Касий и Ярга. Глава 6. Кров

Касий и Ярга. Глава 6. Когда реки обратились вспять

Восход солнца не радовал, как это было прежде. Свободный ветер не ласкал своим дыханьем загорелые лица. Пара лошадей устало брела по степи. Сорен следил за спящим Касием, пока рядом с грустной Яргой молча шла Амара.

Девочка с некоторой завистью и умилением наблюдала за младшим братом, который казался абсолютно безмятежным. Была уже середина дня, семья убегала всю ночь опасаясь преследования и до сих пор никто их не настиг, что навевало самые неутешительные мысли.

— Мам, как думаешь, дедушка справится? — Вопрос Ярги остался висеть в пустоте.

Амара боялась своего отца и считала его крайне жестоким, но сейчас, она не могла понять что на самом деле ощущает.

«Чудовище спасло свою семью? Хотите сказать что он меня не презирает? Вздор. Ни похвалы, ни доброго слова. Как мамы не стало, он обо мне вообще забыл. Не будь Ярга наследницей его воли, дрянной отец не помнил бы как меня зовут.» — В какой-то степени Амара завидовала своей дочери, ведь Дариус уделял больше внимания внучке, нежели дочери.

Усталый топот копыт двух вьючных животных и шуршащая трава погружали кочевников в некое подобие транса, заставляя их невольно принять трагедию утраты своего дома, своего племени, чувства безопасности, общности, статуса.

Солнце отправлялось в сторону заката. Амара и Сорен всё ещё не теряли надежды услышать голоса соплеменников.

Маленький Касий сидел верхом и потихоньку жевал вяленую говядину, из тех не многочисленных припасов, которые удалось прихватить при бегстве.

Весь путь Ярга понемногу корректировала направление, чтобы выйти именно к тому месту, о котором ей рассказывал Дариус:

«Как же быть дальше? Обождать? А если столкнёмся с нападением? А если некого ждать? Дедушка, ты ведь такой сильный, ты ведь не мог так просто умереть, правда? А если мог? Сможем ли мы выжить? Касий, братик, ты ещё такой маленький. Может от этого такой беззаботный? Понимаешь ли, что мы всего лишились? Хотя… Может ты и прав. Какой смысл беспокоится о том что уже случилось? Надо думать что нам делать дальше. Верно. Надо собраться. Будем оплакивать павших когда сами будем в безопасности.»

Ярга на какое-то время так пристально смотрела на младшего брата, что тот даже предложил ей разделить с ним говядину, отчего девочка чуть смутилась и мягким жестом отказалась:

«Мы можем вернуться в деревню земледельцев, если уж на то пошло. Но у нас…»

Ярга осмотрела скромные пожитки и несколько раз кивнула с горестной улыбкой:

«Почти ничего нет, что мы бы могли предложить взамен гостеприимству. Что же… Может вернуться в лагерь? А если там ещё опасно? Да и кто вернётся? Кони устали. Мама… Не сможет, а отец… пожалуй тоже нет. Касия я не пошлю. Меня же конь выдержит спокойно. Я смогу убежать вдруг что. Могут не отпустить, но это решаемо. Ведь…»

Ярга внимательно всматривалась в лица родителей, на которых всё сильнее проступала усталость:

«Долгие прогулки выматывают. Удрать будет весьма просто, надо только с Касием договориться.»

Ярга вновь слишком долго таращилась на братика, от чего ему снова стало не по себе и он опять предложил сестре покушать.

— Нет, кушай, спасибо. — И пусть милая улыбка Ярги слегка обезоруживала, но Касий начал с подозрением поглядывать на сестру.

— Задумала что-то? — Касий спросил почти шёпотом, но сестра буквально прочитала вопрос по губам и приложила указательный палец к своим губам, прося братца быть потише. Мальчик кивнул в ответ на жест сестрицы.

Двое уставших взрослых и парочка детей-заговорщиков, под вечер, добрались к реке.

— Пожалуй, остановимся здесь. — Констатировал Сорен.

— Нет, нам надо перейти на тот берег. — Запротестовала Ярга.

— Дочь, ты же понимаешь что придётся искать брод? — Мужчина умоляюще устало посмотрел на Яргу.

— Отец, я понимаю, но…

— Ярга! Мы останемся здесь. Хватит себя так вести. Пожалела бы нас с отцом. Не видишь как мы устали? — Разразилась Амара.

— Мама, я понимаю что…

— Прекрати!

— Амара, держи себя в руках.

Женщине было ещё что сказать, но усталость вынудила её придержать брань.

Взрослые развели костёр, собрав сухую траву, немного камыша и веток у берега реки. Привязав лошадей к найденной неподалёку коряге, Амара и Сорен уже еле стояли на ногах.

Ярга в это время недовольно осматривалась:

«Слишком, слишком открытая местность. Перейди мы реку, всё было бы куда лучше. Хоть ине понятно что за ней, но зато ведь знаем что за нами… Как всё это неприглядно выглядит. Что бы на моём месте сделал бы дедушка?»

Девочка осмотрелась ещё раз и резко почувствовала свою беспомощность, она знала как будет лучше, но не как это донести до остальных.

«Я бесполезная.»

Сзади к сестре подошёл Касий:

— Ярга, тебе как-то помочь? — Слова брата, даже немного рассмешили девочку.

«Я так никчёмна, что даже ты мне не сможешь помочь.»

— Касий, не отходи от меня. Хорошо?

— Тебе плохо?

— Мне… Просто грустно. Идём согреемся.

***

Глубокой ночью, Ярга гладила спящего братика и переодически подбрасывала полусырые ветку в костёр, чтобы тот не потух.

На какое-то мгновение, девочке показалось, что со всего мира исчезли звуки. Сперва Ярга испугалась что, уснула, но она не спала. Затем, проверим уши, ничего не изменилось.

У Ярги холодок пробежал по спине, когда она поняла что даже течения реки больше не слышно. Затем…

Первыми встревожились мирно стоящие в отдалении кони. Тревога животных всё больше возрастала пока даже Ярга не поняла что происходит.

— Просыпайтесь! Звери! Звери напали! — Девочку всю трясло. Никогда раньше она так не чувствовала свою беспомощность как сейчас. Прижимая к себе полусонного брата Ярга постепенно отходила всё дальше, пока за её спиной не замаячил обрыв, на краю которого она замерла в страхе.

«В крайнем случае…» — Девочка оглянулась, пытаясь вслушиваться в каждый шорох, но, вода молчала.

Амара и Сорен проснувшись первым делом разбросали горящие ветки из костра по сторонам, надеясь спугнуть зверьё, ну или как минимум видеть сколько животных и с какой стороны ожидать их нападения.

Это была стая волков, некоторые из хищников уже начали расправляться с конями и продолжали постепенно теснить людей.

Одну за одной Амара выпускала стрелы в сторону зверья. Некоторые находили свою цель, но большинство летели мимо.

Перед беглецами замаячила перспектива неизбежной гибели.

Когда хищники озверело бросились в атаку на родителей, Ярга в страхе тяжело дышала и всё сильнее прижимала к себе Касия, стараясь прикрыть тому глаза, чтобы братик не видел кровавого ужаса.

«Простите… Простите… Мне очень жаль… Я… Я не виновата…»

Ярга одной ногой уже была у обрыва, когда поймала на себе взгляд матери, которая истекая кровью вцепилась в шкуры волков. В глазах Амары будто читалось: «Чего ты ждёшь?»

Девочка, прижимая к себе братика, сиганула с обрыва в стоячую ледяную воду.

Ветер, который внезапно поднялся, был больше похож на чей-то громкий, разочарованный, уставший выдох.

Вода вокруг внезапно потемнела так, будто кто-то налил в неё чернил.

Мир снова вернул себе голос. Звук бурного течения заглушил крики отчаяния.

В тот момент, полноводная река обратила течение вспять, унося в своих тёмных объятиях двух сирот.

***

На противоположном берегу, за всем разворачивающимся кошмаром наблюдал запоздало подошедший мужчина. Его величественный образ мог посоревноваться разве что с горными заснеженными вершинами, а грусть взгляда этого человека была сопоставима со всей мировой скорбью. Доспехи его сливались с темнотой ночи и даже лунный свет утопал в них без остатка.

Бледное лицо человека повернулось в сторону тёмного течения, которое ласково уносило спасающихся детей:

— Чего ты добиваешься?

Сделав один шаг вперёд человек вмиг оказался на противоположном берегу реки, где уже утихли всякие звуки сопротивления.

— Конечно. Чем бы вы ещё могли обратиться, как не зверьём?

Легонько стукнув по земле ногой, закованной в латные сапоги, человек, казалось, расколол саму земную твердь до самых её тёмных, неизведанных глубин, куда не было пути живым.

Вобрав в себя тьму, таившуюся в хищниках, разлом тот час исчез, а зверьё пало замертво.

Огорчённо осмотревшись вокруг, мужчина только вздохнул:

— О ваших детях позаботятся, идёмте сомной.

Развернувшись, человек растворился в ночной дымке. Отныне на сим берегу не было ни одной живой души.

***

— Касий… Кхе-кхе-кхе… — Ярга старалась придерживать брата, чтобы тот не захлебнулся, но сама при этом наглоталась речной воды. — Ты как?

— М-м-м-м. Что… Где мы?

— Не знаю. — Яргу всю трясло. Девочка вертела головой, но всё не могла понять где именно они находятся. Ни деревья, ни кустарники — ничего из того что было вокруг не напоминали родные просторы.

— Вы долго. Заставляете старушку ждать. Ну и дети пошли в наше время. — Бабушка в ветхих одеждах сидела на пне с повязкой на глазах. Добродушная улыбка незнакомки настораживала, но женщина не казалась враждебно настроенной.

— Это… Это вы нам? — Удивилась испуганная неожиданной встречей Ярга.

— Видишь здесь ещё кого-то, девочка?

— Н-нет.

— Ну, значит вам. Для начала, идите за мной.

— Куда? — Насторожилась девочка, пряча за собой брата.

— Домой.

— К вам?

— К нам. — Улыбка женщины приобрела нотки горести. — Ну же, чего застыли?

— Но у нас ничего нет. Мы не сможем, с вами расплатится. — Ярге важно было понять мотивы старухи.

— Расплатится? Говоришь. — Бабка на какое-то время задумалась. — Подсобишь в ремесле и сможете с братом остаться.

— И, — немного неуверенно, но Ярга решила поинтересоваться, — что за ремесло?

— Ох-хо-хох, самое неблагодарное, деточка — лечить тех, кто тебя ненавидит.

— Как же они вас могут ненавидеть, если вы их лечите?

— Пойдём и ты всё поймёшь.

Предложение старухи было не таким уж и плохим. Темболее Ярга помогала часто матери в лечении соплеменников, потому отчасти ей это ремесло и так было близко. Единственное, что настораживало девушку — слишком всё было вовремя; и как понять «лечить тех, кто ненавидит»?

Взглянув на промокшего младшего брата, Ярга приняла безысходность ситуации и последовала за старухой у которой хоть и были завязаны глаза, но двигалась та вполне себе уверенно в лесу.

Странностей становилось всё больше.