Преображение Феликса

Поздним осенним вечером по речной глади,по пустынному пляжу стелился густой туман. С тополей у парапета слетали последние листья. На другом берегу вспыхивали огоньки. И вот в тумане проявился располневший, круглолицый  мужчина в очках,в мятом розовом плаще, с огромным черным пакетом в руках. Пот лил с него градом. Обессилев,он волок мешок по песку к зарослям чепыжника и груде камней.
- Феликс Матвеевич?- окликнул его хрипловатый женский голос.
- Господин Щеглов!
Мужчина испуганно оглянулся по сторонам и замер. У самой воды, на пеньке сидела девушка в красной куртке, светловолосая,с кукольным личиком. Она потушила сигарету сапожком.
- Я- Карина Соколова, помните? Ваша натурщица!
- Простите,- пролепетал он и напрягся.
- Три года назад вы расписывали фойе нашего цирка. Я там работала в буфете,а потом позировала вам.
- Да,да,да,было такое... Точно,роспись на стене:" Акробаты под куполом". Я потом ведь написал отдельную картину. Вы её не видели?
- Нет.
- Она тоже была на выставке. И она здесь,знаете ли,- таинственно произнёс Феликс Матвеевич.
- Где?- не поняла девушка.
Щеглов стал нервно,судорожно развязывать мешок. В нём было несколько полотен в рамках.
- Темно,не вижу ничего,слепой я стал как крот. А,вот же она "Акробатка" моя, ваш портрет,детка..
Он достал одну из картин,протянул её Карине.
- Ух ты! Супер!- восторженно откликнулась она.
- Понравилась? - удивился художник.- Дарю.
- Да? Если что,я могу и заплатить за неё, Феликс Матвеевич.
- Нет,нет,дарю.
- Спасибо. А куда вы всё это несёте -то? Несли.
Щеглов, тяжело вздохнув, присел на валун.
- Ты знаешь,полный крах,Кариночка. Ведь мне уже полтинник.На юбилейной выставке не продал ни одной своей работы, крутой столичный критик моё творчество назвал маразматической мазней...Поэтому решил я вот предать огню свои последние художества. Бензинчик даже взял с собой.
В его руках сверкнула,булькая, поллитровая пластиковая бутылка.
- Да что это нашло на вас? Какая блажь!- воскликнула девушка.
- Я год назад похоронил любимую жену,мой сын влюбился в немку,укатил с ней в Голландию. Он тоже художник,только сюр-реалист. У меня нет друзей... Всё опустело,душа моя. Одиночество достало, вдобавок митральный клапан шалит,камни в почках,кисти валятся из рук. Ничего не могу писать, ничего..
- Феликс Матвеевич,а хотите коньяку? У меня с собой есть четвертушка. Я сюда спускаюсь иногда после смены в "Перекрестке",курю,любуюсь матушкой Волгой.
- Умница.
 -Так,выпьете со мной?
- Нет, Карина,что-то нет совсем желания.
- Прогоним вашу русскую хандру.
- Не надо её прогонять. Ты можешь мне помочь? Я оболью себя бензином,а ты подожжешь.
- Ну и мысли у вас,дьявольские...А что на других картинах из мешка?
Художник рассмеялся:
- Коты в мешке.. Да вот,пожалуйста, смотри. Всё только для тебя,в последний раз.
Щеглов стал освобождать остальные полотна от целлофана и приставлять их вокруг себя к камням.
- Чем не мини-выставка при лунном свете? - вопрошал он. - Девять опусов мрачного бездаря.
Девушка пошла по кругу от картины к картине, восхищаясь:
- Ой,что вы,это же прекрасные пейзажи! Жигули, утёсы,пристани...Я не дам их сжечь.
- То есть,как это не дашь?
- А вот так!
С этими словами Карина вырвала из рук Феликса Матвеевича бутыль с бензином и забросила подальше в воду. Щеглов даже зааплодировал:
- Браво,милая,браво. Вдарь меня ещё поленом по голове для полного счастья.
- Перестаньте,вы отличный художник. Можно развесить ваши работы у нас в "Перекрёстке",в фойе. Мы вам заплатим.
- Хорошо! Делай с ними, что хочешь. Они твои,дарю. Вешай только чур без ценников. И не надо! Не надо мне ничего платить. Глаза бы мои их не видели.
Он принялся нервно прятать картины в мешок.
- Здесь недалеко. Вы поможете донести?- спросила девушка сочувственно.
- Помогу.
- И автограф мне дадите?
- Обязательно, радость моя. А ты знаешь, ведь у меня родилась идея картины. Это впервые за семь месяцев и благодаря тебе.
- Поздравляю.
- И в центре её будешь ты,твоя судьба. На фоне Волги,перекрёстка множества пыльных дорог.
- Любопытно.
- Да! Ты будешь моей моделью?
- Ну если просит сам Щеглов...
- О,это будет лучшая моя работа- трель. Нет, нет,щегла не перепеть!
Феликс Матвеевич преобразился: окреп, стал выше ростом. Трудно было поверить,что несколько минут назад этот человек хотел поджечь себя и свои картины. Окрылённый,с мешком на плечах, он гордо вышагивал по песку к парапету,поднимался по крутой лестнице. Карина еле за ним поспевала...