Бизнес на здоровье обывателей...

Куда делась вся техника, участвовавшая в ликвидации Чернобыльской аварии, которую нелегально сдавали на металлолом и сейчас тысячи людей едят и пьют из радиационных мисок, кастрюль и чайников?

Судьба техники, участвовавшей в ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС, сложилась по-разному: часть была официально захоронена, часть — разобрана и переплавлена, а некоторая доля действительно попала в нелегальный оборот.

;; Официальные пути утилизации: захоронение и переплавка
Основная масса загрязнённой техники (грузовики, автобусы, вертолёты, спецтехника) после завершения работ была сосредоточена на специальных площадках временного отстоя, а затем отправлена на захоронение или переработку.

Захоронение: Наиболее загрязнённая техника, которую невозможно было дезактивировать, была захоронена в специальных могильниках, например, в пункте захоронения радиоактивных отходов (ПЗРО) «Буряковка». Туда свозили вертолёты, инженерные машины разграждения и другие сильно «фонящие» объекты.

Переплавка (официальная): Менее загрязнённую технику на площадке «Розсоха» пытались дезактивировать, разрезали на части и сдавали как металлолом. Этим занималось государственное предприятие «Комплекс», и до определённого момента эта практика была вполне легальной. Однако позже вывоз металла был временно запрещён из-за скандалов.

;; Нелегальный вывоз: «чёрный рынок» радиоактивного металла
В 2000-е годы существовала проблема нелегального вывоза металлолома, запчастей и даже целых объектов из зоны отчуждения. В этом участвовали как местные жители, так и сотрудники охраны, которые пропускали грузы через КПП.

Масштабы: Служба безопасности Украины (СБУ) неоднократно пресекала каналы контрабанды. Например, в 2008 году была задержана группа, вывозившая трубы и запчасти, уровень радиации которых превышал норму в 20–30 раз. В другом случае из зоны пытались вывезти вертолёт Ми-8, чтобы переоборудовать его в кафе.

Куда шло: Металл сдавали на переплавку на металлобазы, запчасти продавали для повторного использования, а лес шёл на изготовление стройматериалов и паркета.

Реальные случаи: В 2014 году в Днепропетровске с санэпидстанции пропала партия металлической посуды (кастрюли, кружки), которая была забракована из-за высокого радиационного фона. По версии СМИ, эту посуду могли продать населению по низкой цене в ходе предвыборной агитации.

Механизм: Если радиоактивный металлолом попадал на металлургическое предприятие в обход радиационного контроля, из него могли выплавить изделия. Однако обычно готовую продукцию проверяют на выходе, и при обнаружении излучения партию изымают и утилизируют.
Судя по материалам расследований и журналистских публикаций, на чернобыльском металле действительно сделали состояния — и не только «металлисты»-одиночки, но и вполне официальные лица.

;; Кто и как наживался на «чернобыльском» металле
Механизм был отлажен, как конвейер. На верхнем уровне — руководство станции, которое заключало фиктивные контракты с «фирмами-прокладками», на нижнем — исполнители, которые вывозили металл через границу.

«Схема сына директора»: Журналистское расследование 2016 года показало, что ЧАЭС перечислила 100 миллионов гривен трём связанным фирмам за «дезактивацию» металла. Заместителем одной из них числился сын директора ЧАЭС. Конторы должны были очистить металл и вернуть его, а что не отчистилось — закопать. Подозрение полиции: «закопанное» перепродали, и радиоактивный лом вывезли из зоны. Двойная прибыль .

Дело директора Грамоткина: В 2016 году против директора ГСП «Чернобыльская АЭС» Игоря Грамоткина возбудили дело. Следствие считало, что тендеры на демонтаж металла выигрывали связанные фирмы («Промметбуд», «Метресурс», «Металл-сервис плюс»). Деньги за якобы выполненные работы уходили на счета этих фирм, а затем через церковный приход в Славутиче выводились за границу, в том числе в Эстонию. Среди бенефициаров называли тестя директора .

«Крыша» на колёсах: Белорусские милиционеры, охранявшие зону отчуждения, описывали отлаженную систему. Грузовики с металлом шли в Россию в сопровождении 5–6 легковых машин. Задача «сопровождения» — отслеживать милицию и предупреждать водителя. Сотрудников, уходящих с работы, буквально «провожали» до дома, чтобы знать, не готовится ли рейд. На дорогах ставили «живые посты» из бродяг, следивших за перемещением милиции. Штрафы в миллион рублей металлисты платили легко и продолжали бизнес .

Масштабы вывоза: По оценкам 2005 года, ежегодные поставки радиоактивного металла из зоны ЧАЭС в Россию достигали 2,8 млн тонн, что приносило украинским предпринимателям около 500 млн долларов в год. В зоне работали 17 частных компаний, вывозивших тысячи тонн лома .

Уголовные дела: В 2011 году трёх должностных лиц ЧАЭС посадили на 5 лет за хищение 24 тонн радиоактивно загрязнённых труб из медно-никелевого сплава стоимостью более 1 млн гривен. Вывозили по поддельным пропускам с объекта «Укрытие» . В 2008 году СБУ задержала группировку, вывозившую металл с радиационным фоном в 20–30 раз выше нормы .

; Почему это было так выгодно
Ключ к прибыли — разница между «грязным» и «чистым» рынком. Заражённый металл стоил копейки (или вообще списывался как отходы), а после «дезактивации» на бумаге или простого смешивания с чистым ломом продавался по рыночной цене.

Учёные, изучавшие нелегальных сборщиков в зоне, подсчитали: даже за 1 кг меди на чёрном рынке давали около 45 гривен (на тот момент ~;2), что было сопоставимо с месячной выплатой компенсации. Один чугунный радиатор весом 100 кг приносил ;6 — эквивалент пяти лет «компенсации» . При таких цифрах соблазн был огромен.

Так что да — на этом действительно разбогатели. Схема была не «народной», а организованной, с участием людей, которые по долгу службы должны были её предотвращать.

; Вертолет под кафе и другие «нестандартные» находки
Самым, пожалуй, абсурдным эпизодом в этом теневом бизнесе была попытка вывезти из зоны отчуждения целый вертолет Ми-8. По замыслу организаторов, он должен был стать «оригинальным» кафе в одном из украинских городов. Это не просто металлолом, а свидетельство того, насколько масштабно и нагло действовали группировки, включавшие в себя, что важно, самих сотрудников контролирующих органов. В банду входили дезактиваторы, охранники и водители, которые и обеспечивали «зеленый коридор» для грузов.

; Круговорот «чистого» металла в Европе
Один из самых циничных механизмов обогащения — не просто вывезти металл, а вернуть его обратно в Европу под видом безопасной продукции. В документах Европарламента от 2010 года прямо указывается на схему: радиоактивный лом из зоны отчуждения (районы Разоха или Буряковка) отправлялся в Китай на переплавку. Оттуда он возвращался в Европу уже в виде жестяных банок для консервов или детских велосипедов. Это делало отслеживание конечного продукта практически невозможным для санитарных служб.

;; «Фонящие» московские новостройки
В середине 2000-х годов существовали серьезные опасения, что радиоактивный металл из Чернобыля используется при строительстве жилых домов и детских садов в Москве. По оценкам экспертов, в Россию из зоны ЧАЭС ежегодно ввозилось до 2,8 млн тонн радиоактивного металла, что приносило украинским предпринимателям около 500 млн долларов в год. Для строителей это была дешевая сталь, а для конечных жильцов — потенциальный источник альфа- и бета-излучения, которое опасно именно при контакте, но которое трудно засечь на границе.

;; Масштаб «недостачи»
Ущерб измерялся не только деньгами, но и физическими объемами. Государственные аудиторы обнаружили, что с хранения Чернобыльской АЭС пропало около 7 000 тонн металлолома. Директора станции Игоря Грамоткина в итоге признали виновным в продаже тысяч тонн списанного металла по заниженным ценам и хищении более 700 000 долларов.