Запредельный самогон 1

1 глава


Вышел Иван Бражкин из очередного двухнедельного пике шумно и со вкусом — упёрся лбом в косяк, икнул, закрыл глаза, а открыл их уже в помещении с крайне скверным кондиционированием.
Вокруг всё пылало, чадило серой и пахло палёной шерстью. Из гигантского котла напротив на него уставился мелкокалиберный чёрт с вилами.
— Входной контроль пройдён! — торжественно загнусил чёрт. — Гражданин Бражкин Иван Тимофеевич? Добро пожаловать в ад! Сектор номер шесть, грех беспросветного пьянства. Сейчас мы вас будем в смоле варить.
Иван почесал небритый подбородок, обвёл скорбным взглядом адские декорации и поморщился:
— Слушай, рогатый, у вас тут и без меня смола кипит. Ты мне лучше скажи: Есть че опохмелиться?
— Какое опохмелиться?! — возмутился чёрт. — Это Ад! Тут мучения!
— Мучения — это когда утро начинается, а в доме ни капли, — вздохнул Ваня. — А смола ваша — так, ингаляция. Кстати, я смотрю, у вас тут на грешных дрожжах всё преет, сажи завались, а в углу гнилые адские яблоки кучами валяются. Вы что, из этого до сих пор продукцию не гнали?
Чёрт уронил вилы:
— Какую… продукцию?
— Эх, темнота хвостатая! — засучил рукава Бражкин. — Учитесь, пока я жив… то есть, пока я тут. Подавай сюда медный змеевик от адского котла и ведро!


Через три дня адскую рутину было не узнать.
Иван организовывал процесс с размахом истинного гения. Медные трубы перебирались, в дальнем гроте был собран трёхступенчатый самодельный аппарат «Адская Первачовка-1». Черти, которые раньше только и знали, что грешников подгонять, теперь стояли в очереди с трёхлитровыми банками и благоговейно следили за кристально чистой струйкой, капающей из змеевика.


В ассистенты к Ване напросились трое местных активистов: Хмырь, Косой и Палёный.
— Вань, — шептал Хмырь, утирая засаленным рукавом слезу счастья и сглатывая слюну, — а она точно 70 градусов?
— Семьдесят пять, не изволь сомневаться! — гордо отвечал Бражкин, снимая пробу с крышечки. — Секретный ингредиент — щепотка серы для мягкости и искра адского пламени для задушевности. Ну-ка, принялись за трудовые будни! За знакомство!
Первая литровка ушла за здоровье Ивана. Вторая — за дружбу народов и бесов. К пятой банке собутыльники уже «бухали по-чёрному», обнявшись и затянув «Ой, мороз, мороз» на три разноголосых адских дисканта.
— Ванька-а-а… ты человечище! — рыдал Косой, уткнувшись пятачком Ване в фуфайку. — Мы ж тут тысячи лет одну смолу лизали! Нас же Главный в ежовых рукавицах держит! «Норма по мучениям! План по грешникам!». А сам в кабинете сидит, нектар из тартара жрёт!
— Да! — зарычал Палёный, ударив копытом по адскому валуну так, что полетели искры. — Доколе?! Мы тут, значит, на производстве сохнем, а он на нас наживается?!
— А давайте… давайте ему рога-то поотшибаем! — икнул Хмырь, вставая на подгибающихся ногах. — Ваня, возглавь восстание! Мы его с трона сбросим, тебя Главным Сатаной поставим! Будет у нас не Ад, а сплошной сухой… то есть мокрый закон!
— Идея хорошая, — рассудительно ответил Иван, наливая по следующей. — Но сначала надо закрепить материал. Посошки!


В это время в главном адском офисе Вельзевул нахмурившись разглядывал отчеты.
«Смола остыла. Грешники разбрелись и играют в домино. В котле №4 варят какую - то бурду».
Из коридора донёсся дикий гвалт, звон разбитых бутылок и пьяный окрик:
— Выходи, Люцифер, морда рогатая! Мы пришли твой трон на металлолом сдать и на закваску обменять!
Главный Чёрт выскочил из кабинета и обомлел. По коридору, качаясь из стороны в сторону, шли Хмырь, Косой и Палёный. У Хмыря в руках была кочерга, у Косого — пустая трёхлитровая банка, а Палёный просто пытался бодать стену. Позади них на бочке восседал Иван Бражкин с балалайкой, сработанной из адской лопаты, и дирижировал процесс.
 — Это что за бунт на корабле?! — загремел Главный Чёрт, выпуская из ноздрей пламя. — Вы почему не на службе?! Чьи это происки?!
 — Твои происки, эксплуататор! — визгливо крикнул Косой. — Ты нам премию первачком выдавал? Нет! А Иван Тимофеевич — душа-человек! Всему коллективу капает! Свергнем тебя, паскуда, и устроим тут бар!


Главный Чёрт посмотрел на своих лучших сотрудников, превратившихся в состояние некондиции, потом на Ивана, который сочувственно смотрел на него с бочки.
— Ты… ты что с моим штатом сделал, ирод?! — прошипел Вельзевул.
— Я? Созидательным трудом их занял, — скромно сказал Иван. — Народ сплотил. Коллектив теперь спаянный. В буквальном смысле.
— Спаянный?! Они мне дисциплину сорвали! План по мучениям провален! У меня грешники из котлов вылезли и просят рецепт настойки на мухоморах! Уходи! Убирайся отсюда!
— Куда убирайся? — воспротивился Хмырь. — Не отдадим Ваню! Ваня — наш технологический лидер!
— Молчать, шелудивые! — рявкнул Главный Чёрт и выхватил из-за пазухи Адскую Печать. — Всё, Бражкин! Хватит! Ты для Ада слишком деструктивный элемент! Я тебя амнистирую! Назад, на Землю!
— Э, начальник, постой! — засуетился Иван, слезая с бочки. — У меня же там брага еще не достояла! Дай хоть перегнать вторую фракцию! Там же сивухи много, голова болеть будет!
— Пошёл прочь! — закричал Вельзевул и в панике дунул на Ивана адским пламенем, активируя заклятие телепортации.


Иван глубоко вздохнул, чихнул и открыл глаза.
Он лежал на своём родном, потертом диване. Из окна светило тусклое солнышко, а на столе стоял недопитый стакан воды. Похмелья, как ни странно, не было вообще — видать, адская закалка сказалась.
Иван сел, почесал затылок, посмотрел на пустые бутылки в углу и ухмыльнулся:
— Ну, Вельзевул, ну трус… А аппарат-то я им настроил. Посмотрим, как они там без меня справятся.
Он поднялся с дивана, подошёл к шкафу, достал старую тетрадку и уверенно написал на обложке: «Рецепты И. Бражкина. Том 2. Запредельный самогон».



Творческие личности 2

 Прошла пара недель. Иван жил тихо, завязал со старыми дружками по двору, смотрел на мир просветлённым взглядом человека, побывавшего за гранью бытия, и даже начал делать по утрам зарядку.
В один из дней закупив на рынке пару мешков сахара и отборных дрожжей, он гордо соорудил на кухне аппарат новой конструкции — уже с водяным охлаждением и сухопарником из литровой банки.
 — Теперь всё по науке, — приговаривал Ваня, настраивая струю. — Не то что в том подвале у Вельзевула.
 Но земной покой длился недолго.


 Как-то раз около полуночи в дверь сначала робко поскребли, а потом громко и требовательно забарабанили. Иван открыл дверь и замер.
 На пороге его хрущёвского подъезда стояли Хмырь, Косой и Палёный. На них вместо набедренных повязок красовались застиранные семейные трусы в цветочек, добытые, судя по всему, с какой-то бельевой веревке, из-за ушей торчали окурки «Беломора», а подмышками они держали трёхлитровую банку мутноватой жидкости с характерным запахом серы и сивухи.
 — Здорово, технолог! — радостно завопил Хмырь, падая Ване на грудь и едва не уронив банку. — Мы сбежали!
 — Как сбежали?! — отшатнулся Иван, в ужасе оглядывая двор. — Вы ж черти! Вам по штату положено в пекле сидеть!
 — Да ну его в пекло, это пекло! — отмахнулся Косой, гладя рукой свои
 великолепные рожки
 — Главный нас допек своими планами! Чуть что — «норма по мучениям, норма по котлам». А мы творческие личности! Мы утончённую рецептуру ценим! Короче, мы трон его сдали местным чертям из соседнего сектора за две бочки браги и ключ от запасного портала.


 Палёный тяжело вздохнул, поставил банку на тумбочку в прихожей и деловито огляделся:
 — Вань, хата у тебя, конечно, тесновата, но жить можно. А где тут у тебя магазины? Нам на стартовый заход сахара не хватает. И закусить бы… Желательно маринованными огурчиками, а то от серы изжога замучила.
 Иван схватился за голову, но потом хитро прищурился. Посмотрел на три пары честных, безумно преданных бесовских глаз, на мутную банку в прихожей и понял: жизнь-то только налаживается. Такого отдела маркетинга и контроля качества на Земле ещё ни у кого не было.
 — Проходите, дармоеды, — вздохнул Бражкин, распахивая дверь шире. — Только с одним условием: мусор на лестничной площадке не оставлять и соседей громко не материть. У меня участковый — человек строгий, в пекло не отправит, а вот на пятнадцать суток загреметь запросто можем.
 

Через полчаса на кухне уютно булькал змеевик, Хмырь чистил картошку с помощью адского огня прямо на пальце, Косой увлеченно резался с Ваней в «дурака» на желания, а Палёный настраивал телевизор на поимку инопланетных каналов. Ад переехал на Землю, и судя по всему, надолго.
Спать легли за полночь, а утро началось не с кофе. Точнее, кофе-то как раз был, но заваривался он на отборной бурде с добавлением корицы и щепотки какого-то доисторического пепла, который Палёный предусмотрительно прихватил с собой. Бодрящий эффект превзошел все ожидания: Иван, едва сделав глоток, почувствовал, как у него за спиной на секунду прорезались невидимые крылья, а волосы встали дыбом, выудив из памяти таблицу умножения за третий класс.
 — Вещь! — авторитетно заявил Хмырь, размахивая половником. — У нас в Шестом кругу за такой рецепт душу бы отдали... Впрочем, мы её уже и так отдали, так что теперь только на бартер.
В это время в дверь кто-то постучал. На этот раз без адской громкости— интеллигентно, три тихих коротких удара костяшками пальцев.


Иван тут же накинул на Косого старую дедушкину шапку, чтобы скрыть рога , а сам осторожно приоткрыл задвижку. На пороге стояла баба Зина из сороковой квартиры — гроза подъезда, обладательница феноменального слуха и председатель неофициального дворового комитета.
 — Иван, — строго начала она, с подозрением принюхиваясь к воздуху, в котором отчётливо витали нотки карамели, дрожжей и сернистого ангидрида. — У тебя что, опять ремонт? Вчера с девяти вечера из кухни доносились странные звуки, похожие на хоровое пение демонов, а сегодня от твоего стояка идёт странное свечение синеватого оттенка. Ты случаем не радиацию тут разводишь?
 

Косой, сидевший за столом, в панике попытался спрятать рога газетой «Правда» за 1982 год, но от испуга непроизвольно пустил из ноздрей тонкие струйки дыма. Баба Зина замерла, её очки съехали на кончик носа.
Иван мгновенно сориентировался, включив обаяние бывалого аппаратчика:
— Зинаида Петровна, ангел вы наш земной! Какая радиация? Научно-технический прогресс! Новые технологии очистки сырья. Вот, молодые специалисты по утилизации органических отходов приехали по распределению. Нанотехнологии, понимаете ли. Хотите попробовать каплю инновационного продукта? Натуральный эко-экстракт, витаминизированный!
Палёный тут же высунулся из-за угла, лучезарно улыбнувшись во все тридцать два зуба (при этом один из них заискрился, как электросварка), и вежливо поклонился:
— Можем предложить стабилизацию биополя и улучшение кармы, мадам. Безвозмездно, то есть даром.


Баба Зина подозрительно прищурилась, посмотрела на банку с мутной жидкостью, потом на Ивана, который выглядел подозрительно свежо для человека, завязавшего со старыми привычками.
— Ну-ну, — проворчала она, забирая трёхлитровую банку которую Палёный ловко подсунул ей под нос в качестве жеста доброй воли. — Смотрите мне. Если к вечеру из вашего окна опять полетят летучие мыши или зазвучит тяжелый рок — участкового позову. Он вам быстро устроит инспекцию без всяких нанотехнологий.
Она развернулась и семенисто зашагала к лифту, бережно прижимая к груди банку с первачком.
 — Отличный кадр, — одобрительно хмыкнул Хмырь, забираясь на табурет с ногами. — С такой крышей мы этот район за неделю под себя подмять сможем. Куда там нашему бывшему шефу с его тремя котлами!
Иван посмотрел на своих новых сожителей, вздохнул, взял пустую кружку и повернул кран аппарата. Жизнь входила в новое русло — стабильное, прибыльное и абсолютно непредсказуемое.



Слёзы Вельзевула 3

Прошёл год. За это время изменилось многое. Иван с бесами сидел на кухне. Налив себе из трёхлитровой банки нано-экстрат в алюминевую кружку, он махом опрокинул кружку  в себя, мгновенно  почувствав, как в груди разгорается адский огонь.  Через минуту взгляд его упал на старый настенный календарь, где красным маркером была обведена сегодняшняя дата: 15-е число. День оплаты долга.
— Так, бесы, отставить лирику, — Иван грохнул кружкой о стол. — У нас ровно шесть часов. Если к пяти вечера я не принесу Артуру «Бриллианту» полмиллиона рублей, он сделает из моей квартиры пыточную, а из меня — наполнитель для бетона.
Хмырь и Палёный переглянулись.
— Полмиллиона? — Хмырь с уважением покрутил в руках половник. — А твоя душа столько стоит? Мы совсем недавно, если ты помнишь, за такие бабки обычно целые мэрские кресла с потрохами оптом скупали. А тут какой-то Артур... Что за персонаж?
— Главный коллектор нашего района, — вздохнул Иван. — Двухметровый бык на «Гелике», ходит с золотой капой во рту, оттого и «Бриллиант». Подмял под себя все ломбарды, подпольные казино и точки с шаурмой. И если бы у нас был нормальный товар...


Иван запнулся и посмотрел на аппарат, из которого медленно, со звуком работающего реактора, капала густая, мерцающая фиолетово-золотым светом жидкость.
— Погоди, — Палёный подался вперёд, его глаза загорелись азартным огоньком. — Ваня, а ведь твоя железяка под нашим «чутким руководством» выгоняет не просто сивуху. Это же, считай, жидкость высшего порядка! Ликёр «Слёзы Вельзевула». Сделай глоток — и ты видишь будущее на пять минут вперёд, а закусишь огурцом — вообще прощает любые грехи.
— Вы к чему клоните, коммерсанты адские? — нахмурился Иван.
— К точечному маркетингу! — ухмыльнулся Косой, поправляя пиджак. — Зачем отдавать деньги, если можно отдать товар, который стоит в десять раз дороже, да ещё и подсадить этого Бриллианта на крючок?
Спустя два часа на задворках крытого рынка кипела работа. В полутёмном VIP-кабинете подпольного клуба «Вулкан» восседал сам Артур Бриллиант — массивный мужчина в малиновом пиджаке поверх спортивного костюма. В его руках с глухим пощёлкиванием крутились нефритовые чётки. Вокруг дежурили три амбала с бычьими шеями.


Дверь отворилась. На порог ступил Иван, а за его спиной — Хмырь и Палёный, облачённые в строгие чёрные пальто поверх трико и с огромным кожаным дипломатом в руках.
— Ванька, — раздался бас Бриллианта, от которого зазвенели хрустальные фужеры. — Ты опоздал на пятнадцать минут. Мои пацаны уже начали выбирать, с какого пальца на твоей ноге мы начнём пересчёт процентов. Где бабло?
— Деньги, Артур Борисович, — это бумага, — уверенно шагнул вперёд Иван, чей голос благодаря демоническому подгону звучал удивительно бархатно и убедительно. — Бумага обесценивается. А мы принесли вам то, что сделает вас королём не просто этого района, а всей ночной Москвы.
Хмырь с торжественным видом поставил дипломат на полированный стол и отщёлкнул замки. Внутри, на чёрном бархате (вырезанном из старого бабиного Зининого пальто), покоилась изящная графиновая бутылка. Внутри неё плавно переливалась, вопреки всем законам физики, искрящаяся фиолетово-янтарная субстанция.
— Это что за химикат? — прищурился Бриллиант, наклоняясь ближе. — Ты мне незамерзайку принёс?
— Это — «Эликсир Статуса», — мягко вмешался Палёный, сделав легкий пасс руками. В помещении незаметно зазвучали легкие джазовые аккорды (Хмырь тихонько напевал себе под нос, создавая иллюзию гипнотического фонового звука). — Продукт ограниченного литража.

Секретная разработка закрытых лабораторий. Один глоток — и вы чувствуете абсолютное превосходство над соперниками.
— Вы мне тут сказки не чешите, — рявкнул Бриллиант, но в глазах зажглось мужицкое любопытство. — Ну-ка, налей. Если это дрянь — вы отсюда не уйдёте.
Иван лично налил ровно тридцать грамм в хрустальный стопарик.
Артур подозрительно понюхал. Пахло благородным дубом, сигарами, дорогим парфюмом и... почему-то палёной резиной, но этот нюанс быстро улетучился. Бриллиант опрокинул стопку.
Прошла секунда. В кабинете зависла гробовая тишина.
Глаза Артура расширились. Ему показалось, что над его головой воссиял золотой нимб, спина выпрямилась, а в ушах зазвучал фанфарный марш. Он вдруг с абсолютной чёткостью понял, что его главный конкурент по кличке «Хромой» прямо сейчас прямо на складе путает накладные, и если отправить туда пацанов — можно отжать всю партию айфонов!
— Мать твоя комета... — выдохнул Бриллиант, хватаясь за край стола. — Это... это что за нектар?! Я как будто снова в девяностые вернулся, только с дипломом Гарварда!
— Эксклюзив, — скромно улыбнулся Иван. — Партия — три бутылки в неделю. Стоимость одной — двести тысяч. Долг закрыт?
— Какой долг?! — Артур вскочил, сгребая Ивана в объятия, едва не сломав тому ребра. — Ваня! Ты теперь мой главный бизнес-партнёр! Я беру всё! Каждую каплю! Да я под этот эликсир всех депутатов построю!


Уже через час Иван и его «адский спецназ» шагали обратно во двор. В кармане Ивана пухла пачка новеньких пятитысячных купюр — аванс за следующую партию.
— Ну что, Ваня, — довольный Хмырь на ходу подбрасывал в воздух золотое яблоко, которое успел незаметно стянуть со стола Бриллианта. — А ты боялся! Бизнес цветет пахнет. Скоро купим тебе трехэтажный коттедж и нормальный аппарат из титана!
— Не радуйтесь раньше времени, — озабоченно пробормотал Иван, пересчитывая на ходу деньги. — Бриллиант — парень дерзкий. Если он узнает, что наш «эксклюзив» гонится на кухне хрущёвки из бурды и старого пепла, он нас вместе со всеми аппаратами в Мякинино прикопает. Нам нужны объёмы, сырьё и... конспирация.
Не успели они дойти до подъезда, как из-за кустов сирени вышли две тёмные фигуры в кожаных куртках. У одного в руках был тяжелый разводной ключ, у второго — бита.
— Эй, коммерсанты, — процедил один из них. — Слышали мы, вы тут Артуру какой-то волшебный компот загнали? А наш шеф, Хромой, очень не любит, когда у Бриллианта появляется что-то волшебное. Рецептик или аппарат — выкладывайте прямо сейчас, или будете лежать в этих кустах.


Иван тяжело вздохнул и посмотрит на Палёного:
— Ребята... Вы бы знали, с кем связываетесь.
Палёный только хищно ухмыльнулся, медленно снимая пиджак и демонстрируя из-под майки аккуратные, пока ещё маленькие, но уже дымящиеся крылья.
— Хмыри, — вальяжно протянул Палёный. — Включаю пока демо-версию Шестого круга. Не бойтесь!  Летального исхода не будет. Нам ещё огурцы у бабы Зины купить надо.
Палёный едва успел закончить фразу, как воздух вокруг него пошел синеватыми волнами, а от пока ещё мягких перьев палых крыльев потянуло удушливым запахом раскаленной серы и озона.
Бандит с разводным ключом пошёл  вперёд — Палёный — сделал шаг назад, Бандит выронил тяжелый инструмент на асфальт с глухим стуком. Его напарник с битой судорожно сглотнул, но попытался сохранить лицо, взмахнув оружием:
— Э-э, хорош фокусы показывать! Кино тут устроили...


В ту же секунду Палёный щелкнул пальцами. Вокруг ног нападавших взметнулся плотный, удушливый столб серого пламени, не обжигающий плоть, но мгновенно выжигающий волю к сопротивлению.
Бандит рухнул на колени, закрывая лицо руками, а второй выронил биту и завопил что-то неразборчивое, глядя на то, как асфальт под его ногами на секунду покрывается сетью раскаленных трещин.
Иван спокойно подошел к стоявшему на коленях здоровяку, поднял валявшийся разводной ключ и повертел его в руках:
— Передай Хромому, что его «компот» варится по рецепту, который его боссу и не снился. А если еще раз сунетесь к нам — Шестой круг покажется вам курортом в Сочи. Понятно?
— Д-да... понял! — взвыл накаченный бычок пытаясь отползти подальше от дымящихся крыльев Палёного.

Палёный мгновенно погасил свечение крыльев, снова накинул пиджак и довольно улыбнулся:
— Ну вот, быстро и без лишнего шума. Пошли быстрее к бабе Зине, пока у нее самые хрустящие огурцы не разобрали.
Они обошли скулящих бандитов и уверенно направились к ярко освещенной палатке бабы Зины. Сама бабуля, опершись локтями на прилавок, уже подозрительно прищурилась на приближающихся парней, явно заметив странный дымок, всё ещё витавший за их спинами.
— И чего это тут у вас гарью пахнет, соколики? — строго спросила баба Зина, оценивающе глядя на Ивана и Палёного. — Опять хулиганили, или Хромого шестерки опять права качали?
Они переглянулись. Палёный ненавязчиво спрятал за спину слегка дымящийся рукав, а Иван попытался изобразить самое невинное лицо, на которое только был способен.
— Да так, баб Зин, мелкие технические неполадки, — вытирая со лба пот усмехнулся он, кивнув в сторону стонущей на асфальте гопоты. — Ребята просто дорогу спросили, а Палёный им наглядно объяснил, где тут короткий путь.


— Короткий путь, говоришь? — баба Зина медленно распрямилась, и её силуэт за прилавком сразу показался раза в полтора больше.
Она тяжело перевалилась через низкую дверцу палатки и вышла наружу. На ней был фартук в крупный горох, а в правой руке — свернутая в плотную трубу резиновая лента от старого транспортера. На районе все знали: если баба Зина выходит из своего «укрытия» с этой штукой, значит, переговоры переходят в фазу высшего арбитража.
Бабуля не торопясь подошла к скулящим шестеркам Хромого. Повеяло запахом паленой куртки и свежих пирожков с капустой. Она ткнула носком массивного ботинка в бок самого рослого бандита.
— Эй, супостат, — раздался её бас, от которого у местных мальчишек обычно поджимались колени. — Ты мне тут асфальт своей тушей не протирай. Сказала же Хромому еще на прошлой неделе: возле моей палатки никаких «разборок». Мой пятачок — зона без греха.

Вы почему до пацанов прицепились?
— Да они… да мы… баб Зин, у Палёного искры из рук! — заскулил бандит, отползая назад. — Он же ненормальный!
— Он-то ненормальный, а ты у нас, значит, академик? — баба Зина угрожающе взмахнула резиновым жгутом. — Валите отсюда, пока я вам лично купола на спине не нарисовала! И передайте Хромому: еще раз увижу его людей ближе ста метров к моим чебурекам — я ему «крышу» так перекрою, что он у меня сам за кассу сядет, смену отрабатывать! Поняли?
Бандитов как ветром сдуло: спотыкаясь, подвывая и держась за ушибленные места, шестерки Хромого быстро растворились в сумерках спального района.
Баба Зина тяжелым взглядом провела беглецов, хмыкнула, аккуратно засунула жгут за пояс фартука и обернулась к парням. Вся её грозность тут же испарилась, уступив место привычной, хотя и строгой, материнской заботе.
— Так, соколики, — она окинула их взглядом с ног до головы, задержавшись на дымящейся куртке Палёного. — Похоже, у тебя, сынок, опять предохранители сгорели. Направление «энергии», конечно, правильное, но ветровку я тебе латать не стану, сам иголку возьмешь.
Она вошла палатку и через секунду выставила на прилавок два горячих, истекающих соком чебурека и пару банок холодного лимонада.
— Держите, восстанавливайте баланс, пока горячие. И давайте к делу. Если Хромой уже до вас докопался, значит, он про подвал под третьим корпусом прослышал. Рассказывайте, что вы там опять нашли, да покороче.
Иван с Палёным переглянулись, с аппетитом вонзив зубы в чебуреки и поняли: пока баба

Зина за них горой, этот район точно никому не подмять.
Дожевав чебуреки и вытирая салфетками жирные пальцы они наблюдали как Баба Зина, в соседнем проходе, уже шумела тяжелыми кастрюлями, отгоняя веником особо наглых личностей, а это значило только одно: пока она здесь главная стражница порядка, и ни один Хромой со своими подельниками сюда не сунется.
— Слушай сюда Палёный. Короче,— негромко начал Иван, подавшись вперед. — Никакого криминала. Во всяком случае, по нашей части.
Что обнаружилось в подвале?
Старые архивы: Никакой мистики или незаконного товара — только пыльные папки полувековой давности, планы старой постройки и пара ящиков списанного инвентаря, про который все давно забыли. Никакой нано-аппаратуры. Понял?
 Баба Зина вовремя подняла шум, так что нос туда совать сейчас никому не позволит.

       


Приговор 4

Прошёл ещё год и случилость так что все эти Айфоны, нано-технологии и «чудо-напиток», обещавший вечную молодость, на деле привели компанию прямо в дежурную часть в отдел по борьбе с экономическими преступлениями, который сработал оперативно: Ивану и его нечистым на руку компаньонам — Паленому, Косому и Хмырю — предъявили обвинения не только в незаконном предпринимательстве и торговле незарегистрированным нано-напитком, но и в масштабном уклонении от уплаты налогов.
 Суд был быстрым и суровым. Никакие бегающие глаза Косого, ни стенания Хмыря, ни красноречие Паленого не тронули судейскую коллегию.  Приговор: восемь лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима. Тут даже авторитет бабы Зины не помог.

Оказавшись на зоне, «черти» быстро поняли, что адские муки — это одно, а тюремная баланда, жесткий распорядок дня и отсутствие интернета — совершенно другое. Местная обстановка им категорически не понравилась.
 — Нет, братан, это не дело, — шептал Паленый, чеша затылок на вечерней поверке. — Тут ни выпить, ни на налогах сэкономить. Пора делать ноги, пока нас на урановые рудники не отправили.
 Собравшись ночью в углу барака, бесы решили прибегнуть к последнему средству — старой, проверенной далёкой магии. План был прост: разбегаться в разные стороны, пока государственная машина не опомнилась.
Совершив древний ритуал из искр, дыма и тихих заклинаний, черти перенаправили магический импульс.

Ивана, как главного вдохновителя и организатора их коммерческого проекта, магия подхватила и унесла далеко за океан — прямо в солнечную Калифорнию, подальше от строгого российского правосудия.
 А сами Паленый, Косой и Хмырь. с облегчением вздохнув, с грохотом и запахом серы провалились сквозь земляной пол барака прямо к себе домой — в родной, тёплый и привычный Ад, пообещав себе больше никогда не связываться с нано-технологиями и земным бизнесом.


Иван очнулся на песчаном пляже Малибу с пустыми карманами, но с богатым жизненным опытом. Впереди его ждала новая жизнь, а черти... черти наконец-то были дома.

          
               Послесловие

В Калифорнии Иван опять обосновал корпорацию по производству нано-напитка. На этот раз без своих закадычных друзей. Дела у него сразу пошли в гору. Через небольшой промежуток времени он купил несколько гостиниц на побережье и построил большой спортивный комплекс. Денег у него теперь было выше крыши, но употреблять нано-напиток он так и не перестал. Правда иногда он разбавлял его вискарем.  Так закончилась эта история. Пожелаем же Ивану дальнейших успехов и удачи!


Продолжение в Иван Бражкин в раю