток или чуть больше квартир.
Грустно опустив голову, Олеся развернулась и пошла к остановке, а через некоторое время уже стучалась в номер к Светлане.
- Привет, Светик, если разбудила, прости! – тоскливым взглядом посмотрела она на приятельницу, когда та открыла ей дверь.
- Да ладно тебе, кто спит в это время! Да я и не смогла бы уснуть, не дождавшись твоего возвращения… Ушла одна, вечером - я же переживаю!
- Ну вот я и вернулась, - грустно, будто готовилась расплакаться, проговорила Олеся, входя в номер. – Ты ужинала?
- Да так, перекусила, а ты голодная, да? Только не говори, что хочешь в ресторан пойти! – Света недавно приняла душ, поэтому была в халате и с мокрыми волосами.
- Нет, я хочу предложить другое…
  Олеся подошла к небольшому столику с традиционным гостиничным набором: чайником, чайными парами, парой тарелок и столовых приборов, и поставила на него пакет, что принесла с собой. Вскоре на столе оказалось его содержимое: бутылка вина, сырная нарезка, фрукты и большая коробка с пирожными.
- Ого, мать, ты даёшь! – воскликнула Света и указала на вино. – За что будем пить?
- За историю! – усмехнулась Олеся. – За мою историю: грустную, тоскливую и несправедливую…
- Ничего не поняла, но поддержу тебя в любом случае! Расскажешь, что произошло?
- Расскажу! – уже кривя губы в беззвучном плаче, пообещала Олеся. – Нет больше никаких сил держать всё в себе!