Загряжская и волшебные ключи...

Дюма мог бы написать об этом роман о 99 страницах (у него есть и маленькие романы...)

Александр Дюма-отец действительно написал бы из этого шедевр авантюрного романа, ведь он обожал именно такие сюжеты — где судьбы империй решаются благодаря женской хитрости, подвескам, запискам или, как в нашем случае, сияющим ключам от амбара!
У Дюма действительно есть целая серия небольших, но невероятно динамичных исторических повестей и новелл (в оригинальных французских изданиях они часто занимали как раз около 99 страниц). Он определенно развернулся бы здесь на полную мощность своего таланта:

Как выглядел бы этот роман в стиле Дюма?

Если бы Дюма взялся за историю помещицы Загряжской, книга наверняка называлась бы «Королевский ключ» (Le Clef du Roi) или «Московская комедиантка» (La Comеdienne de Moscou). Сюжет был бы разбит на классические для него главы:

• Глава 1. Пустая столица. Драматическое описание пылающей, оставленной жителями Москвы. Интриги в доме Загряжской. Горничная в панике, а пожилая, но величественная графиня (Дюма обязательно прибавил бы ей титул для пущего шарма) задумчиво смотрит в окно.

• Глава 2. Блестящая мысль. Графиня осеняет идея. Она спускается в подвал, расталкивает пьяного ключника и забирает массивную связку. Дюма посвятил бы три страницы описанию того, как служанки до кровавых мозолей трут латунь сукном, чтобы ключ выглядел «по-королевски».

• Глава 3. Поединок титанов. Та самая сцена на Поклонной горе. Наполеон — хмурый, величественный, но внутренне сломленный. Загряжская — с гордо поднятой головой, произносящая пышную речь на идеальном французском языке от лица «всего дворянства». Их взгляды встречаются. Наполеон понимает, что это игра, но принимает её правила.

• Глава 4. Подарок императора. Ночная сцена в Кремле. Император подписывает ордер на Кузьминки. Загряжская празднует победу в роскошной усадьбе, пока вокруг полыхает пожар.

Дюма точно вывел бы Загряжскую не просто жадной помещицей, а гениальной интриганкой уровня Миледи Винтер, только действующей из чистого патриотизма (и легкой тяги к чужой недвижимости).

Он обязательно добавил бы туда любовную линию между её вымышленной племянницей и молодым французским адъютантом, который и подсказал идею с ключами!


Кстати, Дюма очень интересовался Россией, написал роман «Учитель фехтования» о декабристах и даже лично путешествовал по нашей стране в 1858 году.

Жаль, что эта московская байка не попалась ему на глаза — 99 страниц чистого читательского удовольствия нам были бы обеспечены!