Мать

***

       Добрый день.
       «Добрый день», - так начинала своё каждое утро (глядя на себя в зеркало, с улыбкой на лице) Татьяна Семёновна Голикова; женщина пятидесяти двух лет, среднего роста, не замужняя; выглядевшая как раз на свой возраст; по-своему моложавая, то есть такая, о которой нельзя было сказать, что она «обабилась»… Обращалась мысленно к себе.
       Тот день (последний августовский рабочий день) был к ней благосклонен; деловитым и давший ей ощущение, что она нужный человек в этом мире. Уже поздним вечером она пешком возвращалась домой (благо, что от работы до дома идти было недалеко), поднялась по ступеням многоквартирного дома до  своей квартиры, позвонила в звонок, - и дверь ей открыл её двадцати восьмилетний сын, Геннадий; буркнул: «Привет. Ромка тебя ждёт на кухне», - тут же скрывшись в глубинах своей комнаты, с компьютером и интернетом.
       «Ромка» сидел за кухонным столом явно не в духе. Перед ним стояли начатая банка солёных помидор, выращенных на родительской даче, рюмка и бутылка водки. Опорожнённая на треть.
       _Здорово, мать, - обратился он к вошедшей.
       Рома был не просто братом Геннадия, а вообще его близнецом, - хотя по внешнему виду и не скажешь; уж настолько они были разные. А всё потому, что они были разнояйцовыми близнецами.
       _Что случилось? – нахмурив брови, откликнулась Татьяна; сев на соседнюю табуретку, в ожидании услышать что-то неприятное.
       _Что случилось… С Ленкой мы разводимся; чтобы ты была в курсе, - (Лена – это жена Романа).
       _Почему?
       _Да всё как обычно: денежный вопрос. На заводе уже третий год зарплату не повышают, а хозяин съёмной хаты повысил квартплату; плюс очередное повышение коммунальных платежей. Цены на всё прочее растут. Так что решили, что по отдельности жить нам будет лучше. Она к своей матери уйдёт, а я договорился с общагой. Зачем мне, одному, большая хата?
       Скитаться по общежитиям Роману было не привыкать. Вообще, со школьных лет он был у Татьяны самостоятельный. То подрабатывал на рынке, то собирал какое-то железо. Кое-как закончил девять классов – и тут же рванул в профессионально-технический колледж, где давали койко-место. Выучился на слесаря. Затем армия, поездки на вахты, - пока не женился. Родилась дочка Настя (которой сейчас было четыре года). Жена Лена убедила его не отрываться от семьи (что было очень правильно); он устроился на местный завод, - на который сейчас жаловался… Да, Лена тоже работала продавцом в магазине. Но денег им  не хватало; опять же, из-за кредитов и вообще в сомнении в их платёжеспособности банки отказывали им в льготной ипотеке. Отчего семейные отношения «трещали» по швам.
       Нет, сегодняшний день для Татьяны оказался нехороший. Подготовил ей, по конец, предательский подвох.
       _Подожди… Не торопите с Леной события. Вы что, голодаете? – попыталась образумить мать сына. – Началась война; дай бог, она скоро закончится; всем сейчас трудно, и надо немного потерпеть. Мне, кстати, завтра придётся говорить на эту тему…
       _Какое мне дело до той суматохи, которую «замутил» этот дед? – с досадой перебил её Роман. – Нормальную жизнь в стране не создал, экономика в полной заднице, а смотри-ка: отправился устраивать «рай» на Донбассе. Тебе что? Ничего, что он поднял твой пенсионный возраст?- Роман посмотрел пристально на мать; взглядом, полным снисходительности, словно говорил с неразумной. Но Татьяна вовсе таковой не была.
       _Умеешь ли ты сопереживать другим людям? – резонно заметила она сыну. – Наши соотечественники много настрадались за минувшие годы. Мы просто из человеколюбия обязаны им помочь.
       _За чей счёт? – перебил её Роман. Не думала Татьяна, что у неё такой «чёрствый» сын. – Твой, мой?.. Естественно, сейчас будут стараться как с Чечнёй, вбухивать «бабло» в завоёванные регионы, за счёт России. Местные, конечно, будут рады. Будет как в Крыму. Хотя можно спросить: ну, был Крым когда-то в составе России, стал сейчас. Может, ты очень хотела поехать туда, на юга, да хохлы тебе запрещали? Или тебе доставляет какое-то удовольствие, смотреть на карту России, с дополнительными территориями? Ты где вообще была? За свою жизнь почти никуда из нашего захолустья не выезжала!..
       Роман разошёлся не на шутку. Татьяна попыталась ему возражать; почти прошептала: «Да, хочу поехать в Крым», - но Романа было уже не остановить. Он всегда был у неё настырным мальчиком; хотя никогда не позволял себе каким-то образом оскорбить её. Боже упаси.
       _Значит так, мать, - продолжал упрямец, - думаю опять податься на Севера, иначе ипотеку мне за 25 лет не выплатить, а без своего угла – на старости лет, - не хочется оставаться. Плюс алименты Насте, чтобы она ни в чём не нуждалась… Так и пройдёт вся жизнь, на чужбине!.. – потянул он, с сожалением. – Что поделать! Выбора у меня нет.
       _У человека всегда есть выбор: выбор оставаться человеком, - ответила ему мудрая женщина.
       О, старые добрые времена!.. Татьяне довелось пожить в славном Советском Союзе. Да, в нём был сплошной товарный дефицит, но ведь времена-то были добрые!.. Тогда все порядочные граждане, конечно, жили не богато, тем не менее, как-то увереннее смотрели в своё будущее; пусть и при небольших доходах (хотя кто хотел побольше заработать, имел такую возможность), но это всё при фиксированных ценах на те же товары. Бесплатное высшее образование, бесплатная медицина, бесплатное жильё (не считая платы за коммунальные услуги), пенсионная планка с возрастом дожития, с размером пенсии (как говорят) в сорок процентов от размера заработной платы за выбранный пятилетний период. Всё было предсказуемо, а от того люди были добрее. А сейчас что?.. Нет никакой экономической стабильности, всё дорожает, вводятся какие-то дополнительные налоги, пенсия у тех, кому положено (кто не смог сделать сбережения), мизерная, кому раньше она полагалась по возрасту вынуждены работать, хотя здоровье у людей уже не то, а на работу возрастных не везде берут. Балльная система для начисления социальных выплат, при низких окладах. Оттого все стали злые. Рома злой, Гена (запершийся в своём кабинете) злой; да и она, Татьяна, сама стала злая. И всем надо собраться с духом, чтобы пережить нынешнее тяжёлое время. Ведь когда-нибудь в стране обязательно всё станет хорошо.

***

       В тот вечер Роман не остался у матери и вернулся в семью… Так кто же она такая, Татьяна Семёновна Голикова?
       Она была учителем истории и обществознания высшей категории средней школы; прошедшим курс повышения квалификации по направлению «педагог дополнительного образования». Пользовалась уважением своих коллег. Да и что уж скромничать! Уважением учеников. Что (учитывая случающиеся конфликты между учащимися и учителями) очень и очень важно, для подготовки подрастающего поколения во взрослую жизнь. И сегодня 1 сентября, после утренней линейки, она открывала новый учебный год уроком «Разговор о главном» (который – с этого года – вводился в программу обществознания) в десятом «Б» классе.
       _Ребята, - начала Татьяна, - вы знаете, что сейчас на Украине идёт «специальная военная операция»; ограниченные военные действия, проводимые таким образом, чтобы не затрагивать там мирное гражданское население. Вы – будущие граждане России; надо, чтобы вы понимали, что происходит в нашей стране; и всё, что касается её внешней политики… Вы знаете, что Украина и Россия имеют общие исторические корни, образовались из Киевской Руси; в дальнейшем по стечению обстоятельств, из-за вмешательств внешних врагов их пути разошлись. Но культурная связь – вопреки заявлениям украинских националистов, - между ними никогда не утрачивалась; в 17 веке, при гетмане Богдане Хмельницком,  пойдя на сближение. Как вы знаете, общая судьба привела – по сути, единый – народ к вхождению в Союз Советских Социалистических Республик. Однако затем крушение коммунистической идеологии вызвало смятение в умах людей; к расколу по националистическому признаку. Жители Украины забыли об интернациональной идее основателя СССР, Владимира Ильича Ленина; и там прошла волна по сносу памятников этому великому общественному деятелю. 
       _Куда там хохлам понять его!.. – с иронией откликнулся один из учеников, Дима Никишин, никогда не стеснявшийся говорить то, что думал. – «Бандеровцы» не то, что мы, русские, со своей широкой душой!.. Хохляндия – ничто; она всегда была частью России, как и Аляска, сданная америкосам в аренду. И её название происходит от слова «окраина». «Окраина» России!..
       _Погоди-ка, Дима,  - улыбнулась Татьяна, - тебя название «Украина» смущает? А что в слове «окраина» уничижительного?..      
       _Конечно, украинцы и русские всегда были едины. Вы сами, Татьяна Семёновна, рассказывали нам в 8 классе, что когда-то Россия делилась на «Великороссию» и «Малороссию», к которой позднее добавилась «Новороссия». Мы – один народ, - заметила староста класса и отличница Валентина Приходько. Которую тут же, со смехом, перебил её одноклассник, Коля Ройзман:
       _Ага, настолько один, что я язык украинцев не понимаю.
       _Куда тебе, еврею, понять! – огрызнулся ему Дима.
       Вообще-то Коля считался не евреем, а немцем; имелись у него и родственники в той же Германии. Но определённо их классному руководителю необходимо было вмешаться, чтобы разрядить обстановку.
       _Валя, «Великороссия», «Малороссия», «Новороссия» - это всё территориальные деления, вроде Сибири. Факт тот, что в исторически сложившемся многонациональном государстве люди перемешались; и сейчас, при национальном подъёме, бывает трудно провести географические границы по национальному признаку. Что у нас сейчас и происходит с Украиной.
       _Всё, что она сейчас имеет, это подарки ей русских царей. Затем один дурак ей земли прирастил, затем другой лысый ей Крым подарил, - фыркнул Никишин. И, после замечания учительницы: «Дима, а ну, не выражаться! Привыкай называть людей по именам!», продолжил: - Я имею в виду Ленина с Хрущёвым. Татьяна Семёновна, а что не так?.. Правильно сказал Жириновский: надо поделить всё на губернии, и не будет каких-то там территориальных споров.
       _Суть в том, что в 14 году Украина заявила об окончательном разрыве отношений с Россией и о своём желании вступления в военный блок НАТО, - сказала Татьяна, не очень-то верившая в столь лёгкое решение проблемы. – А это что значит?.. Что если между НАТО и нашей страной вдруг случится война, русскоязычные граждане Украины будут обязаны воевать с нами. Но нельзя этого допустить, чтобы русские воевали с русскими.
       Она окинула учащихся взглядом; те молча смотрели на неё, явно не сомневаясь в очевидной истине. После чего напомнила им, как из Украины рождалась «Анти-Россия». Как в конце 2013 года (при поддержке западных спецслужб) в Киеве – на волне русофобии - произошёл Евромайдан; из-за которого Россия была вынуждена оторвать от зарождающего вражеского государства русскоговорящий Крым; получив абсолютное одобрение местного населения. Про сгоревших в Одесском Доме профсоюзов - в мае 2014 года – от рук украинских националистов не согласных с ними; что вызвало возмущение жителей русскоязычных восточных регионов и привело к образованию Донецкой и Луганской Народных республик; тогда ещё в составе Украины, требовавших от центральных властей уважительного отношения к русским. Про невыполнение украинскими ультраправыми – устроивших геноцид мирных людей на Донбассе - условий Минских соглашений по прекращению огня. Из-за чего – в феврале этого года – Россия была просто обязана откликнуться на зов своих бывших соотечественников и начать освободительную специальную военную операцию на Украине. По заявлению российского президента: с конечной целью, по её демилитаризации и денацификации.
       _Де… нацификация, это как? – поинтересовался Коля Ройзман.
       _Это как в Германии, после Второй Мировой войны, - пояснила учительница, - с запретом там националистических организаций и националистической пропаганды. И то же самое касается Украины, с «Правым сектором», «Азовом» и прочих неонацистских группировок. Которые точно также должны быть запрещены. Мы, россияне, хорошо помнящие ужасы Великой Отечественной войны, просто обязаны не допустить повторения прошлого. Понимаете ли вы это?
       Она опять всмотрелась во внимающий ей класс, - более не собирающийся задавать ей вопросов. Поскольку «правда» была на стороне их государства. На стороне их родины… И пришла к мнению, что детям пора уже сообщить о миссии проведённой политинформации.
       _Поэтому ребята вот что: завтра принесите из дома какие-нибудь продукты долгого хранения в упаковках, кто что сможет, и мы – через руководство школы, - отправим посылки бойцам СВО. (С директором школы всё обговорено; она в курсе об этом мероприятии.) И ещё один момент, - Татьяне впору было признаться, кто был автором данной инициативы. – Из департамента образования поступило предложение создать в нашем учебном заведении военно-патриотические юнармейские классы; с пятого по одиннадцатый класс. Представлять десятый предложено нашему. Так что вы обсудите этот вопрос со своими родителями. И если у кого-то будут возражения, тот будет переведён в десятый «А» класс.

***
      
       Чем кому-то не угодил десятый «А» класс?.. В конце февраля этого года с ним (тогда с девятым «А» классом) случился инцидент: группа студентов из городских ВУЗов решила провести антивоенный митинг, через социальные сети предложила принять участие в акции других учащихся, - и некоторые ученики из девятого «А» в ней «засветились»; впоследствии будучи задержанными правоохранительными органами. Кто-то из бунтарей после – от греха подальше, - покинул стены школы; но ушли не все. А вот девятый «Б» (тоже – с той поры - поредевший в своих рядах) оказался не причастен ни к чему противозаконному; отчего ему и было сделано предпочтение. 
       Да, с ним тоже поначалу было не понятно: на другой день, единственная, кто принесла продовольственную передачу, была Валя Приходько. Тем не менее, состоялось родительское собрание. Сами учащиеся и их родители против задумки, в принципе, ничего не имели. Правда, стал вопрос о вероятных будущих расходах молодёжно-патриотического движения, однако с этим проблем не должно было возникать: приобретение униформы (летней и зимней, парадной и полевой, с нашивками, знаками отличия и прочими аксессуарами) должно было произойти за муниципальный счёт, на прочие траты предусматривалась правительственная субсидия. А пока ещё не было спецодежды, пока ещё стояли тёплые деньки, - для того, чтобы старшеклассники прочувствовали свою сопричастность к великому делу, их городские власти на автобусах вывезли в парк Победы (где присутствовали их ровесники из других школ), раздали флаги национальной расцветки; перед ними выступили с речами губернатор, мэр, участники «специальной военной операции»; продемонстрировали свои боевые навыки десантники; после угостили чаем с печеньками. То есть, - как отметила про себя Татьяна, - ребята оказались довольны проведённым мероприятием.
       Вскоре в её узко-семейном кругу тоже произошло событие: пришёл в гости (на этот раз в приподнятом настроении) Рома и сообщил, что – после совещания с женой – решил податься на СВО. В личной жизни у него хорошо: они решили не разводиться. А он заключил контракт с министерством обороны на год и надеется, что материальный достаток его маленькой ячейки общества изменится в лучшую сторону.
       Татьяна не знала, как реагировать на эту новость… Зато быстро среагировал на неё Геннадий.
       _Что? Решил повоевать за царька? – язвительно спросил он брата.
       _Не за него, а за Россию. Она прирастёт новыми территориями; что тебе не нравится?..  - поморщился на упрёк Роман. И, на саркастическое замечание Гены, что кто-то (после неудач во внутренней политике) пытается поднять свою репутацию за счёт внешнеполитических успехов, добавил: - Российский актёр Сергей Бодров как-то сказал: ты можешь сомневаться в правоте своей власти, но не вздумай осуждать её во время войны, осуждать будешь после. Престиж России не должен быть подорван ни в коем случае.
       _Ага! Точно также рассуждало большинство немцев в годы Второй Мировой войны! И к чему, в итоге, это их привело? – развеселился Гена, вдруг впав в какую-то эйфорию. Что Татьяна сочла нужным опустить сыновей с небес на землю более насущными бытовыми вопросами.
       _Ты заключил контракт на военную службу на год? Ты думаешь, война может продлиться год? – спросила она Рому.
       _Может меньше, - ответил тот. – Есть возможность заработать денежку, заиметь разные льготы. Обещают списать долги; Настя – в будущем – получит возможность поступить в какой-нибудь университет без экзаменов. – Перекинувшись на веселящегося брата, обозвавшего его беспринципным наёмником: - Я «врубиться» не могу: ты за русских или не за русских? Тебя не волнует, что обижают наших соотечественников на Украине?..
       _А ты что: решить собрать всех русских по всему миру? Оккупируем русскоязычный Северный Казахстан (поскольку без захвата землицы мы не можем), напомним мигрантам в Германии откуда они родом, высадим десант на Брайтон-бич. Ты всерьёз полагаешь, что все говорящие на одном языке должны жить в одном государстве? – никак не мог угомониться Гена.
       _А ну, тихо! – прикрикнула на сыновей мать. С тревогой обратившись к тому, за кого сейчас переживала более всего. – Конечно, интересы своей родины надо отстаивать. Надеюсь, ты с Леной всё обдумал… Дай бог, чтобы ты с этой оказии вернулся живым!
       _Давать согласие на отправку кого-то на бойню и надеяться его ещё раз увидеть? Это какой-то нонсенс! – никак не успокаивался Гена; хотя ехидца его перешла в какую-то злобу.  – А что, – обратился он к своему неразумному единоутробному родственнику, – твоя жёнушка быстро одобрила твоё решение?.. А что ей? Найдёт себе нового мужичка; зато при компенсации за потерю прежнего кормильца будет… 
       Уже после ухода Ромы Татьяна накинулась на окаянного:
       _Зачем ты выводил из себя своего брата? Разве ты не видел, что у него и без тебя проблемы?.. Когда ты, наконец, начнёшь любить свою родину?
       _Я одного, мать, не пойму, - ответил ей окаянный; уже без прежнего пыла. – В своё время мы не допустили выхода Чечни из состава России, потому что отделение каких-то регионов не предусмотрено нашей Конституцией. А предусмотрено ли подобное явление в украинской Конституции? Почему мы подавили одних сепаратистов и поддержали других?.. С искренними мотивами людей, чего они по-настоящему хотят? -  у меня большая путаница в голове.
       Увы, о людском счастье Татьяна тоже судила весьма смутно. «Вся власть исходит от народа» и прочие светлые лозунги… Конечно, в мировой истории государства возникали и исчезали, менялись их границы. Жители Донецка и Луганска вполне заслуживали мечтать о лучшей жизни. Например, при голосовании граждан СССР 1991 года по сохранению Советского Союза, большинство на референдуме высказалось в его поддержку. А как это можно было осуществить, если в самой России происходил национальный подъём? День 12 июня, день объявления её независимости от бывших союзных республик считается праздником. Разве россияне отказываются от своего суверенитета?.. А взять «специальную военную операцию», которую поддерживает большинство; поддерживает, не имея чёткого представления об её настоящей цели. Толи из страстного желания восстановления «исторической правды», с отторжением от Украины не завоёванных ей земель; толи действительно из противодействия расширению военному блоку НАТО. (Хотя СВО привело к тому, что заявку на вступление в эту организацию подали ранее нейтральные Финляндия и Швеция. Значит, нынешняя Россия показалась им опаснее, чем Советский Союз? Имевший под своим влиянием пол-Европы.) Или из потаённого желания «схлестнуться» со всем миром. Небезопасного желания. Что побуждает даже равнодушных к политике людей относиться к международному конфликту внимательно.

***
 
       Между тем дела Татьяны как педагога-наставника в школе шли очень даже успешно. Её подопечные получили униформу в красном и бежевом тонах; в этом обмундировании несли почётный пост у Вечного огня. (Наверное, из-за нежелания выполнять общественную работу – само собой разумеется, - командиром юнармейского отряда единогласно была выбрана Валя Приходько. Командирами отделений назначены Дима Никишин и Коля Ройзман.) Устроили военизированное мероприятие с построениями в виде букв «Z» и «V» на 23 Февраля, ездили на стрельбище; на день Победы предусматривалось их участие в марше на центральной городской площади, встреча с  ветераном Великой Отечественной войны; свидетелем той героической эпохи, которых – к сожалению, - с каждым годом оставалось всё меньше и меньше в живых…
       Накануне 9 Мая учительница завела с ними очередной разговор, что нынешняя война является продолжением прежней, - получая от ребят разные реплики. Боевитый Дима Никишин не обошёлся без бравады, сказав, что «если надо – повторим» и снова дойдём до Берлина. А эмоциональная Валя Приходько – под влиянием нахлынувших чувств, - воскликнула, что если бы на СВО брали женщин, она бы непременно отправилась туда.
       _А что тебе мешает? – «подколол» её вечный циник Коля Ройзман. – Что-то пионеры и комсомольцы тогда (в Великую Отечественную) не спрашивали ни у кого разрешение, когда вступали на защиту своей родины.
       _Дело мужчин быть защитниками Отечества. А дело женщин – рожать этих защитников, - ответила ему Валя.
        Да, Валя Приходько была девочка романтичная. И уже после урока она подошла к своему классному руководителю и призналась, что у неё есть сборник стихов, посвящённый «специальной военной операции»; предложив зачитать некоторые из своих вирш.
       Конечно, Татьяна Семёновна знала, что Валя пишет стихи; конечно, она хотела послушать творчество своей ученицы.
       _Вот, оцените, - сказала юная поэтесса, доставая блокнот из своей сумки.

«Пусть вражье сжимается над Русью кольцо,
 Пусть ястребы веют над нами.
 Мы – русские люди; мы – заодно.
 И смело сразимся с врагами!»

       Фрагмент одного произведения. Или фрагмент другого:

«Владимир Путин – ты для нас как Бог!
 Мы верим в твои силы!
 И мы тебя не посрамим в суровые годины».

       Очень замечательные стихотворения…
       На день «Независимости» ребята приняли участие в очередной патриотической постановке, на стадионе; которую даже сняло телевидение. Был концерт с Шаманом и другими патриотичными артистами, исполнявшими патриотичные песни; а собранные на трибунах представители патриотических организаций должны были размахивать розданными российскими флагами и флагами провластной партии «Единая Россия», создавая впечатление общего патриотического подъёма. («А ну, не подсовывай мне «едросню»! – услышала Татьяна Семёновна лёгкую, шутливую перепалку среди школяров, когда шло распределение знамён. Кто-то вообще отказывался чем-то занимать свои руки, желая любоваться концертом, а не быть его декорацией. И подумала: на такие мероприятия тратится денег немало, а действительно ли они («добровольно-принудительные») способствуют росту патриотизма?)
       Далее, на летних каникулах юнармейцы побывали в военно-патриотическом лагере; впрочем, без присутствия своего классного руководителя. А у неё в то же лето произошло знаменательное событие: в отпуск приехал Рома и – в один чудесный день – вместе со своим счастливым семейством явился в гости к матери.
       У участника боевых действий всё складывалось  хорошо… На войне Роман был определён в артиллерийский расчёт; и ему довелось там даже отличиться. О чём свидетельствовали его боевые награды.
       _Расскажи что-нибудь о своих подвигах, - радушно попросила его Татьяна; в глубине души гордясь своим мужественным сыном.
       _Какие подвиги, мать? – рассмеялся в ответ Рома. – На войне главное выжить. Вышел с орудием на передок, обстрелял позицию противника перед атакой штурмовиков, - вот и все достижения.
       _Это он скромничает. Он у нас герой, - отозвалась Лена, не скрывая в своём взгляде на мужа восхищения им.
       _Герой, - подхватила их дочка Настя. И Татьяна подумала, что, может быть, и на самом деле её сын не совершал ничего особенного. (Как говорится: «на войне как на войне».) А, вспоминая поэзию далёкой от линии фронта Вали Приходько… Прекрасные образы мы создаём в своей голове; и может быть, ВСУшники действительно все отъявленные злодеи, а все российские бойцы – благородные рыцари. Во всяком случае, не трогающие мирных граждан. (Ни с того, ни с сего вспомнился фрагмент из телерепортажа, где телеведущий взахлёб восхищался – показанным в эфире – убийством вражеского солдата.) К сожалению, правда людям не всегда удобна…
       _Кстати, - произнёс Рома, - я был на «аллее ангелов» в Донецке; видел мемориал, посвящённый погибшим от «бандеровцев» детям… Где ты был, когда убивали детей Донбасса? – это он обратился к – сидевшему здесь же, за праздничным столом – брату.
       _А ты где был, когда убивали? – парировал ему Гена. – В четырнадцатом году эти дети никого не волновали; о них вспомнили в нужный момент… Хочешь ли ты сказать, что война ведётся из мести? Как скоро рассчитываете найти убийц?..
       Перебранку братья устроили беззлобную; тем не менее, не пристало было говорить о смертях при Насте и Лене. Так что те вышли подышать свежим воздухом на балкон, Гена скрылся в своём кабинете, а Татьяна с воином удалилась на кухню; побеседовать в более спокойной обстановке.
       _Рома, объясни мне одну вещь, - сказала Татьяна. – В прошлом году российская армия совершила очень быстрый рывок, но затем почему-то отступила с занятых рубежей, которые приходится отвоёвывать заново. Зачем это затягивание войны?
       _Как тебе сказать, мать, - задумался Роман. – По своим наблюдениям могу сказать следующее… Как ты знаешь, мы стараемся не трогать местное население, но не все местные рады нашему присутствию. Находятся такие, которые сообщают ВСУ о наших позициях, и оно наносит по нашим расположениям точечные удары… Нет-нет! Нам надо занимать территории осторожно, выявляя на них вражеских элементов. Люди должны привыкать постепенно, что власть у них меняется раз и навсегда.
       У Татьяны возникло смутное подозрение: а не был ли проведён подобный эксперимент с привыканием к новому гражданству ранее на Донбассе? Что двигало теми вооружёнными активистами, которые заявили о начавшемся там вдруг притеснении русских?.. Киев снял мятежный Донбасс со своего снабжения, Россия начала оказывать бедствующим людям гуманитарную помощь. С годами те прочувствовали свою связь с соседним государством и выразили своё желание воссоединиться с ним.
       _Знаешь, как я сужу, является какая-либо война «справедливая» или «несправедливая»? – это обратился к Роме его зашедший на кухню брат. – Если в ней участвует так называемая «элита». А наши «патриоты» отсиживаются в глубоком тылу, имеют недвижимость, счета за границей; детишки их «прожигают» свою жизнь на якобы вражеском Западе, - предоставляя возможность воевать с этим Западом дурням вроде тебя.
       _Ничего, - пробурчал Роман сквозь зубы, с голосом, не предвещавшим ничего хорошего. Сжав кулаки. – Вот закончится СВО, вернутся наши ребята оттуда и наведут здесь порядок… Заставим всех родину любить.

***

       В сентябре в школе произошло очередное неприятное, связанное с войной. А этому предшествовало сообщение в теленовостях об аресте некоего генерала с группой сообщников, решивших «навариться» на снабжении российской армии.
       В начале нового учебного года все классы (начиная с пятого) на уроке «Разговор о главном» писали сочинение на тему «Моя родина – Россия»; и ученица одиннадцатого «А» Оля Ковальчук (последняя, о которой было известно, что в прошлом году она принимала участие в антивоенном митинге) написала в нём о том генерале и находящимся в тюрьме оппозиционном деятеле Алексее Навальном, ратовавшем за борьбу с коррупцией. Классный руководитель, учительница русского языка и литературы, сообщила о содержании директору, та – в департамент образования. Однажды Оля не явилась на занятия, поскольку ей и её семьёй занялись сотрудники федеральной службы безопасности. В итоге девочка была переведена в другое учебное заведение.
       Но – это забегая вперёд. Возвращаясь же к моменту когда юная нигилистка перестала появляться в школе, и когда стало известно по какой причине, - учащиеся одиннадцатого «А» объявили своему классному руководителю бойкот; отказались посещать её уроки и вообще её как-либо воспринимать. Здесь не помогли и грозные урезонивания их (тоже оказавшейся причастной к происшествию) директрисы, заявлявшей, что – согласно уставу, - школа не место для проведения политической агитации. («Вы ещё попрыгайте мне здесь, как  недоумки в Киеве вроде вас, с криками: «Москаляку на гиляку»! – припомнила она патриотический ажиотаж, охвативший украинскую молодёжь после Крымской авантюры. «Вы хотите раскола нашего общества? Такой же анархии как на Украине, в четырнадцатом году?») Дело закончилось тем, что классное руководство над одиннадцатым «А» поручили учительнице биологии; женщине пожилой, вовсе не рассчитывавшей проводить какую-то воспитательную работу. (Её обязанность свелась – главным образом, - к заполнению классного журнала.) Чтобы довести мятежный класс – с грехом пополам, - до выпускных экзаменов.
       В поведении своей коллеги Татьяна не увидела ничего особенного: предварительно ей тоже было дано указание проверить сознание своих подопечных и доложить, «если что». Но ведь они (в чьих эссе не оказалось ничего крамольного) точно также решили игнорировать ту учительницу литературы, как «стукачку»; и с их настроением следовало разобраться.
       _Что вы носитесь с этим проходимцем Навальным?.. – впилась она строгим взглядом в своих ребят на экстренном собрании сразу после первых занятий, когда они вдруг вздумали проявить свой норов. – Взятки, мошенничества, - к сожалению, явления нашей жизни. Власти с ними борются. Чем вы недовольны?..
       _Татьяна Семёновна, а у нас – случайно, - никто свободу слова не отменял? – спросил её скептичный Коля Ройзман. – Вы согласны, что за критику власти у нас «садят»?
       Татьяна стала им объяснять, что штрафуют и присуждают к лишению свободы только тех, кто занимается дискредитацией должностных лиц и российской армии. Тем не менее, уже после своего увещевания, с сожалением отметила про себя, что так и не ответила на поставленный вопрос: действительно, а почему это критика связана с риском? Почему преступно желание миролюбиво настроенных людей прекращения ведущейся войны?
       Если бы требования России к противоборствующей стороне были более умеренными, дай бог, удалось бы остановить безумную бойню?..
       _Если мирные переговоры собирается проводить помощник Путина, историк Мединский (по учебникам которого вы там, у себя в школе, преподаёте), можно быть уверенным: они закончатся ничем. Для него Украина как государство не существует, - прокомментировал однажды при матери текущие события Геннадий. – Какие с ними, обоими, можно заключить перемирие, если Мединский с Путиным подходят к юридическим соглашениям выборочно?.. Акт о передаче Россией Крыма Украине не признают, зато признают договорённость Богдана Хмельницкого о «вечной дружбе». Но извините: этот договор стародавних времён отдаёт каким-то библейством. Что нынешние люди несут вину за грехопадение Адама и Евы.
       И ещё одно его замечание, по поводу свободы слова комментаторов на политических теле-шоу; где мелькали одни и те же лица.
       _А ведь если власть сменится, привлечь этих пропагандистов к ответственности за поддержку российской агрессии не удастся. Они будут оправдываться, что говорили исходя из той информации, которую им предоставляли «сверху». И были несведущи в реальном положении дел.
       Кто он был, этот знаток законов?..
       В школьные годы Гена считался более «непутёвым», чем Рома. Ни к чему не стремился (в том числе, в отличие от брата, не старался вырваться из родительского дома), кое-как закончил среднюю школу, был скрытный. (Мать всё пыталась выяснить, есть ли у него девушка? Но ничего не добилась.) После школы пошёл работать разнорабочим на стройку; по этой профессии работал и после армии. Однако – параллельно поступил на заочное обучение юридического факультета университета. Учёбу закончил – и теперь был помощником адвоката.
       В новогоднюю ночь, в полночь, включив обращение главы государства (к сожалению, не очень ободряющее; как и все его новогодние речи последних лет) на первом федеральном телеканале, Гена пришёл в бешенство, когда там начался концерт с исполнением военных песен и участием СВОшников («Даже в праздник от СВО покоя нет!»), - тут же переключив на более развлекательную телепрограмму. А Татьяна с грустью подумала, что как повезло союзной Беларуси с президентом, хозяйственником. Сыну своему, Коленьке, он дал правильное воспитание. И передаст страну свою в надёжные руки…
       Вот такой Геннадий был «умник»-баламут.


***

       Ещё до Нового года довелось Татьяне получить весть и о другом сыне: контузило Романа от взрыва вражеского снаряда. Попал он сначала в полевую больницу, затем – как «лёгкого» - его перенаправили в госпиталь по месту жительства.
       Навестив его в больничной палате (пересёкшись на входе в стационар с Леной и Настей, уже посетивших своего мужа и папу, - и мило побеседовав с ними) Татьяна посетовала, что здоровье его – наверно, - теперь не очень. На что Роман хитро улыбнулся и сказал:
       _Не переживай, мать... А ведь мы с Леной, между прочим, квартиру покупаем. Без ипотеки. Трёхкомнатную!.. 
       Уже после его выписки и побывав на новоселье его семьи в новом доме, Татьяна (в глубине души испытывая гордость за своего защитника Отечества) предложила ему выступить с подъёмной речью перед её воспитанниками. Роман – не считавший свой поступок чем-то особенным, - поначалу отнекивался. Но затем согласился привезти (не привести, а привезти) в её класс настоящего героя, с которым он познакомился в госпитале. Оператора беспилотных летательных аппаратов, Петра Перепелицу; инвалида, лишившегося на войне обеих ног.
       Ну что ж, Пётр - вынужденный передвигаться на инвалидной коляске, но который поведал юнармейцам, что (для таких, как он) разрабатываются протезы, поскольку специфичные технологии (связанные с военным делом) в России постепенно развиваются, - говорить был мастак. И рассказал об огромных потерях, которые несут ВСУ.
       _Скоро «бандеровцам» своих хоронить будет негде, - иронично подхватил слова Перепелицы Дима Никишин. – Клоун Зеля совсем не бережёт своих людей.
       Пётр поведал школьникам об особенностях своей профессии; какие существуют виды дронов; как – с их помощью – ведётся надзор за полем боя и какие они могут нести поражающие элементы. Лично он потерял нижние конечности от вражеского аппарата, поскольку операторы ведут охоту друг на друга… Отметив, что БПЛА – оружие будущего.
       _Вы думаете, что если нам доведётся «схлестнуться» с НАТО, воевать будем дронами? – недоверчиво отозвался Коля Ройзман.
       _Не обращайте на него внимание, - вступилась за гостя Валя Приходько. – Ребята, давайте признаем: на таких, как Пётр Перепелица, Россия держится!
       _На безногих? – опять не обошёлся без своей колкости Ройзман. Тут уж на него пришлось прикрикнуть и классному руководителю, и его одноклассникам… Татьяна поблагодарила гостя за интересный рассказ, командир юнармейского отряда преподнесла ему красивый букет; приготовленный специально для особого случая. И, казалось бы, Татьяна уже не должна была лично столкнуться с военными трагедиями, - однако всё вышло не совсем так.
       Всё верно: как травмированный, Роман был освобождён от непосредственного участия в СВО, но он подрядился сопровождать «груз 200» в свой регион; получил возможность встречаться со своими родными почаще. И однажды предложил матери посмотреть на ритуал захоронения своих боевых товарищей.
       Татьяна согласилась… Рома заехал за ней на служебной машине… (Между прочим  – не смотря на всю скорбность обстановки, - с улыбкой, не сумев преодолеть внутреннюю радость, похвастав матери, что у него с Леной в планах покупка собственного авто.) И они выехали в сторону недавно открытого муниципального кладбища.
       Что же увидела Татьяна?.. Огромное поле со свежими могилами, с венками и накрытыми российскими стягами. Много свежевырытых ям, о которых можно было не переживать, что они будут затянуты грунтовыми водами; в часть из которых – с печальной торжественностью – были опущены привезённые на грузовом транспорте гробы. Присутствовали убитые горем родственники и знакомые по-настоящему убиенных; представители военкомата произносили прощальные речи, при отправке героев в последний путь… (Даже тех, у кого не оказалось близких, кто бы мог постоять рядом.) Группа действующих военнослужащих каждому отдавала честь, залпом одиночных выстрелов из карабинов… И Татьяна подумала: а почему на российском ТВ считают только украинские потери? А эти, свои российские воины, для телевизионных агитаторов войны вообще что-то значат?..
       Несчастные ангелочки, постоянно поминаемые «дети Донбасса», наверно, уже и не рады, что стали причиной смертей многих людей… (Сколько их, заступников, погибло: десятки, сотни тысяч? Если даже на данном погосте могил было явно более тысячи. А сколько инвалидов? Как тот же Перепелица.) Видимо там, на небесах, дети уже давным-давно простили грехи за себя, всем грешным.
       И Татьяну вдруг охватила какая-то непонятная злость, когда она почему-то не испытала к этим – лежащим перед ней в земле – бойцам сочувствие. Она вспомнила телевизионные кадры «освобождённых» территорий, с разрушенными городами и сёлами. И представила: а ведь в этих опустевших домах жили далеко не вояки; конечно, ценившие свою собственность, строившие планы по его благоустройству. Но вот явились посторонние и использовали их хозяйство для боёв, своих штабов и для складирования боеприпасов. Мирные люди, - вот кого по-настоящему было жаль.

 ***

       Накануне президентских выборов Геннадий разгуливал по квартире и поругивал действующего главу государства.
       _Это ж надо, до чего этот тип жадён до власти! – ворчал Гена. – Все спорят: каковы цели СВО? А никто этого не понимает! - даже, очевидно, приближённые самого «царя». Хотя цель «заварушки» яснее некуда: этому человеку надо иметь повод, чтобы сохранить свой пост. И народ проголосует за него, потому что никто не знает, чем закончить затеянную возню; но все надеются, что зато её инициатор завершение её знает. А тот вполне может дотянуть финал ещё и до следующих выборов.
       _О чём ты говоришь? - как-то решила вступить с ним в диспут его мать, сама пребывавшая в душевном смятении за положение в стране. – Ты разве не видишь, что достойной замены ему нет?.. Конечно, он победит на этих выборах, - так ведь Владимир Владимирович не враг России; по-своему заботится о ней. И почему бы ему не переизбираться?.. Люди, большинством, одобрили новую Конституцию. Наш президент – юрист, и у него вполне есть основание начать свой срок по новым правилам.
       _Что-то ни он, ни послушные ему депутаты не обратились к референдуму, когда в «Святая Святых», в Конституции президентские полномочия продлили на два года, - усмехнулся помощник адвоката. – А по поводу его «обнуления»… В юриспруденции есть понятие «обратной стороны закона», когда условие отбывания наказания осужденного за какое-нибудь преступление не может быть продлено по новым нормам. Путин пришёл к власти по «Ельциновской» Конституции, значит, - после двух 4-х годичных сроков - его властные функции закончились в 2008 году. Он не легитимен.
       _И вообще, я не пойму: что это некоторые недалёкие носятся с ним?.. Замены ему, видите ли, нет, - продолжал Гена своё рассуждение уже в другой раз, за день до судьбоносного события. – В стране проживает более ста сорока миллионов человек, - да неужели из них не наберётся несколько сот тысяч с государственным складом ума? Он более патриотичен, чем остальные?..
       Про себя Татьяна вынуждена была признать, что и Советский Союз, и нынешняя Россия по историческому типу правления являлись империями, сконцентрированными вокруг личностей с широкими полномочиями. Смутные «90-е» показали, что демократия – в «классическом» понимании – не для неё. Но ведь, на самом деле, единоначалие вовсе не так уж плохо. (Вон, до какого разгула пресловутая «свобода» довела соседнюю Украину!)  Для России «демократия» подходила бы в форме частой смены правителей. Чтобы они не забывали, кто они; и ещё помнили, чем живут обычные люди…
       А тут ещё у Татьяны были сложности с мышлением её подопечных из выпускного класса.
       Где  проявлялись признаки того, что воспитание будущих граждан страны развивается куда-то не туда?..
       Наверно, всё началось с Вали Приходько, отличницы, старосты класса и просто творческой девочки… Классный руководитель стала замечать, как постепенно округлялся её живот. А после и её родители подтвердили подозрение: да, их дочь беременна. 
       _Валя, материнство - это не то решение, которое должно возникать из подросткового бунтарства. Готова ли ты к принятию на себя груза ответственности? – вздумала учительница поговорить по душам со своей примерной ученицей. Вдруг оказавшейся не совсем примерной.
       _ Татьяна Семёновна, ведь вы же знаете, что у нас в стране плохая демографическая ситуация, - ответила ей Валя. – А теперь ещё идёт война, и много мужчин погибает. Это мой долг – рожать. У меня будет много детей. И даже если у меня не будет мужа или если моего или нашего с ним дохода на их содержание не будет хватать, - государство мне поможет.
       Тут как-то Коля Ройзман задал каверзный вопрос:
       _Татьяна Семёновна, а почему мы украинцев обзываем «бандеровцами»?.. Лично Бандера – почти безупречный их патриот. Или мы поносим всех тех, кто боролся с нами; и хвалим только тех, кто дружил с нами?..
       Тогда учительнице пришлось ссылаться на великое значение интернационализма.
       То Дима Никишин – опять заговорив о вероятной Третьей Мировой войне – заявил, что Россия совместно с Китаем непременно разгромят вражеский военный блок. На что Коля ему возразил:
       _А Китаю это надо, вступаться за нас?.. У него свои интересы. Зачем ему далёкая Америка, если у него есть сырьевой придаток и рынок сбыта: Россия?.. Вот кого нам надо опасаться.
       _Да, «китаёзы» они такие… Пронырливые, - сквозь зубы пробурчал Дима. Будучи поддержанным Валей:
       _Весь мир настроен против России. По сути, если разобраться, все наши войны были оборонительными.
       _Валя, да с чего ты делаешь такие утверждения? – с удивлением воскликнула Татьяна Семёновна.
       В другой раз Никишин стал нести ересь, что Советский Союз в одного мог бы разгромить фашистскую Германию; союзники вмешались, когда поражение Германии было очевидно. И то же самое с Японией; которую американцы никак не могли победить и потому запросили помощи у СССР.
       _Ребята, да откуда у вас такие знания? Откуда вы это всё берёте? – всплеснула от изумления руками учительница.
       _Татьяна Семёновна, известно откуда: из телевизора, - усмехнулся ей в ответ Коля.
       _Разве я не учила вас рассуждать? Анализировать исторические факты? – никак не могла успокоиться преподаватель. Испытав неосознанную панику от напрасности своих стараний.
       _Татьяна Семёновна, да не «парьтесь». Всё равно экзаменов по истории нет, - отмахнулся Ройзман.
       И учительница отметила про себя, как сильно деградировало в последнее время школьное образование. Когда в него внесли ознакомление с религиями, но зато отменили астрономию.
       В мире будет совсем небезопасно, когда таких вот россиян с искажённым восприятием мира станет слишком много.

***
    
       На месяц май приходилось два праздника; но ведь не зря говорят, что в нём только «маяться».
       Что-то у Татьяны никак не складывалось с активом её класса…
       Сперва под следствие попал Дима Никишин. Оказывается, он был членом легальной националистической организации, «Русской общины». Однажды - при рейде полиции (которой «община» оказала поддержку) в одно общежитие по выявлению нелегальных трудовых мигрантов - устроил погоню за каким-то гастарбайтером и забил его насмерть подвернувшейся арматурой.
       Теперь Диму ждал суд. С отбыванием наказания в колонии для несовершеннолетних, с дальнейшим переводом на взрослый режим.
       А в июне, при сдаче ЕГЭ (когда учительница истории с тревогой наблюдала за состоянием Вали Приходько, находившейся на девятом месяце беременности) в её класс явились люди «в штатском» и забрали с собой Колю Ройзман; пока – в кабинет директора. Коротко объяснив шокированной классной руководительнице: по обвинению молодца в совершении диверсии.
       Могла ли Татьяна дальше спокойно присутствовать на экзамене, словно ничего не произошло?.. Попросив свою коллегу присмотреть за порядком вместо неё, Татьяна ринулась  к месту предварительного заключения своего непутёвого воспитанника и попросила стоявших на входе сотрудников ФСБ допустить её к нему; чтобы самой – той, которая косвенно отвечала за состояние юной души – разобраться, что к чему. 
       Ей поведали, что задержанный накануне поздним вечером проник на охраняемую территорию и (с помощью бутылки с горючей смесью) поджог находившийся там военный вертолёт. (На аэродроме были установлены видеокамеры, потому удалось вычислить злоумышленника.) Но к преступнику допустили; при условии, что беседа будет проходить в присутствии оперативного работника службы безопасности.
       Ройзман сидел, прикованный одной рукой наручниками к металлической батарее. И Татьяна (которой свидетель их предстоявшего разбирательства -  молча, жестом – указал придерживаться дистанции) тут же накинулась на него:
       _Коля, ведь ты же юнармеец! Как ты мог вообще пойти на такое?..
       _Татьяна Семёновна, да бросьте, - с едва заметным волнением произнёс диверсант, предчувствуя своё нелёгкое будущее; тем не менее, видимо, не особо терзаемый муками совести. – В юнармейцы я записался по совету своих родителей. Они мне сказали, что это членство мне может пригодиться при поступлении в ВУЗ и ещё где-нибудь в карьере.
       _Да причём здесь это? – опешила учительница. – Ты что: не патриот своей страны?
       _Патриотизма у нас вот: «выше крыши», - Ройзман провёл свободной рукой над своей головой. – О патриотизме твердят и попадя, и не попадя. 9 Мая каждый год отмечаем так, как будто только вчера Берлин брали… Надоело.
       _И что же? Из-за твоего бунтарства теперь надо родину предавать? – впала в праведный гнев наставница. – Много тебе в мессенджере твои западные кураторы денег пообещали за поджог?
       - Да неважно сколько. Я что: не мог у бати слить бензин с машины?.. Ничего сложного, - усмехнулся юнец. – Вы разве не видите: идёт несправедливая захватническая война?.. Это мой внутренний протест; нежелание мириться с неправдой. Считать чёрное за белое… А ведь вы, Татьяна Семёновна, приспособленка, - упёрся он пристальным взглядом в классную руководительницу. – Да вы не переживайте. Мои родители приспособленцы, мои одноклассники приспособленцы; многие сейчас ведутся на пропагандистскую болтовню. Уж извините, что я не захотел быть ведомым.
       В дурном настроении Татьяна явилась домой… Ещё в прихожей услышала выступление президента по телевизору, проскрежетала сквозь зубы, Геннадию, с ненавистью; с ненавистью, не понятно к кому или чему (президенту, телевизору, себе, троим своим безответственным ученикам): «А ну, выключи его!» - удалившись на кухню и не желая никого видеть и слышать.
       Нервы у неё были определённо ни к чёрту, и вряд ли что-либо в ближайшее время с ними могло измениться в лучшую сторону. Срочно надо было приходить в нормальное состояние. Иначе она могла сотворить что-нибудь похлеще Никишина с Ройзманом.

***

       Недолго Татьяна проходила профилактическое обследование в психдиспансере.
       Нет, ну а с чего бы ей было в нём долго находиться? Если она не была сумасшедшая. (Врач-психиатр как-то ей там посетовала, что сейчас многих людей охватывает депрессия. Особенно женщин репродуктивного возраста, задающихся вопросом: рожать им или не рожать? Если возможна большая война.) Затем департамент образования (благодаря инициативе директора школы) выделил ей бесплатную путёвку в – находящийся в сосновом бору – санаторий. И всё; к сентябрю Татьяна чувствовала себя вполне в прекрасном расположении духа.
       Правда, всё равно сохранялось ощущение своей не совсем полной профпригодности: она отказалась вести классную работу. Да её начальство на этом и не настаивало. А новый учебный год начался с того, что – на уроке «Разговор о главном» - всех учеников (от пятого класса и выше) прогнали через актовый зал; где им показали полуторачасовой документальный фильм о русофобском оскале украинского национализма и о наивных российских подростках, идущих у «бандеровских» нацистов на поводу.
       Усиление патриотического воспитания в школе шло своим чередом. Но Татьяне требовалось установление ещё и своего внутрисемейного согласия. Поэтому на День народного единства она решила собрать под своим крылом обоих своих сыновей (Рома как раз прибыл в родной город на побывку), в надежде примирить их. Праздник, при котором они должны были разобраться друг с другом без посторонних; конечно же, с бутылочкой водки. А потому Татьяна посоветовала своему воину прийти в гости без жены и дочки.
       Рома рассказал матери и брату об обустройстве своего жилища, взятии в кредит китайского авто (на котором, кстати, приехал к своим родным), в перспективе – приобретении дачного участка. О том, что он с Леной подумывают ещё о рождении сына. А насчёт своего будущего, когда закончится СВО… Есть президентская программа «Время героев», по подготовке новой элиты из бывших участников боевых действий. Чтобы в неё попасть, необходимо иметь высшее образование. Ну, ничего: Роман уже подал заявку в институт государственной службы и управления, на заочную форму обучения; так что – всё у него ещё было впереди.
       Мать с одним сыном молча слушали сына другого. С уточнением: не понятно, как Геннадий, а Татьяна смотрела на Рому с восхищением… Как вдруг ему кто-то позвонил по телефону, и он удалился для переговоров на кухню.
       А Татьяна всё никак не могла отойти от прекрасной картины, что сейчас перед ней находились её оба мальчика и – как давние «добрые» времена (как в детстве) – не ссорились…
       Зачала она их от случайной ошибочной связи. От человека, казавшимся ей (наивной девушке) идеальным; на самом же деле – ловеласа, командировочного и (как выяснилось) женатого, скрывавшегося от ответственности на просторах страны. Но рождение обоих мальчиков было её личным выбором; поэтому она не подавала в розыск на проходимца, на получение с него алиментов, и вырастила сыновей при поддержке своих родителей; ныне покойных…
       _Своих не бросаем. Работайте, братья! – это вернулся с кухни Рома, заканчивая телефонный разговор. Пояснив, с кем разговаривал: - Товарищ мой, из артиллеристов.
       _За победу, - сказал он тост, поднимая стопку. Татьяна чуть пригубила из рюмки; зато Геннадий к своей не притронулся. И Рома выпил без него.
       _Значит, СВО для тебя работа, - наконец, подытожил его слова Гена.
       _Есть такая профессия: родину защищать,- ответил Роман. – Ведомо ли тебе такое?
       _И до каких пределов ты собираешься её «защищать»: до Одессы, до воссоединения с Приднестровьем? – ухмыльнулся антивоенщик. – А может, лучше сразу оккупировать всю Украину? Тогда ты точно без «работы» не останешься. Сейчас условия не совсем такие, какие были после Великой Отечественной войны с идеей коммунизма, и с «бандеровцами» придётся вести борьбу постоянно. 
       _Мы заберём только своё, исконное, - нахмурился Рома, не желая заводить очередные прения.
       _«Исконное» - это то, что от сотворения мира, - наоборот, не отступал от него брат. На осуждение Татьяны заметив: - А что, мать?.. Ты же историк. Как кажется, ни украинцы, ни русские не живут на своих землях. Все они какие-то пришлые откуда-то из Европы.
       _Не будешь же ты утверждать, что наш президент враг своей страны? Наверняка он думает о благе России, на свой лад, - возразила ему Татьяна.
       _Её благо жить в дружбе с другими народами, - никак не мог угомониться неугомонный. – Почему я должен соглашаться с тем, с чем не согласен?
       _Ты зря «наезжаешь» на Путина, - счёл нужным вступиться уже сам Рома. – Он мужик умный.
       _Это твой-то политический карлик «умный»? – расхохотался Геннадий.
       После чего между братьями началась долгая дискуссия с затрагиванием международного положения, с Америкой и НАТО. Чего они добиваются и должна ли Россия равняться на них или противодействовать им… Спор, завершившийся тем, что Рома – со словами «за победу» - поднял свою рюмку; Гена – со словами «за победу над мракобесием» - поднял свою. И Татьяна (с сожалением про себя) отметила, что - к несчастью, - День народного единства не справляется со своим предназначением; и что - при отсутствии однозначного мнения по поводу Гражданской войны после революции 17 года и Сталина – нынешняя власть добавила россиянам ещё одно «яблоко раздора», этой войной.
       _А ну, оба живо на кухню! – приказала она сыновьям, надеясь разрядить обстановку.
       Дала Роману нож резать грудинку (Гена ещё подначил его: «Не испытываешь ли ты отвращение к «хохляцкому» салу? Или тебе подавай только «русскую» еду?»), Гене нож резать салат из помидор и огурцов. Но не заладилось что-то у братьев с готовкой, поскольку Геннадий стал потешаться над управленческими планами своего родича. Не сомневаясь в его успехе; так как «царю» нужны не способные, а послушные люди. 
       Рома сходил в зал, принёс оттуда бутылку, «пропустил» стопку. После чего нашёлся, чем ответить «недалёкому»:
       _А ты не «иноагент» случайно, либераст хренов? За сколько родину готов продать?
       _Я, продать? Не знаешь, где «сребреники» за предательство выдают?.. А то много болтают о продажности тех, кто не согласен с властью, а никто толком не знает, где «враги» деньги раздают! – развеселился Гена. – Продался ты`! Своим, внутренним врагам России, за разные поблажки. И перекладываешь вину за себя на других!..
       Татьяна пыталась утихомирить братьев. Говоря что – слава богу,- пища на столе есть, глобальной войны не будет. Да кто ж её слушал?..
       _Согласен, не всё у нас в стране замечательно,- совершенно спокойно произнёс Роман, не поддавший на провокацию субъекта с салатом,- но для настоящих патриотов есть одно святое: родина… Мать! – наконец, обратил он внимание на родительницу. – Ты совершенно права: пища имеется, мы все за мир. А тебя что не устраивает? – опять он накинулся на брата. – Что ты делаешь в России, с избранным большинством её граждан президентом?.. Как сказал Жириновский, кому что здесь не нравится, тому «чемодан, вокзал, на х…»
       Нет, Рома держал себя в руках и не сказал при матери матерное слово. Но ведь Гена никак не отступал от него.
       _Зачем? Это моя родина, и таким, как я, восстанавливать её после таких, как ты, после вашего с Путиным бардака,- не унимался оппозиционер. – Скажу честно: я хочу, чтобы эта вакханалия продлилась как можно дольше. В моих интересах, чтобы разные остолопы (вроде тебя) с нашей и той стороны самоуничтожились в этой бойне, а уж мы – остальные здравомыслящие россияне и украинцы – как-нибудь придём к согласию.
       Кровью налились глаза Романа. Что ему какое-то шушукание матери, где-то рядом? - когда стоявший прямо перед ним ехидничал: «Замарался-то ты в этом воровском бедламе, конечно, конкретно». И он всадил свой нож в бок ублюдка, по самую рукоять под самое сердце. Так ведь и Гена был «на взводе» и молниеносно вонзил свой клинок в шею брата.
       Упали они в агонии к ногам Татьяны. Опешившей в недоумении: что это сейчас было?
       Лишь спустя долгих нескольких секунд до неё – наконец, - дошло: случилось непоправимое.
       И пронеслись перед ней мгновения с этапами её падения: Валя, Дима, Коля, Рома с Геной. Где и когда проглядела она свои прегрешения?..
       Опустилась она медленно на колени, со страшным стоном, приподнимая то одного, то другого сыночка, - но ни слезинки не выступили на лице её. Да разве это лично она виновата в том, что свершилось?
       Виновато это ужасное время; виноват этот проклятый мир. Так пусть тогда он, поганец, горит синим пламенем! И сгинет, в грядущем апокалипсисе.