267. Гидромаш. Глава 7

                ГЛАВА СЕДЬМАЯ

                - 1 -

        2011 год

        Продолжаю работать на "Гидромаше".
     Вот я пишу - люди, люди.
        Это определяет всё - характеры, поступки, своеобразность каждого.
     Они определяют ПРОИЗВОДСТВО.

        Здесь нет такого понятия как план, именно для нашего цеха.
     Мы в действии. Привезут детали, произведем термическую обработку и дальше.
     Правка, пескоструйная обработка, шлифовка, доводка.
        Конечно, в общем, для предприятия какой-то план есть - сдача комплекта,
     узла, но это далеко от нас как в небесах - главное не мешать и не путаться
     под ногами.
        Некоторые детали по несколько раз ко мне возвращаются на нескольких
     стадиях и тянется за ними большой ШЛЕЙФ, ворох документации - как за
     какой-нибудь графиней или королевой.
        У каждой своя история.

        Ошибись на одном этапе - и вся предыдущая работа, труд многих людей
     насмарку, коту под хвост. Поэтому ответственность колоссальная и контроль,
     контроль на каждом шагу, за каждой деталью.
        Авиация!

        Но вот средства, на которых всё это производится - это тоже интересно.
     Печи, они же тоже как ЛЮДИ имеют каждая свою особенность, свой характер.
     К ним тоже надо найти подход как к человеку.
        Поэтому дальше я хочу поговорить о них.

                - 2 -

                ПЕЧИ

       Они очень разные.
    Некоторые современные с защитной атмосферой - детали выходят чистые
    как картинки.
       Другие средние - такие как шахтные, после закалки в масле детали выходят
    черные, грязные, но приобретающие прочностные свойства до 60 единиц HRC.
    Резец их уже не тронет, не возьмет - сам сломается, только шлифовка
    и полировка.
       Третьи совсем дореволюционные. Скрипят, еле двигаются, но работу свою
    знают. Они тоже нужны.

       Начну с самых больших. Кто твой самый большой друг?
    ПАП-4,5,6. Самые мои родные в виде шкафов с огромной открывающейся дверью.
       Это низкий отпуск. Снятие напряжений.
    Как человеку после трудной работы требуется отдых.
       От 180 до 250 градусов.
    Сюда идет всё - от огромных стоек шасси высотою с мой рост до мелочёвки.
    Каждая деталь имеет свой номер, сидишь с фонариком от мобильника, пере-
    писываешь номера, сверяешь с присланной накладной - и вроде как при деле.
       Зачем?
    Для порядка, чтобы всё соответствовало бумаге. Совсем мелкие, конечно,
    без записи.

       Дальше выставляешь температуру по диаграмме, закрываешь дверцу печи,
    заполненной деталями, включаешь ее, она заскрипит, затарахтит вентилятором.
       Пошло, поехало!
    Бывает столько деталей набьешь, что чуть не валятся, бывает - сколько есть,
    сколько привезут.
       Я сейчас думаю - был бы в то время искусственный интеллект - он бы
    выдавал информацию с других цехов, чтобы я пустую печь зря не гонял.

       Всё!
    Записываешь время включения, время подхода температуры, выдержку - сколько
    положено.
       Записываешь в цеховой журнал. Если по времени не успеваешь выгрузить -
    пишешь по смене. Бывает хитришь и по опыту загружаешь так, чтобы открывать
    не тебе.
       Но это уже тонкости, которые приходят с опытом.

       Отдельная статья - это штока.
    Некоторые большие до 50 килограммов.               
       Самая неприятная процедура, их загружаешь и выгружаешь крючком вручную.
    Наверное, из-за них я покинул "Гидромаш", к 60-ти годам становилось тяжело.
    А выгружать ничего - с грохотом на весь цех, крючком, горячие еще, валятся
    прямо на пол.
       Плитку металлическую перед печью потом часто меняют, но это уже мелочи.

       Одно время даже рац.предложение написал как это проще делать,
    приспособление нарисовал на колесах. Но это надо сваривать, время, в цехе
    пространство для него.
       И забылось как-то.
    Большие штока даже кран-балкой загружал, но это долго и муторно.

       Печь ПАП-3 - своеобразная печь, расположена на металлоконструкции,
    на втором этаже. Опускаемые детали в большой сетчатой корзине бухались
    в воду.
       Калили дюраль.
    Наши мальчишки с правки и дробеструя дураки были - в жаркие июльские дни
    напьются и купаются в этом водяном бачке.
       Глупые какие!
    Пьяные, но там же полно грязной окалины.
       Вот удовольствие!

       Детали загружали в меховых варежках, прикручивали корзину проволокой
    к загрузочному устройству, потому что сверху пышет, температура высокая
    до 900 градусов.
       Работали с Ромой, потом я отказался от нее, мне своих печей хватало
    штук 15-16, а потом молодые мальчишки пришли.
 
       Отпускные печи СНО-1, СНО-2.
    Это камерные печи с заслонкой небольших габаритов.
       Температуры от 160 до 400 градусов. Уходим в средний отпуск.
    Перед ней рольганг-стол, загружаешь вручную противень крючком.
    Если детали масляные и много - связываешь проволокой, чтобы не разъехались.
    Есть вентиляция, но вони и гари на весь цех.
       - Опять Макаров свою душегубку включил! - разносятся недовольные возгласы.
    Старались делать это во 2-й смене.
       Заслонка иногда отрывалась или клинил двигатель, или рвалась цепь.
    Вызывал слесарей из службы завода по телефону. Приходил разговорчивый Иван,
    вздыхал, поднимал плечи. Потом залезал наверх на печь, вручную крутил вал
    редуктора, входил в зацепление или менял движок, если сгорел.

       Печь СШ-3 мне нравилась.
    Маленькая, камерная, закрывается также книжечкой. Много не уберется.
    Шли маленькие штока, вот это утомительно их закладывать по 50 штук и
    выгружать еле остывшие тоже в меховых рукавицах.

       Шахтная печь Ш-6.
    Небольшая. В корзину укладываешь детали, разворачиваешь крышку набок
    и небольшим консольным краном загружаешь корзину.
       Тоже свои навыки и привычки.
    Бывает, что корзина прохудилась - детали в печь. Ничего! Ждешь полного
    охлаждения, залезаешь в нее и вытаскиваешь.
       Производил и замачивание мелких деталей в воду, для этого привязывал их
    на проволоку, после вытаскивал крючком и в ведро их, в ведро.

       Отдельно стоят печи ПН-1, ПН-2, ПН-3.
    Последняя попроще, поднимаешь раздвижную заслонку печи - вверх, вниз,
    закидываешь детали на проволоке или так, обратно вынимаешь крючком.
       Это высокий отпуск до 600 градусов.
    Если температура такая - то всё и просматривается.

       ПН-2 и ПН-3 имеют свой загрузочный стол-механизм, цепь, передвижные
    поддоны. Тут надо войти в зацепление, чтобы постепенно передвигать детали
    в корзине или в приспособлении вперед-назад.
       Первое время я с ней мучился, несколько раз рвал цепи. Слесарь-ремонтник
    всё ругался, электрик был нужен Слава, чтобы отсоединить движок.
       Потом приноровился.
    Шло без осечек. Во всем нужен навык!
       Температуру они держали до 900 градусов. Инструментальщики калили
    штампы марок сталей 5ХНМ с закалкой в рядом расположенный масляный бак.
    Чаще я отпускал в них титан. По титану я был главным специалистом.
       Иногда выпаривали закалочный бак, загружали штамп-болвашку. Таким образом
    вода из масла испарялась, а определяли это в цеховой лаборатории наверху,
    к которым девочкам-пирометристкам я обращался, если выходила из строя или
    не писала диаграмма на печах.

       Новые печи НКО-1 и N1000 требовали мозгов.
    Первая русская. Выставлялась программа, рисовалась автоматически диаграмма,
    корректировалась температура по инструкции с выводом на нулевую отметку.
       Потом работу ее упростили как все русские - довели ее до простой
    РУССКОЙ ПЕЧИ с Емелей из сказки.
       Скучно!

       Вот немецкая печь N1000 мне нравилась особенно.
    Выставляешь нужную программу по компьютеру, а их штук 60-т, а если нет
    таких режимов, то создаешь программу самостоятельно - температуру, время,
    выдержку.
       Как выставлять - для памяти делал в тетрадке свои записи. Шпаргалка.
    А печь делает всё сама - переходит с одной температуры на другую, оставляет
    распечатку, утром в первой смене можно ее пересмотреть.
       Печь сама дает сигнал - когда выгружать, процесс закончился.
    Сидишь за столом как большой начальник и ничего не делаешь.
    Только загружаешь и выгружаешь. Печь всё знает.
       Класс!

       Потом нас нагрузили еще печами на сварочном участке. Отпускали большие
    детали, стойки сразу после сварки.
       Во избежания трещин - это надо было делать немедленно, особенно неприятно
    ночью, когда прерывался кратковременный сон. Я обычно завожу будильник
    на телефоне и дремлю полчаса, час до сигнала, когда надо выгружать.
       Всё записано на бумажке, всё под контролем.

       Сварочные детали давали прибавку в зарплате - 4200 рублей, там у них
    высвобождался человек. Это нравилось, а вот загружать детали огромным
    стержнем-приспособлением не очень.
       Температура все-таки 570 градусов, печи пышут, детали часто срывались.
    Приглашал мастера Дыркова Диму на помощь - вытаскивали детали вдвоем крючком,
    обжигались даже в меховых.

       Но это будет после.
    В конце моего путешествия по работе на "Гидромаше".
       Писать об этом все равно приятно, как будто снова там побывал спустя
    восемь лет, находясь на пенсии.
 
       А тогда на втором году работы в дневнике я писал больше о жизни домашней,
    семейной. Находясь на работе и записывая события снова в маленький дневник.

                - 3 -

      26 апреля 2011 г.

      Третья смена.
   
      Ночь. Уже 26-е. Немного истории.
    15 апреля срезал вербу в саду. Но под снегом вода и правый худой сапог
    дал о себе знать.
       Про гостей в тот день я писал, пригласили к Вере на юбилей 30 апреля.
    Перевозить домашний скарб на "Газели" в сад помогал Хованский.
       К Пасхе убирались.
    Нина мыла окна. Днем +15, ночью +2. В Пасху отдыхали, варили рассольник
    и красили яйца.
 
       "Волга" два раза проиграла 0:1, скатилась на 6-е место и впереди "Терек"
    Грозный и "Анжи" Махачкала.
       "Спартак" выиграл в кубке России, Карпин зацепился на тренерском мосту
    двумя победами над "Краснодаром" и "Спартаком" Нальчик.
       "Салават" выиграл кубок Гагарина.

       В городе снег растаял, но в сад идти боюсь, участок, наверное, затоплен.
    Вот уж 1 мая! Нина до 10-го не работает, поедет в Сормово.
       Заплатил за телефон, нашлись мятые документы по пенсии - справки брал.
    Анатолий Баженов стал другом семейства на Фучика.
       На "Гидромаш" устроился Жадаев.

       Жизнь продолжается.

                2011 - 2026 гг.