Снаряд для физрука, или Как я чуть не сбил самолёт

У нас в школе есть физрук. Зовут его Борис Аркадьевич. Он высокий, как шкаф, и громкий, как поезд. Когда он говорит «на первый-второй рассчитайсь», окна дребезжат в соседнем здании. А когда он свистит в свисток, у первоклассников уши закладывает.
Борис Аркадьевич очень любит нормативы. Он их любит больше, чем физкультуру. Каждую неделю у нас какой-нибудь норматив: бег на тридцать метров, прыжки в длину, метание мяча.
В тот день был как раз норматив по метанию мяча. Мы пошли на школьный двор. Борис Аркадьевич выстроил нас в шеренгу и сказал:
— Сегодня, дети, мы метаем мяч. Задача — метнуть как можно дальше. Вот линия старта, вот ориентир. Смотрите на ориентир! Не подводите меня!
Ориентиром была старая яблоня в углу двора. До неё было метров двадцать. Плевое дело.
Первым метнул Петька. Мяч улетел метров на пятнадцать. Борис Аркадьевич сказал:
— Молодец, Ковалёв. Хорошо.
Потом метнула Ленка Круглова. Мяч улетел метров на двенадцать. Борис Аркадьевич сказал:
— Хорошо, Круглова. Продолжай в том же духе.
Потом метнул Вовка Сидоров. Мяч улетел метров на двадцать пять. Попал прямо в яблоню. Борис Аркадьевич сказал:
— Отлично, Сидоров! Ты прямо копьеметатель!
А потом вызвали меня.
— Снигирёв! — крикнул Борис Аркадьевич. — На линию!
Я вышел. Взял мяч. Он был мягкий, набивной, немного тяжёлый. Я подумал: «Сейчас я покажу, на что способен настоящий Снигирёв».
Я разбежался. Размахнулся. И метнул.
Мяч улетел.
Он летел долго. Очень долго. Я даже успел подумать: «Ух ты, вот это да, я сильный». Потом мяч перелетел через яблоню. Потом через забор. Потом через соседний двор. Потом через крышу соседнего дома.
Все замолчали.
Борис Аркадьевич открыл рот. Потом закрыл. Потом открыл опять.
— Снигирёв, — сказал он тихо. — А куда ты метнул?
— Туда, — сказал я и показал рукой направление. — Наверное.
— Это не «туда», — сказал Борис Аркадьевич. — Это за пределы школьной территории.
— Я старался!
— Я вижу, что ты старался.
Тут раздался звонок. Но на следующий урок мы не пошли. Потому что прибежал сторож дядя Миша и сказал:
— Борис Аркадьевич! Тут такое дело! Ваш мяч! Он в кабинет директора влетел!
— Как в кабинет директора? — не понял Борис Аркадьевич.
— Через форточку! Форточка была открыта! Мяч влетел прямо в кабинет, попал в аквариум, аквариум упал, вода разлилась, рыбки плавают по полу!
Все замолчали.
— Я пойду, — сказал я.
— Стоять! — рявкнул Борис Аркадьевич. — Никто никуда не идёт! Строимся! Все в класс! Снигирёв — к директору!
Я пошёл к директору. Директора зовут Иван Иванович. Он большой, как медведь, но добрый, если его не злить. Когда я вошёл, он стоял на четвереньках и ловил рыбок.
— Снигирёв, — сказал он, не поднимая головы. — Ты?
— Я, — честно ответил я.
— Зачем?
— Метание мяча. Норматив.
— И ты решил метнуть в аквариум?
— Я не специально! Я просто метнул! А он полетел!
Иван Иванович поймал последнюю рыбку и посадил её в банку. Потом встал и посмотрел на меня.
— Витька, — сказал он. — Ты зачем мне форточку закрыл бы?
— Я не закрывал.
— Вот именно. Она была открыта. Ты знаешь, сколько лет эта форточка была открыта?
— Сколько?
— Двадцать. Она была сломана. Её никто не мог закрыть. А теперь твоим мячом она закрылась. Идеально. Спасибо тебе, Снигирёв.
Я замер. Я не знал, что сказать.
— Но, с другой стороны, — продолжил директор. — Ты разбил аквариум. Это плохо.
— Я могу помочь!
— Помоги. Завтра приходи с тряпкой. Почистишь рыбкам аквариум. И твоя мама пусть придёт. Поговорим.
— А про норматив что?
— Норматив ты сдал, — усмехнулся Иван Иванович. — На пятёрку. Пятьдесят метров. Рекорд школы.
— Правда?
— Правда. Но больше не сдавай. У меня больше аквариумов нет.
На следующий день я чистил аквариум. Мама пришла, поговорила с директором, потом долго смотрела на меня и качала головой.
— Витя, — сказала она. — Ну почему у тебя всё как в цирке?
— Мама, я хотел как лучше.
— Я знаю. В этом вся проблема.
Рекорд школы по метанию мяча до сих пор мой. Правда, соревнования теперь проводят на стадионе. Борис Аркадьевич настоял. Говорит: «С Сингирёвым в школе — себе дороже».