Дадин Айбика, Амаран Заза, Айдин Жансига

Чеченские женщины-воительницы оставили глубокий след в истории Кавказской войны (1817–1864 гг.) и последующих восстаний. Горский этикет и суровые адаты строго разграничивали мужские и женские роли, однако в моменты крайней опасности, когда на кону стояло выживание семей и независимость земли, чеченки вставали в один строй с мужчинами, брали в руки оружие или совершали акты коллективного самопожертвования.
        События штурма мятежного аула Дади-Юрт войсками генерала Алексея Ермолова стали символом женского мужества, в память о котором в Чеченской Республике учреждён официальный праздник — День чеченской женщины (отмечается ежегодно в третье воскресенье сентября).
      
    Дадин Айбика, Амаран Заза и Айдин Жансига во время штурма села 15 сентября 1819 года  вышли на площадь перед сельской  мечетью. Под звуки медных подносов и барабанов они пели героические песни-илла, поднимая дух израненных защитников, а затем сами бросились в бой с кинжалами в руках.
   Дадин Айбика  — центральная фигура женского сопротивления в Дади-Юрте, чье имя сегодня носит одна из центральных улиц Грозного.
 Она была дочерью Дады Центороевского (из тейпа Цонтарой) — уважаемого старшины и основателя аула Дади-Юрт. Айбика славилась в округе не только своей редкой красотой и благородством, но и сильным, волевым характером.
    Когда 15 сентября 1819 года начался штурм, Айбика сплотила вокруг себя других девушек аула. Они вышли на площадь перед мечетью под непрерывным огнем артиллерии. Девушка играла на медной чаре (национальном инструменте) и пела героические песни, призывая мужчин стоять до конца и напоминая, что смерть в бою лучше позора.
   Когда артиллерия разрушила укрепления и солдаты ворвались в аул, завязалась рукопашная схватка. Айбика не отступила. Взяв в руки кинжал, она бросилась на наступавших солдат и пала в бою, поднятая на вражеские штыки. В некоторых фольклорных версиях упоминается, что она выжила в самом ауле и была среди тех 46 девушек, что возглавили прыжок в Терек, однако большинство источников сходится на её героической гибели с оружием в руках непосредственно во время штурма площади.

     Амаран Заза (Iaьмapaн Заза) была признанной красавицей аула и любимой невестой Бахадара Мюстарга — одного из главных и бесстрашных защитников Дади-Юрта. Их свадьба должна была состояться в  Бок о бок с Дадин Айбикой Заза стояла на площади под градом пуль, воодушевляя защитников боевыми песнями, перевязывая раны и поднося воинам боеприпасы. Когда патроны у мужчин заканчивались, именно Заза и её подруги начали отрезать свои знаменитые длинные девичьи косы, чтобы использовать их вместо пыжей для ружей.
      Заза встретила смерть на своем посту. Она отказалась уходить в укрытие и погибла под обломками минарета сельской мечети, который был полностью разрушен прямым попаданием снаряда царской артиллерии. Её жених Бахадар Мюстарг также пал в этом бою. В честь Зазы, как и в честь Айбики, сегодня названа улица в столице Чечни.

     Айди Жансига (Айдин Жансига) - соратница Айбики и Зазы, чье имя также навечно вписано в историю трагедии.
     Жансига была в числе тех девушек, кто сменил музыкальные инструменты на боевое оружие. Когда защитники аула пошли в свою последнюю штыковую атаку, она не осталась в стороне.
    Жансига проявила невероятное мужество в ближнем бою. Вместе с Айбикой она с кинжалом в руках отбивалась от окруживших её солдат и погибла в жестокой рукопашной схватке.
    После пяти часов непрерывного боя цветущий аул был превращен в пепел. Почти все мужчины погибли, в плен удалось взять лишь 14 тяжелораненых воинов в бессознательном состоянии и несколько десятков женщин. 46 молодых девушек гнали к переправе через Терек. Понимая, что в плену их ждут надругательства, позор и неволя, они приняли общее решение.
     После падения аула выживших женщин и детей погнали в плен. Когда колонна переправлялась по мосту через бурную реку Терек, 46 захваченных в плен чеченских девушек во главе с Айбикой, не пожелав переносить неволю и позор, одновременно схватили державших их конвоиров и бросились вместе с ними в бурные воды реки.
    При осадах сёл  женщины переодевались в мужскую одежду, вставали на бреши в стенах, сбрасывали на штурмующие колонны камни и брёвна, а также шли в рукопашную схватку, используя кинжалы, когда заканчивались патроны.
      Раненые женщины часто отказывались от медицинской помощи из рук неприятеля, предпочитая погибнуть на поле боя.
      Защитницы Дади-Юрта  провили беспрецедентное мужество при обороне богатого и цветущего чеченского аула Дади-Юрт, распологавшееся  на территории современного Гудермесского района) во время его жестокого штурма царскими войсками под командованием генерала Алексея Ермолова. Оборона села стала одной из самых трагических и героических страниц в истории Кавказской войны, когда женщины бок о бок с мужчинами защищали свою землю и человеческое достоинство.
     Во время ожесточенного штурма, когда аул стирался с лица земли артиллерией и превосходящими силами противника, чеченские женщины бросались на врага с кинжалами в руках.
 
      После того как аул был полностью сожжен и уничтожен, оставшихся в живых девушек и женщин взяли в плен. При переправе через бурную реку Терек 46 чеченских девушек, не желая переносить бесчестие плена, предпочли смерть позору и бросились в воду, увлекая за собой конвоиров.
 Уничтожение богатого селения было обусловлено жесткой стратегией покорения Кавказа.
      Ермолов посчитал, что пришло время радикально решить вопрос с качкалыковскими чеченскими аулами, расположенными на правом берегу Терека. Главной целью штурма было не просто локальное подчинение, а демонстративное уничтожение крупного поселения для устрашения остальных горцев. Ермолов рассчитывал, что масштабная карательная акция заставит жителей соседних аулов добровольно эвакуироваться и покинуть прилегающие к Тереку земли.
       Непосредственной причиной самого штурма стал прямой отказ дадиюртовцев выполнить требования окруживших аул войск. Рано утром генерал-майор Василий Сысоев предложил жителям добровольно оставить свои дома и переселиться за реку Сунжу. Поселение отказалось принять эти условия. Горцы предпочли принять неравный бой, защищая каждый дом как отдельную крепость.
       Уничтожение аула Дади-Юрт  повлекло за собой тяжелые стратегические, демографические и психологические последствия, которые во многом определили дальнейший характер и крайнее ожесточение Кавказской войны. 
      Аул  полностью стерли с лица земли. В ходе жестокого многочасового боя погибли все вооруженные защитники и сотни мирных жителей (по разным оценкам, от 400 до 500 чеченцев). Около 140 женщин и детей, а также 14 тяжелораненых мужчин были взяты в плен. Царские войска также понесли непредвиденно высокие потери для локальной операции — около 200 человек убитыми и ранеными (четверть штурмовавшего отряда).
        Осознав участь Дади-Юрта, жители соседних качкалыковских селений начали уводить семьи вглубь лесов и заблаговременно вывозить имущество. В ходе последующих экспедиций чеченцы защищали пустые аулы менее упорно.
       Опасаясь полного истребления, чеченцы стали оставлять долину реки Сунжи и переселяться в горные районы , что временно обезопасило фланги строящихся русских крепостей.
       Главный стратегический просчет Ермолова заключался в том, что «урок устрашения» привел к обратному эффекту. Вместо покорности акция вызвала невиданный всплеск ярости и ненависти к завоевателям.
       Слухи о трагедии Дади-Юрта быстро облетели Кавказ. Ранее разобщенные общества стали объединяться перед лицом общей угрозы.
       Трагедия Дади-Юрта навсегда изменила чеченскую культуру и историческую память. Героическая гибель защитников и самопожертвование 46 девушек в водах Терека превратились в национальные символы стойкости, чести и верности родине, которые легли в основу чеченских героико-исторических песен (илли).