Алма

Деды говорят, что здесь райское место,
Что был запрещён на древе тот плод,
Что слеплен был Адам из бурого теста,
Соткан из цепей аминокислот.

«Алма!» («Не бери!») — говорил им Творящий,
Но запах апорта их так увлёк,
И звук среди гор стал тем эхом хрустящим,
Что землю потряс, как вечный упрёк.

С тех пор миновали столетий потоки,
Молчат валуны — хранители тайн,
А в горы не раз уходили пророки,
Чтоб вновь обрести утраченный рай.

Здесь город воздвигли с тем запахом яблок,
В нём повторяется древний сюжет.
Утром прохладным горный воздух так сладок,
Ночью огнями из окон согрет.

Город-сад перенял живой девичий нрав:
Любопытство и внезапный каприз.
Вновь его манит плод среди веток и трав —
Речкой весёлой бежит город вниз.

И, может быть, в этом сокрыта загадка:
Влюбляются люди в яблочный град
И готовы отдать себя без остатка;
Если уедут — потянет назад.

Верный — только себе — и самовлюблённый,
Столицей остался в наших сердцах...
Он, словно Адамом и Евой рождённый,
Заботливо спрятан в райских садах.

Деды говорят, что здесь райское место,
Что был запрещён на древе тот плод,
Что слеплен был Адам из бурого теста,
Соткан из цепей аминокислот.