Дитя Аскарнистана 2. Ч3. Абсолютное зло. Г3

13 сентября 2022 года. Время: 02:57.

— Активировать инфракрасные маячки и ПНВ, — скомандовал Михов. Дом находился в нескольких километрах, но отряд шёл тихо и быстро, будто сам город не хотел их замечать. Улицы «Безымянки» были пусты, лишь изредка из темноты выныривали быстрые, шарахнувшиеся прочь силуэты.

Пока шли, Михов не раз ловил краем слуха странные звуки: шебуршание в подворотнях, чавканье,словно кто-то жевал мокрый картон, и короткие всхлипы, похожие на плач ребёнка, который тут же обрывался. С освещением в городе были большие проблемы: фонари светили тускло, и если долго вглядываться в их жёлтый свет, казалось, что вокруг ламп собирается странная, маслянистая вуаль. Она напирала, густела, будто собиралась прорвать невидимый барьер и поглотить эти жалкие огоньки, погрузив улицы в кромешный мрак.

— Мы близко, — передал по voice-каналу Михов. — Ещё раз проверить оружие и экипировку.

Он помолчал, давая команде время на проверку, и добавил:

— В наши тактические шлемы интегрирован прибор обнаружения аномального излучения — «паинька». Как только он засечёт что-либо, данные отобразятся на ваших встроенных дисплеях. Сразу докладывать мне. Поодиночке в контакт не вступать. Работаем только группой.

Боварк остановился у края тротуара, прислушиваясь не к звукам, а к самой тишине.

— Этот дом… Его бездонные глазницы, полные черноты… Он будто безжизненная пемза, а окна — его поры. И по ним, с каждой секундой, протекает всё больше зла. Я чувствую это в вибрации стен. Тяжёлое, липкое… Эта энергия растёт. Если не поторопимся, мы в ней утонем, — он посмотрел через противоударное стекло шлема на Михова, настороженно и очень серьёзно.

— Услышал тебя, — коротко ответил Михов. Он не стал спорить: Боварк редко говорил о «чувствах», но когда говорил — это стоило слушать.

Подошли ко входу. Дверь подъезда была приоткрыта, и из темноты тянулся влажный, пробирающий до костей воздух, пахнущий сырой штукатуркой, ржавчиной и чем-то сладковатым, почти гнилостным.

У Михова мелькнула неприятная мысль: «Если я зайду туда… мы зайдём. Никогда оттуда не выйдем». Он одёрнул себя.

— Я тоже чувствую… Что-то не то. Никогда такого не было. Одно дело призраки, неупокоённые души, фантомы, оранги… Даже вендиго. Но они все и рядом не стояли с этим, — Боварк говорил тихо, почти шёпотом, будто боялся, что дом услышит.

— Да ладно, дом как дом. Здесь половина «Безымянки» такая… жуткая, — усмехнулся Русик, не разделяя опасений «элпеушников».

— Согласен с пацаном. Обычный дом. На крайняк, просто фантом решил поиграть с местными бомжами — скучно стало. Жил не тужил, а тут гости. Вот и заиграл их. В Аскарнистане были «красные демоны». Если здесь не они — а их здесь точно нет, всех выжгли, — то это просто рядовая аномалия, — Старков говорил спокойно, почти равнодушно, но пальцы в перчатках чуть сильнее сжали рукоять оружия.

Михов посмотрел на них по очереди, пытаясь собрать их разные взгляды в одну картину.

— Ваши слова - да начальству в уши… Но это не рядовой случай. Заходим. Боварк — налево. Русик, Старков — прикрываете справа. Внимание на «кишку» противоположной части здания. Работаем чётко.

Они шагнули к двери. Та скрипнула, будто нехотя, и распахнулась шире, приглашая их внутрь.

В коридоре на облупившейся штукатурке — свежий след маленькой ладони, будто ребёнок прижался к стене и тут же отдёрнул руку. Он светится тусклым пепельным светом и исчез через несколько секунд.