Как Веньгун-охотник удачу нашёл

Жил в глухой коми деревне парень по имени Веньгун - плакса. Прозвали его так за то, что чуть что — сразу хнычет: если снег глубокий — слёзы, выстрелит мимо — стонет, палец поранит — воет на всю тайгу. «Веньгун-хныкало» — смеялись девушки, а старики только головами качали: «Ох, парень — неважный из тебя охотник. Как жить будешь, как семью кормить будешь. Совсем пропадёшь».

Лицом Веньгун был круглый, как полная луна, добрый был и очень сильный. Но двигался так неуклюже, что даже белки на ветках прыскали со смеху, глядя, как он на лыжах идёт. То в сугроб упадёт, то в сосну врежется, то лыжи переплетутся — и лежит, как колода, и хнычет, что опять без добычи.
И одет он был по-охотничьи: на плечах лузан — старая отцовская потёртая меховая накидка с капюшоном, на голове — суконная шапка-ушанка, только уши её набок постоянно съезжали, а на ногах — ныра-ком, сапоги с загнутым носом, чтобы было за что цеплять лыжи, из плотной коровьей кожи, и тёплыми вязаными чулками-голенищами. И пояс у него охотничий был — на нём висел нож, сумочка с огнивом для разведения костра, и пороховница. Но быть одетым, как охотник, не значит быть хорошим охотником. И в сапогах он спотыкался на ровном месте.
Куда он ни пойдёт — там шум и треск. Идёт он по тропе, зазевается — и лбом сшибает ветку так, что птицы с гнёзд разлетаются. Хочет перевязать завязки на сапогах — запинается об корягу и летит носом в черничник. Ногу из ямы вытаскивает — и падает в ручей. Звери и птицы, заслышав тяжёлую поступь Веньгуна, и хруст веток, прятались кто куда. Но не от страха, а чтобы не попасть ненароком под его ноги. Но сердце у парня было доброе. Не раз он тушил пожар в лесу, зря деревья не рубил, детёнышей не губил, и почитал лес, как живое божество.

Завидовал Веньгун удачливым охотникам. Те всегда с добычей возвращаются — то глухаря принесут, то зайца, а то и сохатого. А он — вечно с пустым мешком, только шишки да хвоя в карманах, и за шиворотом. Девушки деревни, завидев его издали, перешёптывались: «Ой, Веньгун идёт опять без добычи. У него не удача, а одно горе». И убегали, прикрывая лица рукавами. От того Веньгуну было ещё горше.
 
И вот однажды, в начале зимы, пошёл он на лыжах в тайгу — хоть куропатку какую добыть, чтобы девушки не смеялись.
 
Идёт, и вдруг слышит стон. Жалобный, протяжный.
Веньгун свернул в чащу и видит: лежит старая-престарая сосна, поваленная ветром, а под ней — медведь в яме. Острыми обломанными ветками, как рогатиной, зажало его лапы, не может двинуться. Здоровый, упитанный, шкура богатая, лоснится.
Подумалось тут Веньгуну: "Если принесу такую добычу в деревню, перестанут надо мной потешаться, уважать будут".
Снял с плеча ружьё, Веньгун, прицелился. А медведь замер, и пристально посмотрел на охотника, словно принимая свою судьбу. Дрогнуло сердце Веньгуна. Он был не злой человек, и зря зверя не бил.
Убрал он ружье, подошёл поближе. Медведь зарычал.
 
— А ну, не балуй, — с опаской сказал парень, — Я помочь тебе хочу.

Медведь, будто понимая человека, замолк. Поднатужился юноша, раз — и приподнял тяжёлый ствол, ветки ослабли, огромный зверь выбрался на свободу и поднялся на задние лапы в полный рост. Юноша закрыл глаза и подумал: "Ну вот и смерть моя пришла!"
 
— Спасибо, добрый человек! — вдруг молвил медведь человеческим голосом.

Веньгун ахнул, отступил, и тут же, по обычаю своему, споткнулся и всей тушей бухнулся оземь. А сосна с грохотом упала обратно, так, что земля дрогнула.
 
Когда парень поднялся на ноги, то вместо медведя перед ним стоял высокий рослый мужчина в черном, суконном кафтане и с посохом в руке. Веньгун увидел мохнатые уши, суровое лицо без бровей и ресниц и косматую бороду, в которой запутались веточки и мох. Над его головой взвыл ветер, лес зашумел, закачался. Юноша был неглупым парнем, и понял он, что перед ним хозяин леса — Вэрса.

Подкосились ноги у Веньгуна, и осел он в снег.

— Ты знаешь ли, что в лесу нельзя шуметь и надо вести себя тихо, и зря зверя и птицу не беспокоить? Я не раз наблюдал за тобой, ты распугиваешь всё живое в округе, — с укоризной сказал Вэрса звучным голосом.
 
 
Вэрса был не злым духом, а скорее строгим и справедливым.
Веньгун смутился, засопел:
— Я бы рад, да не получается. Видимо в детстве мне ноги пятками вперед приставили.
Вэрса захохотал, так что с ближайшей сосны упал снег:
— Про меня тоже так болтают, когда я запутываю свой след. Я хочу отблагодарить тебя, человек. Ты меня спас, хотя мог и погубить. А сам еле стоишь и руки от страха трясутся. За твоё доброе сердце открою тебе тайну. Знаешь, почему ты так неловок и неудачлив? Ноги твои землю не чувствуют, потому что обувка твоя не в лад с тропами лесными.
Сделай волшебную охотничью обувь. Не из шкуры убитого животного, а из бересты, да не простой, а взятой с той берёзы, на которую укажу. Ноги тогда сами тебя понесут без устали, след звериный найдут, и домой приведут с добычей богатой. Но знай меру, парень, иначе не сдобровать тебе. Услышу я, что берёшь больше, чем надо и вредишь лесу, приду за тобой. Не жалую я таких, и заведу в такие дебри, из которых тебе никогда не выбраться к нужной тропе.

Вэрса привел Веньгуна в берёзе, кора которой была такая белая, что слепила глаза, и ловко срезал две широкие полосы бересты. Потом показал, как её парить, как гнуть и как плести особые лапти — удобные, мягкие, на упругой подошве. А потом острым сучком на каждом лапте вырезал заветные знаки-пасы.

— Это не простые знаки, — шепнул Вэрса. — Пока такие лапти носишь, будет с лесной землёй у тебя особая связь. Шаг твой будет тих, как у рыси, а бег скор, как у лося. Но помни: сила твоя — в твоей мудрости и умеренности.
 
Поклонился Веньгун духу леса:
— Благодарствую, владыка, за помощь и разум.
Вернулся Веньгун в деревню, — лёгким шагом, с сумкой полной добычи. Идёт — ноги сами бегут, не спотыкаются, больше в сугробы не падает, лыжи послушные, скользят, будто по маслу. С тех пор стало не узнать плаксу. Стал он завидным охотником и женихом.
 
Девушки теперь не смеялись, а заглядывались — ай, какой ловкий парень, и лицо круглое уже не смешное, а красивое.

Веньгун больше не плакал. Он понял: тайга любит того, кто сердцем лес чувствует, да благодарным быть умеет. И лесное счастье, и удача, к нему пришли. Так Веньгун стал лучшим охотником на своей земле.
 
***
Веньгун (коми) — плакса, хныкала
Лузан — охотничья накидка с капюшоном из домотканого сукна
Ныра-ком — мягкая охотничья обувь охотников-промысловиков из кожи (ныра — носатый, ком — традиционная низкая обувь)
В;рса (Вэрса) Хозяин леса, леший в коми мифологии.
Пасы — это традиционные родовые и семейные знаки коми-зырян, которые использовались как метки собственности, обереги и заменяли личную подпись.

Наталья Короткая
(иллюстрация с просторов интернета)
Благодарю Оксану Сусорову , её волшебный сказочный курс и чат, который снова меня сподвиг расчехлить перо и написать эту сказку.
 #наталья_короткая #drcn #коми_сказки #коми