Четыре мушкетёра Восхождение часть 26

СЦЕНА 26

(Кабинет кардинала Мазарини. Кардинал, д’Артаньян и Портос)

МАЗАРИНИ

Господа д’Артаньян и дю Валон! Хоть вам и не удалось схватить и вернуть Бофора, я оценил ваше усердие, и хочу вам доказать это.

Д’АРТАНЬЯН

(В сторону)

Неплохое начало! Неужели он уже готов отблагодарить нас?

МАЗАРИНИ

Я дам вам возможность реабилитироваться за предыдущую неудачу.

Д’АРТАНЬЯН

(В сторону)

Только-то? Какая непомерная щедрость!

(Вслух)

Мы к вашим услугам, монсеньор.

МАЗАРИНИ

Д’Артаньян, вы очень хотите быть капитаном?

Д’АРТАНЬЯН

Слово «хотеть» слишком слабо выражает силу моего желания, монсеньор, поскольку мне обещают это уже не менее десяти лет кряду.

МАЗАРИНИ

А ваш друг по-прежнему желает быть бароном?

ПОРТОС

Я думаю, что  в настоящую минуту во Франции баронов на одного меньше, чем следует, и хотел бы предложить свою персону для устранения этого недостатка.

МАЗАРИНИ

Чудесно! Вы отвезёте эту депешу в Англию, а по возвращении мы обсудим ваши желания.

Д’АРТАНЬЯН

Монсеньор, обсудим? Только обсудим? В таком случае, не обсудить ли нам, насколько увлекательно французским дворянам отправляться в увеселительную поездку в неспокойную нынче Англию, и стоит ли подобная поездка того, чтобы предпринимать её за свой счёт из чистого любопытства.

МАЗАРИНИ

Вы меня не так поняли. Это язык дипломатии. Дипломаты ничего никогда не обещают.

Д’АРТАНЬЯН

Но дипломатам поэтому никто и не служит. Напротив, сами они находятся на службе. Я, монсеньор, не знаю языка дипломатии, а также языков ещё многих разных профессий. Я знаю  язык мушкетёров и язык их командира, каковым является Король Франции. А также язык представителя Короля в роте  мушкетёров, каким с нами разговаривал капитан де Тревиль.

МАЗАРИНИ

Я даю вам поручение, которое больше, чем просто доставка письма адресату, и за выполнение этого поручения вы получите больше, чем компенсацию дорожных расходов.

Д’АРТАНЬЯН

Этот язык я знаю, монсеньор, он называется французским языком. Продолжайте в том же духе, монсеньор, я весь внимание. И мой друг Портос тоже.

ПОРТОС

Да, монсеньор. Дайте нам сложное поручение, выполнение которого было бы достаточным основанием для получения того, в чём мы заинтересованы.

МАЗАРИНИ

Как видите, на конверте нет  адреса и  он запечатан.

Д’АРТАНЬЯН

Это уже интересно. Адресат знает нас в лицо и назовёт пароль?

МАЗАРИНИ

Нет. Вы поедете в Булонь. Там в гостинице «Герб Англии» вы найдете молодого дворянина по имени Мордаунт. С ним вместе вы поедете в Англию, он покажет путь к адресату этой депеши. В Англии вы вскроете верхний конверт.

Д’АРТАНЬЯН

В Лондоне?

МАЗАРИНИ

Я не знаю, где сейчас находится адресат. Мордаунт вас к нему приведёт.

Д’АРТАНЬЯН

Понятно. Дальше?

МАЗАРИНИ

До момента вручения письма вы будете повиноваться Мордаунту, а после вручения письма вы переходите в подчинение тому, кому адресовано это письмо.

Д’АРТАНЬЯН

Значит, указанный Мордаунт – не просто проводник или сопровождающий, но ещё и наш начальник?

МАЗАРИНИ

Что вас не устраивает в этой ситуации?

Д’АРТАНЬЯН

Решительно всё, монсеньор. При всём уважении к вам. Секретные миссии не выполняются вслепую. Если нужны два человека в качестве телохранителей этого вашего Мордаунта, возьмите двух любых мушкетёров. Возьмите четырёх, шестерых, если этого недостаточно. Французские дворяне не могут слепо повиноваться неизвестному им английскому дворянину, какое бы воинское звание он не имел в этих своих английских войсках. Тем более, что, насколько мне известно, вся эта их английская армия, сформированная парламентом, незаконна.

МАЗАРИНИ

Так вы роялист, господин д’Артаньян?

Д’АРТАНЬЯН

А вы, монсеньор?

МАЗАРИНИ

(Смущённо)

Разумеется, будучи первым министром Французкого Королевства, я не могу быть никем иным.

Д’АРТАНЬЯН

В таком случае мы, французские дворяне, роялисты, можем повиноваться Королю Англии лишь при наличии соглашения о совместных союзнических действиях против третьего врага, и лишь на поле боя. В противном случае если вы, монсеньор, направляете нас официально с миссией, выполнение которой должно состояться под руководством английского офицера, я бы хотел иметь на руках приказ о нашем прикомандировании, иначе меня могут счесть изменником и любой французский военный патруль вправе расстрелять меня.

МАЗАРИНИ

Но ваша миссия тайная!

Д’АРТАНЬЯН

В таком случае, монсеньор, я должен знать о цели и задачах моей тайной миссии, и знать о ней я должен ещё на этом берегу Ла-Манша.

МАЗАРИНИ

Для чего?

Д’АРТАНЬЯН

Для того, чтобы знать, как отвечать на вопросы в порту или на побережье Англии. Чтобы часом не назваться роялистом при встрече с бунтовщиками или не выдать себя за бунтовщика при встрече с отрядом роялистов.

МАЗАРИНИ

Что ж, д’Артаньян, это разумно. Вы убедили меня, что не следует использовать вас вслепую, тем более, что, по прибытию в Англию вы ведь всё равно узнали бы цель вашей поездки и ваши функции.

Д’АРТАНЬЯН

Вот именно, монсеньор. Ради интересов дела весьма желательно, чтобы ещё здесь, до нашего отъезда, мы бы знали, к кому мы едем, с какой целью, к чему нам следует быть готовыми, и каков должен быть результат нашей поездки. В этом случае наша миссия получит больше шансов на успех.

МАЗАРИНИ

Но учтите, что это – государственная тайна!

Д’АРТАНЬЯН

(Бьёт себя в грудь и показывает пальцем на свой висок)

Вот это и вот это, монсеньор, вместилище таких государственных тайн, какие ни одному шпиону не снились! Будьте спокойны, монсеньор, сохранность тайны поручения мы вам гарантируем.

МАЗАРИНИ

Что ж. Ведь вы всё равно узнали бы всё, попав в Англию. И, действительно, ещё до прибытия туда вам лучше бы знать, кто ваши друзья, а кто враги. Ну хорошо! Я скажу вам цель вашей поездки.

(Оглядывается на двери и окна, говорит приглушённым голосом)

Победа армии Кромвеля неизбежна. А Франция должна иметь дипломатические отношения с победителем. Поэтому вы направляетесь с предложением дружеского нейтралитета к генералу Кромвелю.

Д’АРТАНЬЯН

Вот это понятно! Это бизнес! С этого  момента поподробнее, пожалуйста.

МАЗАРИНИ

Дьяболо! Какие ещё подробности вам нужны?

Д’АРТАНЬЯН

Монсеньор, там сейчас такая кутерьма, что  всякое может случиться. Надо предусмотреть все варианты. Если мы с господином Портосом увидим, что Фортуна решительно склоняется в сторону победы Кромвеля, то, как я понимаю, ваша депеша будет вполне уместна, и нам следует её незамедлительно вручить. Так?

МАЗАРИНИ

Конечно!

Д’АРТАНЬЯН

 Да, но если мы увидим, что чаша эта непостоянная дама, Фортуна, предпочла взять сторону Короля? Следует ли нам повременить с вручением этого письма?

МАЗАРИНИ

А вы полагаете, что такое возможно?

Д’АРТАНЬЯН

В мире возможно всё, монсентор. Парижане, которые проклинали Генриха IV, кричали ему здравицы, когда он победно въехал в Париж. Англичане тоже народ сумбурный, они ведь дышат туманом и пьют вино из ячменя. Им может в голову прийти всё что угодно. Сегодня они требуют судить Короля, а завтра, если  он погасит долги армии и, возглавляя её, войдёт в Лондон, распустит парламент и объявит об отмене всех налогов на полгода, эти же самые англичане разорвут на клочки и Кромвеля, и всех других его сторонников, будут восхвалять своего Короля и клясться ему в вечной верности и любви.

МАЗАРИНИ

Дьяволо! Вы считаете, такой поворот возможен?

Д’АРТАНЬЯН

А вы, монсеньор?

МАЗАРИНИ

Теоретически да, но не с этим Королём.

Д’АРТАНЬЯН

Если бы у него вдруг появился умный советник, да ещё с деньгами…

МАЗАРИНИ
 
Если бы! Если бы у зайца были клыки, это был бы не заяц, а кабан. Вы же сами понимаете, что этого не будет.

Д’АРТАНЬЯН

Да, понимаю, но хотел бы получить инструкции на случай, если такое всё же случится. Вдруг рядом с Королём Карлом окажутся два случайных человека, один из которых даст ему дельный совет, а другой одолжит необходимую сумму?

МАЗАРИНИ

Надеюсь, что это будете не вы с господином дю Валоном?

Д’АРТАНЬЯН

Боже упаси! Я никогда не осмелюсь давать советы иностранным Королям. Я и своему-то Королю никогда ничего не советывал. Да он и не спрашивал моего мнения. Но всё же? Рядом с ним может оказаться какой-нибудь дворянин, дипломат, соратник.

МАЗАРИНИ

Исключено. Его все оставили. Но если такое случится. В самом маловероятном случае, если такое всё же случится…

Д’АРТАНЬЯН

Тогда, монсеньор?

МАЗАРИНИ

В этом случае не спешите передавать мою депешу генералу Кромвелю.

Д’АРТАНЬЯН

Вот теперь всё стало на свои места, монсеньор! Ну а если нас захватят роялисты? Я имею в виду английских роялистов, а не таких, как мы с вами, монсеньор.

МАЗАРИНИ

Это было бы ужасно!

Д’АРТАНЬЯН

Не беспокойтесь, монсентор, этого не случится, мы с Портосом, разумеется, убьём любого, кто попытается отнять у нас эту депешу. Я бы только хотел уточнить, с чего нам следует начинать? С того ли, чтобы убить этих роялистов, или с того, чтобы на всякий случай, на тот  самый маловероятный случай, быть может, нам надлежит сначала уничтожить  депешу, а только потом начать убивать этих несносных английских роялистов?

МАЗАРИНИ

Я полностью полагаюсь на ваш здравый смысл, господин д’Артаньян. Учитывая тот факт, что если вас всё-таки захватят роялисты и обнаружат у вас это письмо, судьба ваша будет намного плачевней, чем в случае, если бы такового письма у вас не было, вы, конечно, можете сначала уничтожить письмо. Такой исход был бы и в ваших интересах, и в моих.

Д’АРТАНЬЯН

Вот теперь, монсеньор, нам с господином Портосом всё совершенно ясно. Мы полностью осознаём важность нашей миссии, как и всю её опасность. И поэтому, помятуя, что мы едем не просто так, а я – за чином капитана мушкетёров, а господин Портос – за своим баронством, вы можете ни о чём не беспокоиться, ибо ваше поручение будет выполнено. Ведь мы договорились, не так ли? По возвращении после успешного выполнения этого поручения, мы не просто «обсудим» наши перспективы получения желаемого, а и решим этот вопрос положительно?

МАЗАРИНИ

Слово Мазарини.

Д’АРТАНЬЯН

(В сторону)

Не слишком-то надёжная валюта, это  самое слово Мазарини! Ну что ж, на другое расчитывать не приходится.

(Вслух)

Мы, монсеньор, не будем огорчать этого молодого  человека по имени Мордаунт объяснением того, что он не является нашим начальником, а всего лишь будет путеводной ниточкой к генералу Кромвелю. Пусть он считает, что мы ему полностью  подчиняемся. Но мы-то с вами всё уже обговорили.

МАЗАРИНИ

Да-да, мы всё обговорили, можете отправляться.

ПОРТОС

Монсеньор! Можете на нас расчитывать!

Д’АРТАНЬЯН

Именно так, монсеньор.

(Д’Артаньяен и Портос кланяются, уходят)