Салют

      Анатолий Максимович Туманов на должности начальника службы вооружения был столь же основателен и неспешен, как и в бытность командиром роты. Любил всё делать основательно, чтобы потом не переделывать.
     Участие в праздничном салюте, который праздник только для городских зевак, а для расчёта, выделяемого на это мероприятие, далеко не самая лёгкая работа. Начинается она задолго до салюта. Надо вначале проверить все пусковые установки, зарядить их, ещё раз проверить, заботливо укрыть брезентом и за 2-3 часа до салюта выдвинуться в указанное приказом начальника гарнизона место. Там тоже работы непочатый край: проверки, выставление оцепления, ещё один инструктаж и т.д. и т. п. И только тогда, где-то за час до первого салютного залпа, можно было несколько расслабиться и отметить, собственно праздник. А когда ещё? Ведь после салюта работы, считай, ещё больше. «Поляна» накрывалась в кабине одной из машин и начальник службы с командиром роты салютного расчёта приступали к неспешному, традиционному действу, - отмечанию праздника под домашние пирожки.
Так было заведено не нами, а традиции, - это святое.
     Но однажды была попытка грубо нарушить сложившиеся училищные традиции. Покушение на устои попытался совершить вновь назначенный комендант гарнизона. Ревностно выполняя свои обязанности, он решил лично проверить каждую салютную установку.
     Раскладывая закуску и протирая стопки походного набора. Анатолий Максимович услышал какую-то перебранку у оцепления. Как оказалось, там командир роты яростно доказывал коменданту, что лишняя проверка исключительно вредна для техники. Но силы были явно неравные. Крякнув, в сердцах, Максимыч отправился  разрешать конфликт. Отозвав в сторону ротного, он сказал:
     -хрен с ним, пусть побудет большим начальником, скорее уедет, а то отметить не успеем.
     Так комендант был допущен к пульту управления салютной установкой.
Переполняясь чувством собственной значимости, комендант сел на табурет, как садятся пианисты за рояль, откинув фалды шинели, он включил пульт и одновременно с воплем ротного «На х…!!!.» нажал одну из кнопок.
     Залп прозвучал неожиданно и мощно. В предзакатном Вильнюсском небе на высоте метров 50 плавно плыл брезент пусковой установки с огромной дырой посередине. В небе ярко зажглись, подсвечивая брезент, звёзды праздничного салюта. Комендант испарился с позиции раньше, чем потухли звёзды салюта.
     Ротного из состояния соляного столба вывел спокойный голос Максимыча:
-дай команду оцеплению поймать брезент, а радисту на все вопросы отвечать, что новый комендант проверяет установки и пошли, не люблю я холодными пирожками закусывать.