Подарок к дню рождения

В мой день рождения внучка сказала:
        — Я тебе песню спою.
Я приготовился услышать что-нибудь современное. Она любит рок, поет в основном по-английски — громко, уверенно, совсем не так, как пели мы когда-то.
Но она взяла гитару, услышал первые аккорды, и я замер.
        — А я еду, а я еду за туманом…
Кукин, «За туманом». Наша песня. Вернее, когда-то она была нашей.
        Странное дело — кажется, давно забыл и слова, и мелодию, и тех, с кем когда-то пел. А потом услышишь несколько знакомых аккордов — и всё возвращается.
        У молодых теперь другие песни. Громкие, ритмичные. Наверное, хорошие. Но мне порой не хватает в них той неспешности, когда песня словно никуда не торопилась, давала время поразмышлять. Можно было помечтать, подумать. Смотреть на дорогу, на костер, на друзей, на вечернее небо. И слова были о чем-то очень понятном: о дороге, дружбе, любви, о желании увидеть то, чего еще не видел.

        Наши дочь и внучка тоже поют. И обе пишут песни. Внучка, хоть и занимается классической музыкой,  любит рок. Поет громко, чаще по-английски. Я слушаю и иногда думаю: другое поколение, другой мир.
        И потому в мой день рождения я не сразу понял, что происходит. Она в подарок мне запела по-русски: «А я еду, а я еду за туманом, за мечтами и за запахом тайги…»
Песню Юрия Кукина.
        Когда внучке было лет пять - семь, я пел ей эту песню перед сном. Она лежала в кровати и просила:
— Спой мне про туман.
Иногда еще «Домбайский вальс» Юрия Визбора — тот, где лыжи у печки стоят.
        Откуда ей было знать тогда, что для меня это были не колыбельные, не просто песни?
Мы пели их студентами — в походах, у костров, в горах и лесах, на реках и болотах. Пели о тумане, за которым обязательно надо было куда-то ехать, о горах и перевалах,  которые мечтали пройти, о дорогах, которые ждали впереди. Наверное, мы и сами не очень понимали, чего ищем. Мокрые ботинки сушились у огня, рюкзаки валялись рядом, впереди была неизвестная дорога, и почему-то казалось чрезвычайно важным обязательно добраться туда, где еще не был.

        Прошли годы. Теперь внучка почти взрослая. Мы уже не проводим вместе столько времени, как раньше. Она старшеклассница, и свободного времени у нее почти нет: школа, репетиции, концерты, выступления. Иногда я смотрю на ее расписание и думаю: не слишком ли много для ребенка?
— Может, не надо так себя загружать? — спросил я однажды. — Ты ведь потом ночью уроки делаешь.
Она удивилась:
        — Нет. Мне так нравится. Мне всё интересно.
Что тут ответишь?
Учится хорошо, везде успевает, хотя гимнастику и танцы пришлось оставить. Играет на флейте в городском молодежном симфоническом оркестре. Дирижирует школьным рок -бэндом. Поет в классическом хоре  Летом с хором ездили на конкурсы в Германию и Данию.

        Где-то это я уже видел.
        Только девочка была другая. Ее мама.
Та тоже когда-то бежала из музыкальной школы на тренировку, с тренировки еще куда-то, ничего не успевала и всё равно отказывалась что-нибудь бросить.
Лыжный тренер настаивал:
        — Музыка мешает. Надо выбирать.
Мы тогда не позволили ей выбрать лыжи вместо музыки. В музыкальную школу она пошла в неполные пять лет.  Не знаю, правильно ли родители вообще способны выбирать за детей их будущее. Но о том случае не сожалеем.
Музыка осталась. Теперь наша дочь — профессор университета. Учит музыке студентов. Пишет песни, романсы, мюзиклы. А внучка недавно написала песню для школьного хора. Хор пел. Она стояла перед ним и дирижировала.
        Я смотрел на нее и почему-то вспомнил маленькую девочку под одеялом:
        — Спой про туман.
Сколько лет прошло?!
       Я думал, она забыла. Оказывается, нет.
И вот теперь она сидит передо мной — почти взрослая — и поет песню человека, которого давно нет. Песню о времени, которого она никогда не знала.  А я слушаю и  вижу костер. Тайгу. Мокрую дорогу. Нас — молодых. Друзей, кто был рядом. Мы еще ничего не знаем о том, что с нами будет. Нам кажется, что впереди бесконечно много времени. Теперь я понимаю, мы были счастливы  И мы поем: «А я еду за туманом, за мечтами и за запахом тайги…».
        Я смотрю на внучку. Теперь ее очередь.
        Куда приведет ее дорога, я не знаю.  Я только надеюсь дожить до того времени, когда внучка сама поймет, что именно она искала за своим туманом. А пока я слушаю, как она поет песню моей молодости. Значит, не всё осталось там, далеко.